Шугнанский язык | |
---|---|
Самоназвание | xuγ̌nůn ziv (хуг̌ну̊н зив) |
Страны |
![]() ![]() |
Регионы | Горно-Бадахшанская автономная область, провинция Бадахшан |
Общее число говорящих | 75 000 — 130 000 чел. |
Статус | уязвимый |
Классификация | |
Категория | Языки Евразии |
|
|
Письменность | кириллица, арабский алфавит (см. шугнанская письменность) |
Языковые коды | |
ГОСТ 7.75–97 | шуг 815 |
ISO 639-1 | — |
ISO 639-2 | — |
ISO 639-3 | sgh |
WALS | rsh |
Atlas of the World’s Languages in Danger | 760 |
Ethnologue | sgh |
ELCat | 5867 и 5866 |
IETF | sgh |
Glottolog | shug1248 |
Шугна́нский язы́к (шугн. хуг̌ну̊н зив, хуг̌ну̊нӣ; xuγ̌nůn ziv, xuγ̌nůnī или xuγnöne zev[1][2], тадж. забони шуғнонӣ[3][4]) — язык шугнанцев. Относится к памирским языкам, подгруппе иранских языков. Распространён в исторической области Шугнан: в Горно-Бадахшанской АО Таджикистана и в провинции Бадахшан Афганистана. Есть несколько диалектов, в том числе баджувский и шахдаринский. Ближайшими родственниками шугнанского являются рушанский, хуфский, бартангский, рошорвский и сарыкольский языки. Англоязычная академическая традиция считает эти языки диалектами шугнанского . Вследствие географического соседства и относительного родства, шугнанский испытал значительное влияние таджикского языка, заметное в фонетике, грамматике и лексике .
По разным оценкам, число говорящих составляет от 75 000 до 130 000 человек. На данный момент шугнанский язык имеет статус уязвимого и занесён в Атлас языков мира, находящихся под угрозой исчезновения[5]. Несмотря на это, в Горно-Бадахшанской АО шугнанский имеет статус местного лингва франка, на нём говорит молодое поколение и его преподают в школах .
В течение долгого времени шугнанский язык был бесписьменным языком с богатой устной культурой. В 1930-е годы предпринимались попытки распространения алфавита на основе латиницы, которые вскоре были заморожены. В настоящее время распространены два варианта шугнанской письменности. В Таджикистане используется алфавит на основе таджикской кириллицы, разработанный в 1990-е годы; на нём издаются газеты и литература. В Афганистане используется алфавит на основе арабского письма .
Шугнанский является языком со смешанной типологией: грамматические значения могут выражаться с помощью агглютинации или отдельных слов. Распространена внутренняя флексия в виде умлаутных перегласовок, которая часто выражает значения рода .
Лингвогеография
На шугнанском языке говорят в исторической области Шугнан в западном Памире, которая разделена между Горно-Бадахшанской автономной областью Таджикистана и провинцией Бадахшан Афганистана рекой Пяндж. В Таджикистане область распространения шугнанского покрывает восточный берег Пянджа от селения Сохчарв на севере до селения Дарморахт на юге, а также поселения в примыкающих долинах его притоков Гунт, Шива, Шахдара и Баджув[4][6][7]. Центром распространения языка является город Хорог, в границах которого находится устье Гунта и Шахдары. Также небольшие группы шугнаноязычного населения расселены в других регионах Таджикистана[1]. В Афганистане шугнанский язык распространён в поселениях на западном берегу Пянджа, а также в небольших сообществах шугнанцев в Кабуле и Файзабаде[1].
Диалекты и родственные языки
Шугнанский, рушанский, хуфский, сарыкольский, бартангский и рошорвский языки близкородственны, они образуют отдельную подгруппу внутри общности памирских языков и взаимопонятны между собой[8][9]. Шугнанский язык имеет три больших варианта, которые могут рассматриваться как диалекты или, реже, отдельные языки: собственно шугнанский, шахдаринский и баджувский[10]. Диалекты имеют незначительные различия в фонетике, грамматике и лексике. Баджувский диалект больше отличается от собственно шугнанского, чем шахдаринский, и в некоторых свойствах сближается с рушанским[11][12]. Шахдаринский диалект распространён в селениях у реки Шахдара, притока реки Гунт; баджувский диалект — в селениях около ущелья Баджув[6][13]. Внутри шахдаринского диалекта иногда выделяют барвазский говор, бывший в распространении в селении Барваз, а в наши дни практически вымерший[4]. Собственно шугнанский диалект имеет наибольшее число носителей и воспринимается носителями как нормативный[1][14].
В англоязычной академической традиции под шугнанским языком (англ. Shughni language) обычно понимается более крупный идиом, в который включаются и собственно шугнанский, и рушанский, бартангский, хуфский и рошорвский языки, иногда в него включают и сарыкольский. Такое же представление характерно для самих носителей шугнанского в Таджикистане, которые часто называют свой язык «памирским». Русскоязычная традиция обычно рассматривает эти идиомы как отдельные языки[15].
Распространение
Шугнанцы в Таджикистане осознают себя как этническое меньшинство; официальным языком, обязательным для СМИ и образования, является таджикский. Им в той или иной степени владеют многие носители шугнанского, живущие в Таджикистане, а шугнанский используется преимущественно в разговорной речи[6]. В то же время шугнанский играет роль второстепенного, более локального лингва франка, на котором общаются люди в областном центре Горно-Бадахшанской области — городе Хорог, а также во всём регионе и даже за его пределами[6][16].
Шугнанский язык преподаётся в начальных классах в нескольких школах в Шугнанском и Рошткалинском районах ГБАО Таджикистана и в Хорогском университете. Носители шугнанского в Афганистане — преимущественно монолингвы. В Афганистане шугнанский преподавали в школах неофициально[17], в 2010-х была создана программа шугнанского для учеников младших классов[18].
По данным Всесоюзной переписи населения СССР в 1920-х годах, только 6 человек указали шугнанский язык в качестве родного — по неизвестным причинам некоторые народы, включая шугнанцев, не стали указывать свой язык[19]. По данным 1980-х годов, в ГБАО проживало около 50 тысяч шугнанцев, а в афганском Шугнане, по расчётам исследователя Додхудо Карамшоева, не менее 25 тысяч[20]. По данным 1997 года, на шугнанском языке на тот момент говорили около 100 тысяч человек[4]. По данным переписи 2008 года, число говорящих достигает 95 тысяч человек[5]. Портал Ethnologue оценивает число носителей всех шугнано-рушанских языков в 80 000 человек, из которых 40 000 проживают в Таджикистане и 40 000 — в Афганистане[17]. По оценке Джой Эдельман, число носителей шугнанского составляет от 80 000 до 100 000 человек[6], по оценке Кати Мюллер — около 130 000 человек[21].
Шугнанский язык занесён в Атлас языков мира, находящихся под угрозой исчезновения ЮНЕСКО как «уязвимый» (англ. vulnerable)[5]. По шкале EGIDS он имеет статус 6a, или «активно используемый» (англ. vigorous)[17]. Это означает, что он используется в устном общении в неформальной обстановке и изучается детьми в качестве родного языка, несмотря на небольшое число носителей, но при этом во многих коммуникативных ситуациях (в образовании, культуре и науке) его часто вытесняют другие языки[22][23]. Таким образом, шугнанский в настоящий момент не является вымирающим, но в будущем потенциально может оказаться под угрозой исчезновения[23].
Шугнанский и другие памирские языки хорошо сохранились в том числе благодаря сравнительной изолированности региона[24]. На данный момент шугнанский является одним из наиболее полно описанных и задокументированных памирских языков[21].
История
К шугнанско-рушанской группе генетически близки язгулямский и ванчский языки: вместе они образуют генетическую подгруппу, условно называемую «севернопамирской» или «шугнано-язгулямской», которая, в свою очередь, является одной из подгрупп внутри общности памирских языков[1][16]. По мнению исследователя Додхудо Карамшоева, из-за изолированности шугнанского языка в нём сохранилось множество архаичных черт[25].
Первое сохранившееся упоминание шугнанского народа и языка обнаруживается в путевых записках китайского путешественника Сюань-цзана, написанных в середине VII века. По его словам, у шугнанцев «письменность такая же, как в стране Духоло, а язык имеет отличия»[прим. 1]. В начале VIII века другой китайский путешественник Хой Чао описал язык шугнанцев как «особый, отличный от языков жителей других владений». Лингвистических описаний шугнанского языка в древности и средневековье не сохранилось[25].
С XI по XIX века шугнанский и рушанский языки испытывали заметное влияние арабского языка, вызванное исламизацией шугнанцев. В XIII—XIX веках в язык приходили заимствования из тюркских языков. Начиная с 1880-х годов, когда территория современного Таджикистана попала под влияние Российской империи, появились активные заимствования из русского языка[24] .
На протяжении всей истории шугнанский и рушанский испытали заметное влияние таджикского языка. Под воздействием таджикского в шугнанском языке появились изафетные конструкции, а также фонологизовался звук [h], который до этого не имел смыслоразличительной функции[26]. Значительно влияние таджикского языка и на лексику . Также заметны влияния доиндоевропейского субстрата, который был распространён на территории Шугнана до появления индоевропейцев; этим можно объяснить некоторые явления фонетики, морфологии и синтаксиса, нехарактерные для иранских языков. Выдвигались предположения, что доиндоевропейским субстратом, вступавшим в контакт с шугнанским языком, мог быть язык бурушаски, либо родственный ему или типологически схожий с ним язык[26].
Во времена СССР основным языком образования, культуры и законодательства в ГБАО Таджикистана был таджикский[24]. С 1921 года детей обучали шугнанскому в некоторых школах ГБАО. В 1930-х был создан шугнанский алфавит[27] . В 1931 году был выпущен первый учебник шугнанского языка, предназначенный для взрослых (в рамках кампании ликвидации безграмотности); одним из авторов выступил шугнанский поэт Нодир Шамбезода[28]. В 1933 году был выпущен первый учебник для детей, в 1937 году был выпущен учебник для первого года обучения. Однако к середине 1930-х выпуск букварей и учебников застопорился из-за разногласий среди шугнанских активистов и препятствий со стороны партийного руководства, обвинявшего создателей алфавита в национализме. В 1935 на должность первого секретаря ЦК КП(б) Таджикской ССР был назначен Сурен Шадунц; при нём возобновились планы ввести массовое преподавание на шугнанском языке в школах, но он был вскоре арестован и расстрелян. В 1937 году началась сталинская кампания борьбы с национализмом, в рамках которой в СССР вводились ограничения на использование местных языков, и шугнанская письменность была окончательно убрана из образования и печати[29]. В 1939 году VI пленум Горно-Бадахшанского обкома КП(б) Таджикистана постановил, что «тенденция к изданию учебников и преподаванию на шугнанском языке является вредной и становится тормозом для развития и процветания культуры таджиков Горного Бадахшана»[25].
К 1940 году шугнанский был полностью вытеснен из общественного пользования. По мнению филолога Хусрава Шамбезоды , «выведение шугнанского языка из значимых сфер общения привело его в „ненормальную ситуацию“, когда носители стали ставить под сомнение саму целесообразность существования своего этнического языка»[27]. Политика руководства Таджикской ССР по ограничениям шугнаноязычной культуры привела к тому, что на протяжении многих лет факт существования памирских языков как отдельных языков, а не диалектов таджикского, ставился под сомнение как чиновниками, так и представителями таджикистанской интеллигенции[30]. В 1972 году прошла кампания по уничтожению книг на памирских языках в Государственной публичной библиотеке им. Фирдоуси в Душанбе[31].
Попытки возвращения шугнанского языка в сферы литературы и административной деятельности началось в 1980-е годы. Студенческие кружки шугнанцев, обучающихся в Душанбе, пропагандировали использование шугнанского языка. В 1989 году в Таджикистане был принят «Закон о Государственном языке», легитимизировавший поддержку памирских языков. В ГБАО с 1990-х и по настоящее время выходило несколько печатных изданий на шугнанском, в их числе «Фарҳанги Бадахшон» («Культура Бадахшана»), «Маърифати Шуғнон» («Просвещение Шугнана») и «Шоҳдара» («Шахдара»). Издания «Лозар» («Родник») и «Хирцирах» («Заря»), издававшиеся в 2009 году, стали первыми полностью шугнаноязычными газетами. В 2013 году была предпринята попытка установления радиовещания на шугнанском языке, но радиостанция вскоре закрылась. На телевидении шугнанский не используется[27].
Письменность
Таджикистан
Первая попытка создания шугнанского алфавита на основе латиницы была предпринята в 1920-е годы в СССР шведским лингвистом Х. Шельдом, но его проект не был принят[29]. В августе 1930 года в Сталинабаде прошёл первый научный съезд таджикистанских лингвистов, который сыграл большую роль в создании алфавитов для языков Таджикистана; на съезде был поднят в том числе и вопрос об алфавите для шугнанского языка[28]. Разработкой занялся историк А. Дьяков, его алфавит был также основан на таджикской латинице тех лет с дополнительными символами и диакритикой[28][32]. Он использовался для первых учебников шугнанского. Однако вскоре политика поддержки малых языков была свёрнута, и в 1937 году письменность Дьякова была убрана из образования и печати[28].
В 1992 году комиссия по составлению алфавитов для памирских языков приняла новый алфавит на базе латиницы с добавлением диакритических знаков и греческих букв, но он не получил распространения[32].
С 1990-х годов по настоящее время основной письменностью, используемой в ГБАО, является алфавит на основе таджикской кириллицы, приспособленный под фонетику шугнанского. Для передачи на письме специфических звуков шугнанского языка часто используются диграфы с буквой ь: так, диграф дь передаёт звук /ð/ (например, дьар «далеко»)[32]. С 1990 года в ГБАО начало выходить шугнаноязычное издание «Фарҳанги Бадахшон» («Культура Бадахшана»), приложение к газете «Бадаҳшони Советӣ» («Советский Бадахшан»), которое печаталось на таджикском кириллическом алфавите. Через год приложение стало самостоятельной газетой. С началом Гражданской войны в Таджикистане после распада СССР издание прекратилось[33]. С конца 1990-х годов вышло несколько букварей и учебных пособий под авторством учёного Додхудо Карамшоева. Эти пособия закрепили кириллическую письменность на базе таджикского алфавита в качестве основной для образования и книгопечатания на шугнанском в таджикистанском Бадахшане. С начала 2000-х с использованием этой письменности выпускаются книги на шугнанском для детей[34].
В лингвистических исследованиях Хорогского университета используется транскрипция на основе латиницы с добавлением знаков МФА и греческих букв. При общении в интернете и через SMS шугнанцы пользуются упрощённой латинской графикой[18].
Алфавит из учебника шугнанского языка 2000 года[35]:
А а | А̄ а̄ | Б б | В в | В̌ в̌ | Г г | Ғ ғ | Г̌ г̌ | Ғ̌ ғ̌ | Д д | Д̌ д̌ |
Е е | Ё ё | Ж ж | З з | З̌ з̌ | И и | Ӣ ӣ | Й й | К к | Қ қ | Л л |
М м | Н н | О о | П п | Р р | С с | Т т | Т̌ т̌ | У у | Ӯ ӯ | У̊ у̊ |
Ф ф | Х х | Ҳ ҳ | Х̌ х̌ | Ц ц | Ч ч | Ҷ ҷ | Ш ш | ъ | Э э |
В практическом применении существуют и другие варианты шугнанского кириллического алфавита.
Афганистан
В 2000-х годах шугнанская письменность начала развиваться и в Афганистане. Здесь её графической основой был избран арабский алфавит. На нём началось издание учебной и детской литературы. Алфавит имел следующий вид[36]:
ا | آ | ب | پ | ت | ث | ج | چ | ح | خ | ځ | څ |
د | ذ | ر | ز | ژ | ږ | س | ش | ښ | ص | ض | ط |
ظ | ع | غ | ف | ڤ | ق | ک | گ | ل | م | ن | و |
و̃ | وو | و̊ | ھ | ی | ي | ې |
В 2010-х годах в Афганистане появилась новая программа обучения шугнанскому языку в школах. Предложенная в ней письменность на основе латиницы подверглась критике со стороны некоторых носителей, посчитавших, что она плохо отражает языковую реальность. С 2012 года международная организация SIL International сотрудничает с Академией наук Афганистана в вопросах улучшения системы орфографии[18].
Фонетика
Гласные
Фонологическая система гласных шугнанского языка имеет 10 гласных фонем, которые образуют три оппозиции по долготе: /i:/, /e:/, /ɛ:/ — /i/; /o:/, /ʊ:/, /u:/ — /u/; /a:/ — /a/. В отличие от более устойчивых долгих, краткие гласные фонемы могут иметь несколько вариантов произношения[6][37]. В шугнанском есть дифтонги, но заметна тенденция к их упрощению в монофтонги[38].
Фонема /ʊ:/ чаще всего является результатом диахронического изменения других гласных в определённых условиях: из /o:/ перед носовыми (pʊ:nd «дорога» ← po: nd), из /u/ перед /h/ (mʊ:lat «период» ← muhlat) и из дифтонга /aw/ перед согласными (sʊ:d «идёт» ← sawd)[прим. 2]. Фонема /e:/ может являться результатом изменения дифтонга /aj/, а /ɛ:/ — дифтонга /ej/ (xɛ:r «ох!» ← xejr). Между тем для всех этих гласных есть и примеры, в которых их происхождение не обусловлено такими изменениями, что не позволяет считать их аллофонами[38].
передние | средне-задние | задние | |||
---|---|---|---|---|---|
долгие | краткие | долгие | долгие | краткие | |
верхние | i: | i | ʊ: | u: | u |
средне-верхние | e: | o: | |||
средне-нижние | ɛ: | ||||
нижние | a: | a |
Согласные
губные | зубные | альвеолярные | среднеязычные | заднеязычные | увулярные | глоттальные | |
---|---|---|---|---|---|---|---|
взрывные | p | t | k | q | |||
b | d | g | |||||
щелевые | f | θ | s | ʃ | x | χ | |
v | ð | z | ʒ | ɣ | ʁ | (h) | |
аффрикаты | t͡s | t͡ʃ | |||||
d͡z | d͡ʒ | ||||||
носовые | m | n | |||||
дрожащие | r | ||||||
боковые | l | ||||||
аппроксиманты | w | j |
Согласные фонемы могут ассимилироваться по глухости-звонкости, причём как регрессивно (bat-qa: r «злой» ← bad-qa: r), так и прогрессивно (tu:ð-biχt «мука тутовника» ← tu:ð-piχt). Фонема /n/ может ассимилироваться в [ŋ] под влиянием последующих велярных согласных /k/ или /g/[39]. В баджувском диалекте артикуляция /k/ и /g/ может быть как заднеязычной, так и среднеязычной[40].
Слог
Характерны следующие структуры слога: CV, CVC, CVCC[41]. Часто встречаются двухфонемные слоги (например, wi, xu, di). Максимальная длина слога — пять фонем, такие слоги очень редки (например, vru:χt͡ʃ)[42]. Обычно слово начинается с согласного и заканчивается на согласный. Большинство аффиксов односложны. Особенности построения слога в шугнанском языке выражаются в изменениях фонемного состава слов при адаптации заимствований или при изменениях самого языка. Так, в корнях, начинающихся на гласный, перед гласным могут добавляться протетические согласные /h/, /j/ или /w/ (шугн. yast «имеется» ← *asti); в кластерах согласных может наблюдаться метатеза (шугн. tilf «дитя» ← ар. tifl) или изменение способа образования согласного (шугн. waxt «время» ← ар. waqt); также в кластерах или на конце слова после кластеров может вставляться гласный /i/ (шугн. fikri «мысль» ← ар. fikr, шугн. viro: d «брат» ← *bra: tar)[41].
Развиты умлаутные чередования гласных в основах. Они могут различать род и число у имени (ʒurn «круглый» — ʒarn «круглая», t͡ʃi:d «дом» — t͡ʃade: n «дома») и время, наклонение, род, число и другие категории у глагола (sut «ушёл» — sat «ушла, ушли»). Эти чередования отражают рефлексы не сохранившихся древнеиранских корневых гласных, либо не сохранившиеся в современном языке суффиксы[43].
Ударение в шугнанском языке обычно падает на последний слог основы. Постфиксы и энклитики, изафетные показатели и односложные послелоги не принимают ударение. Отрицательная частица na- и запретительная частица ma:- перетягивают ударения на себя. Некоторые слова имеют лексически закреплённое ударение не на конечном слоге (например, xúbaθ «сам»). Тонов в шугнанском языке нет[44][45].
Грамматика
У шугнанского языка смешанная морфологическая типология. Для имён характерна агглютинация, для местоимений — супплетивизм и флексия. Глаголы используют флексию для форм настояще-будущего времени и аналитизм с элементами внутренней флексии для других форм. Обычная структура слова — основа с постфиксами и энклитиками. Приставки встречаются редко, в основном в таджикских заимствованиях[46][47][48].
Двумя наиболее значимыми части речи являются глаголы и имена. Существуют также отглагольные имена, объединяющие свойства имён и глаголов, местоимения, числительные, служебные слова (предлоги, послелоги, союзы и частицы) и междометия. Деление имён на категории существительных, прилагательных и наречий зачастую возможно только в конкретном синтаксическом и семантическом контексте[49].
Личные местоимения есть только у 1-го и 2-го лица («я», «мы», «ты», «вы»); 3-е лицо («она/он/оно», «они») выражается указательными местоимениями. Такие местоимения различают род, число и падеж. У них сохранилась праиндоевропейская дейктическая система, основанная на различении близости указываемого объекта к говорящему (jam «этот [близко]» — jid «этот [недалеко]» — ju «тот [далеко]»)[50].
Есть предлоги и послелоги[46][51]. Некоторые послелоги функционируют в качестве дополнительных падежей: -ard — как дательный падеж, экспериенцер или бенефактив (ma:ʃ-ard lʊv «скажи нам»), -(a)nd(i) — как аблатив (we: v-andi «от них»), и -(a)nd — как притяжательный падеж (ju mu-nd «это моё»)[51].
Числительное
Система счисления в шугнанском языке — десятичная. Числительные от 11 до 19 образуются присоединением цифры к числу 10 (ði: s-at yi: w «одиннадцать» ← ði: s «десять» + yi: w «одиннадцать»). Числительные до 20 — собственно шугнанского происхождения, а числа больше 20 — заимствованы из таджикского. Между тем, параллельно существует и исконная система для чисел больше 20, используемая в основном старшим поколением. В этой системе числа 17, 18 и 19 образуются вычитанием из 20 (yi: w kam ðu ði: s «девятнадцать», букв. — «на один меньше двух десятков»), а десятки и новые разряды образуются умножением на 10 (cavo: r ði: s «сорок», букв. — «четыре десятка»; ði: s-ði: s «сто», букв. — «десять десятков»), в то время как таджикские десятки, сотни и старшие разряды образуются супплетивно (ср. заимствованные из тадж. t͡ʃi:l «сорок», sad «сто»)[52].
Имя существительное и местоимение
Имена классифицируются по роду, конкретности-неконкретности, отчуждаемости-неотчуждаемости, личности-неличности и единичности-общности, и могут изменяться по числу, падежу, степеням сравнения и определённости-неопределённости. Падежи (прямой и косвенный) у имён утрачены и различаются только у местоимений[49]. При этом падеж имени может быть ясен из артикля или согласующегося указательного местоимения. Прямой падеж оформляет подлежащее и предикатив, косвенный — почти все виды второстепенных членов предложения[53].
Множественное число у имён выражается с помощью суффиксов, единственное число не маркируется. При выражении количества с помощью числительного соответствующее имя обычно употребляется в единственном числе[54][55].
У существительных различается мужской и женский род[47]. Род может выражаться суффиксами (wa: rg-buc «ягнёнок-самец» — wa: rg-bic «ягнёнок-самка») или отдельными лексическими детерминативами, а также внутренней флексией: умлаутными чередованиями в корне слова (nibo:s «внук» — nibɛs «внучка»). Умлаутные перегласовки маркируют женский род и являются результатом влияния утерянного гласного /i/ или /a/ в конце основы слова. Имена с умлаутом могли поменять род на женский по аналогии с другими, даже если исторически основа имела мужской род (шугн. ʒi:r «камень», ж. р. ← др.-иран. *gari «гора», м. р.)[56]. При этом бо́льшая часть существительных не имеет формально выраженных родовых признаков, их родовая принадлежность выражается только синтаксически: например, при согласовании с глаголами и прилагательными или при употреблении в отношении существительного указательного местоимения, которое выражает род[54][56].
В определении рода имени могут играть роль семантические свойства: абстрактные имена, названия веществ и понятий относятся преимущественно к мужскому роду, названия животных и птиц — преимущественно к женскому. Из-за этого некоторые слова могут иметь разный род в зависимости от смысла[54][56]. Названия неодушевлённых предметов и животных в значении общности обычно относятся к мужскому роду вне зависимости от их рода в употреблениях в значении единичности[56]. Различение рода имён нехарактерно для других иранских языков, а выражение рода имён с помощью чередований в корне является экзотическим явлением для индоевропейской семьи в целом[46].
Степени сравнения
У прилагательных и наречий есть степени сравнения (d͡ʒa: ld «быстро» — d͡ʒa: ld-di «быстрее» — d͡ʒa: ld-dar-di «ещё быстрее»)[57]. Кроме того, эта категория может выражаться у некоторых существительных, обозначающих качество, время или место (sa: raki «утро» — sa: raki-di «пораньше утром», kampi: r «старуха» — kampi: r-di «женщина старше»)[49].
Глагол
Глаголы классифицируются по переходности-непереходности, а также изменяются по времени, наклонению, лицу, числу и, в некоторых формах, роду[49]. Различаются изъявительное и повелительное наклонения. В изъявительном наклонении есть четыре времени: настояще-будущее, прошедшее и перфектное, характеризующиеся разными глагольными основами, а также плюсквамперфектное, образующееся от перфекта. В настояще-будущем времени личные формы образуются флективно (с помощью окончаний), а в других временах — аналитически (с помощью энклитик ваккернагелевского типа, обычно примыкающих к первому ударному слову предложения[46][58][59]. Форма 3-го лица единственного числа настоящего времени может образовываться нерегулярно[59]. Перфект, как и в других иранских языках, выражает результативное действие. Форма перфекта, помимо видо-временного значения, может выражать оттенок неочевидности, заглазности действия, а также пожелания, сожаления или опасения; плюсквамперфект — оттенок нереальности, несбыточности или желания. Пассивные формы выражаются аналитически, с помощью особого суффикса и личной формы глагола «быть»[58].
В непереходных глаголах род и число могут выражаться умлаутом в основах прошедшего времени и перфекта. В прошедшем времени основа мужского рода противопоставляется основе женского и множественного числа (tu: jd «ушёл» — to: jd «ушла, ушли»), в перфекте мужской род, женский род и множественное число противопоставляются друг другу (tu: jd͡ʒ «ушёл» — ti:t͡s «ушла» — to: jd͡ʒ «ушли»)[60]. Такие чередования нерегулярны, у многих глаголов фактически свои собственные парадигмы изменения. У некоторых глаголов таким образом в парадигме оказывается до девяти различных корней, у других же чередования не происходят вообще и они спрягаются по регулярной схеме[46][59].
Древние каузативные глаголы могут образовываться от непереходных по древнеиранскому образцу Ce:C / CɛC ← CaC[прим. 3], часто с дополнительными изменениями корня (sitɛb- «жарить» ← sitafs- «быть жареным»), новые образуются суффиксально (raze: n- «крошить» ← raz- «крошиться»). Суффикс каузатива также может использоваться для субстантивации[59].
Модальные значения передаются частицами-клитиками, среди которых отрицательная, запретительная, вопросительная, категоричная и другие эмфатические частицы[61]. Часто употребляются сложные глагольные конструкции с именами, в разной степени идиоматичные (например, ziv ðɛdo: w «уговаривать»)[62].
Синтаксис
Шугнанский является языком номинативного строя с отдельными эргативными конструкциями. Характерен порядок слов SOV: финитная форма глагола стремится к концу предложения. Исключением является связка, выраженная личными энклитиками: она стремится к началу предложения. Определяемое обычно следует за определением; в заимствованной из таджикского языка изафетной конструкции это правило нарушается. Сказуемое согласуется с главным членом определительного словосочетания (например, в предложении yi qa: p ʒindam tis sut «мешок [ж. р.] пшеницы [м. р.] рассыпался [м. р.]» глагол согласуется с названием вещества, а не меры)[48]. Немаркированные члены именной группы располагаются в следующем порядке: детерминатив, посессивное местоимение, числительное, прилагательное, существительное[63].
Лексика
В шугнанском языке много заимствований из таджикского, а также из арабского, особенно в культурной и религиозной сферах, и тюркских языков посредством таджикского. Имеется большой пласт заимствований из русского, как посредством таджикского, так и непосредственно. В меньшей степени заметны заимствования из индоарийских языков. Кроме того, существует ареальная лексика, характерная для языков Памира, происхождение которой неясно[64]. Есть небольшое число современных заимствований из английского. Шугнанский язык богат фразеологизмами, многие из которых обнаруживаются в других иранских языках[24].
Русский | Фарси | Таджикский | Шугнанский | Рушанский | Сарыкольский | Ваханский | Пушту | Авестийский |
---|---|---|---|---|---|---|---|---|
сын | pesær (پسر) | pisar (писар) | puts | puc | pɯts | putr | zoj (زوي) | putra |
огонь | ɒtiʃ (اتش) | otaʃ (оташ) | joːts | yuc | juts | rɯχniɡ | wor, or (اور) | âtar |
вода | ɒb (اب) | ob (об) | xats | xats | xats | jupk | obə (ابہ) | aiwyô, ap |
кисть руки | dæst (دست) | dast (даѕт) | ðust | ðost | ðɯst | ðast | lɑs (لس) | zasta |
ступня | pɒ (پا) | po (по) | poːð | pu:ð | peð | puð | pxa, pʂa (پښہ) | ? |
зуб | dændɒn (دندان) | dandon (дандон) | ðinðʉn | ðinðon | ðanðun | ðɯnðɯk | ɣɑx, ɣɑʂ (غاښ) | ? |
глаз | tʃæʃm (چشم) | tʃaʃm (чашм) | tsem | cam | tsem | tʂəʐm | stərɡa (سترګه) | chashman |
лошадь | æsb (اسب) | asp (асп) | voːrdʒ | vurdʒ | vurdʒ | jaʃ | âs (آس) | aspa |
облако | æbr (ابر) | abr (абр) | abri | abr | varm | mur | uriədz (اوريځ) | ? |
пшеница | gændom (گندم) | gandum (гандум) | ʒindam | ʒindam | ʒandam | ɣɯdim | ɣanəm (غانم) | ? |
мясо | ɡuʃt (گوشت) | ɡuʃt (гушт) | ɡuːxt | ɡuːxt | ɡɯxt | ɡuʂt | ɣwəxa, ɣwəʂa (غوښہ) | ? |
много | besjɒr (بسيار) | bisjor (бисёр) | fana,lap | ghak,fana | pɯr | təqi | ɖer, ziyât (ډېر، زيات) | paoiri, paoirîsh, pouru |
высокий | bolænd (بلند) | baland (баланд) | biland | biland | bɯland | bɯland | lwəɻ (لوښ) | berezô, berezañt |
далеко | dur (دور) | dur (дур) | ðar | ðar | ðar | ðir | ləre (لره، لرې) | dûra, dûrât |
хороший | χub (خوب) | χub (хуб) | bashand | bashand | tʃardʒ | baf | xə, ʂə (ښہ) | vohu |
маленький | kutʃik (كوچك)) | χurd (хурд) | dzul | bucik | dzɯl | dzəqlai | ləɡ, ləʐ (لېږ) | ? |
говорить | goft (گفت) | guft (гуфт) | lʉvd | luvd | levd | xənak | wajəl (ويل) | aoj-, mrû-, sangh- |
делать | kærd (كرد) | kard (кард) | tʃiːd | tʃigo | tʃeiɡ | tsərak | kawəl (کول) | kar- |
видеть | did (ديد) | did (дид) | wiːnt | wuːnt | wand | winɡ | lidəl (ليدل) | dî- |
История изучения
Первыми крупными исследователями памирских языков и, в частности, шугнанского были норвежский лингвист Георг Моргенстьерне и российский лингвист Иван Зарубин. Впоследствии изучением шугнанского занимались такие советские учёные, как Додхудо Карамшоев, Татьяна Пахалина и Валентина Соколова[66].
Примечания
- ↑ 1 2 3 4 5 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 787.
- ↑ Mueller, 2015, pp. 5–6.
- ↑ THE COMMITTEE OF LANGUAGE AND TERMINOLOGY BY THE GOVERNMENT OF THE REPUBLIC OF TAJIKISTAN
- ↑ 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 225.
- ↑ 1 2 3 Atlas of the World's Languages in danger . UNESCO. Дата обращения: 16 июля 2020. Архивировано 2 апреля 2021 года.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 788.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 5—6.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 787—788.
- ↑ Плунгян, 2022, с. 13.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 5.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 225, 241—242.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 8—9.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 6.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 7—8.
- ↑ Mueller, 2015, pp. 2—4.
- ↑ 1 2 Эдельман, 1999, с. 225—226.
- ↑ 1 2 3 Shughni (англ.). Ethnologue. Дата обращения: 20 июля 2020. Архивировано 20 июля 2020 года.
- ↑ 1 2 3 Mueller, 2015, pp. 5—6.
- ↑ Каландаров, 2020, с. 9—10.
- ↑ Карамшоев, 1988, с. 9—10.
- ↑ 1 2 Mueller, 2015, p. 1.
- ↑ Lewis, M. Paul; Simons, Gary F. Assessing endangerment: Expanding Fishman's GIDS (англ.) // Revue roumaine de linguistique. — 2010. — Iss. 2. — P. 103—120. Архивировано 30 декабря 2020 года.
- ↑ 1 2 Christopher Moseley. The UNESCO Atlas of the World's Languages in Danger: Context and Process (англ.) // World Oral Literature Project. — University of Cambridge, 2012. — ISBN 978-0-9566052-4-5. Архивировано 21 февраля 2021 года.
- ↑ 1 2 3 4 Аламшоев Шервоншо Мукбилшоевич. Иноязычная фразеология в шугнанском языке // Acta Linguistica Petropolitana. Труды института лингвистических исследований. — 2018. — Т. XIV, вып. 1. — ISSN 2306-5737. Архивировано 6 мая 2021 года.
- ↑ 1 2 3 Каландаров, 2020, с. 5.
- ↑ 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 227.
- ↑ 1 2 3 Абдулхамидова П., Юсуфбеков Ш. Создание дискурса публичной сферы шугнанского языка в СМИ и социальных сетях // Russian Journal of Linguistics. — 2017. — Т. 21, вып. 4. — ISSN 2312-9182. Архивировано 6 мая 2021 года.
- ↑ 1 2 3 4 Каландаров, 2020, с. 7—8.
- ↑ 1 2 Каландаров, 2020, с. 12—14.
- ↑ Каландаров, 2020, с. 16.
- ↑ Каландаров, 2020, с. 24.
- ↑ 1 2 3 Эдельман, 1999, с. 226.
- ↑ Каландаров, 2020, с. 17.
- ↑ Каландаров, 2020, с. 18—19.
- ↑ М. Аламшо, Д. Карамшо. Хуг̌ну̊ни зив̌. — Хоруғ: «Помир», 2000. — С. 134.
- ↑ خیر محمد حیدری. الفبای زبان شغنی. — Kabul: Academy of Sciences of Afghanistan, 2005. Архивировано 24 апреля 2017 года.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 228—229.
- ↑ 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 789.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 790—791.
- ↑ Додхудо Карамшоев. Баджувский диалект шугнанского языка. — Душанбе: Академия наук Таджикской ССР, 1963.
- ↑ 1 2 Эдельман, 1999, с. 229—230.
- ↑ Усманов З.д, Гуломсафдаров А.г. О слоговой структуре слов шугнанского языка // Доклады Академии наук Республики Таджикистан. — 2009. — Т. 52, вып. 9. — ISSN 0002-3469. Архивировано 26 марта 2020 года.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 230.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 791—792.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 228.
- ↑ 1 2 3 4 5 Владимир Плунгян. В. А. Плунгян: «Шугнанский язык — мечта морфонолога и формального морфолога, но на этом его экзотические особенности не заканчиваются» . Институт языкознания РАН (25 июля 2019). Дата обращения: 9 сентября 2020. Архивировано 19 сентября 2020 года.
- ↑ 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 792.
- ↑ 1 2 Эдельман, 1999, с. 240—241.
- ↑ 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 231.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 794—795.
- ↑ 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 796.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 797.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 235.
- ↑ 1 2 3 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 793.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 234.
- ↑ 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 231—233.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 794.
- ↑ 1 2 Эдельман, 1999, с. 236.
- ↑ 1 2 3 4 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 797—798.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 233—234.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 237—238.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 240.
- ↑ Edelman, Dodykhudoeva, 2009, p. 801.
- ↑ Эдельман, 1999, с. 241.
- ↑ Gawarjon (高尔锵/Gāo Ěrqiāng). Outline of the Tajik language (塔吉克语简志/Tǎjíkèyǔ Jiǎnzhì). — Beijing: Nationalities Publishing House, 1985.
- ↑ Плунгян, 2022, с. 14.
Комментарии
- ↑ Под «страной Духоло» у Сюань-цзана понимается Тохаристан.
- ↑ Здесь и далее в статье шугнанские слова записываются не в орфографии, а с помощью Международного фонетического алфавита.
- ↑ Под C обозначается любая согласная фонема.
Литература
- Бахтибеков Т. Грамматикаи забони шуғнонӣ (тадж.). — Душанбе: Дониш, 1979. — 146 с.
- Зарубин И. И. Шугнанские тексты и словарь. — М.—Л.: Издательство Академии наук СССР, 1960. — 388 с.
- Карамшоев Д. К. Баджувский диалект шугнанского языка. — Душанбе: Академия наук Таджикской ССР, 1963.
- Карамшоев Д. К. Шугнанско-русский словарь в трёх томах. — М.: Наука, 1988. — Т. 1. — 576 с.
- Плунгян, В. А. Полевые исследования по шугнанскому языку // Вестник РГГУ. Серия «Литературоведение. Языкознание. Культурология». — 2022. — Вып. 5. — С. 11–22. — doi:10.28995/2686-7249-2022-5-11-22.
- Эдельман Д. И. Шугнанский язык // Иранские языки. III. Восточноиранские языки / Рогова Н. В. — М.: Индрик, 1999. — С. 225—241. — ISBN 5-85759-107-4.
- Edelman Joy, Dodykhudoeva Leyla. Shughni (англ.) // The Iranian Languages / Windfuhr, Gernot . — Oxon: Routledge, 2009. — P. 787—825. — ISBN 978-0-7007-1-131-4.
- Mueller Katja. Deixis in Shughni: Grammatical and Semantic Considerations (англ.) / Chair Keith Slater. — Grand Forks: University of North Dakota, 2015.
- Payne John. The Languages of the Soviet Union (англ.) / Comrie, Bernard. — Cambr.: Cambridge University Press, 1981. — P. 158—179.
- Payne John. Compendium linguarum Iranicarum (англ.) / Schmitt, Rüdiger . — Wiesbaden: Dr. Ludwig Reichert Verlag , 1989. — P. 417—444. — XIV, 529 p. — (Cip- Titelaufnahme Der Deutschen Bibliothek).
Статьи
- Каландаров Т. Памирские языки: между прошлым и будущим (на примере шугнанского языка) // Отдел культурного наследия и гуманитарных наук УЦА. — Бишкек, 2020. — № 6.
- Katja Müller, Elisabeth Abbess, Daniel Paul, Calvin Tiessen, and Gabriela Tiessen. Language in Community-Oriented and Contact-Oriented Domains: The Case of the Shughni of Tajikistan (англ.) // SIL International. — 2019.
- Clinton Parker. Vestigial ergativity in Shughni: At the intersection of alignment, clitic doubling, and feature-driven movement (англ.) // Glossa: a journal of general linguistics. — 2020. — Vol. 5, iss. 1. — ISSN 2397-1835. — doi:10.5334/gjgl.799.
- Payne, John. The decay of ergativity in Pamir languages (англ.) // Lingua . — 1980. — No. 51. — P. 147—186.
Ссылки
![](/s/i/modif.png)
Обычно почти сразу, изредка в течении часа.