Для установки нажмите кнопочку Установить расширение. И это всё.

Исходный код расширения WIKI 2 регулярно проверяется специалистами Mozilla Foundation, Google и Apple. Вы также можете это сделать в любой момент.

4,5
Келли Слэйтон
Мои поздравления с отличным проектом... что за великолепная идея!
Александр Григорьевский
Я использую WIKI 2 каждый день
и почти забыл как выглядит оригинальная Википедия.
Статистика
На русском, статей
Улучшено за 24 ч.
Добавлено за 24 ч.
Что мы делаем. Каждая страница проходит через несколько сотен совершенствующих техник. Совершенно та же Википедия. Только лучше.
.
Лео
Ньютон
Яркие
Мягкие

Соловецкий лагерь особого назначения

Из Википедии — свободной энциклопедии

Соловецкий лагерь особого назначения
Solovki USLON Postcard № 11.jpg
Местоположение  СССР: Соловецкие острова
Координаты 65°01′28″ с. ш. 35°42′38″ в. д.HGЯO
Текущий статус ликвидирован
Режим безопасности максимальный
Открытие 1923
Закрытие 1933
Находится в ведомстве ОГПУ
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе
Внешние видеофайлы
Власть Соловецкая.
СССР—ГУЛАГ—Соловки.
(Из коллекции Госфильмофонда России.)
Свидетельства и документы.
Мосфильм, 1988 год.
Соловецкие лагеря особого назначения,
документальный фильм (1927—1928 гг.)

Солове́цкий ла́герь осо́бого назначе́ния (СЛОН, «Соловки́») — первый и до 1929 года единственный в СССР исправительно-трудовой лагерь на территории Соловецких островов, действовавший в 1920—1930-х годах. Был создан для изоляции, трудового использования и перевоспитания особо опасных политических и уголовных преступников[1].

Ранняя история

Монастырская тюрьма

Соловецкий монастырь в течение многих лет использовался в качестве места изоляции непокорных воле государя православных иерархов, еретиков и сектантов. Попадали сюда и политически неблагонадёжные, такие как опальный Аверкий Палицын или сочувствовавший декабристам Павел Ганнибал и другие. Соловецкая монастырская тюрьма существовала с 1718 года, без малого 200 лет, и была закрыта в 1903 году[2].

Северные лагеря

Первыми лагерь на Соловках 3 февраля 1919 года создало белое правительство Миллера-Чайковского, поддерживаемое «западными демократиями»: его постановление гласило, что граждане, «присутствие коих является вредным…могут быть подвергаемы аресту и высылке во внесудебном порядке в места, указанные в пункте 4 настоящего постановления». «Местом высылки назначается Соловецкий монастырь или один из островов Соловецкой группы»…[3][неавторитетный источник?]

Ещё ранее «демократическое правительство» Северной области начало высылать политических оппонентов на острова Мудьюг и Иоканьга. «Люди, названные военнопленными, доводились до крайних пределов голода: как голодные псы бросались, хватая обглоданные администрацией тюрьмы кости, зная вперед, что это будет стоить побоев прикладами, карцера и т. д. Организм заточенных был доведен от голода до состояния, когда незначительное дуновение ветра валило их с ног, что почиталось симуляцией, и потому на несчастных снова сыпались побои… Из заточенных на Мудьюге более 50 процентов расстались с жизнью, многие сошли с ума…», — описывал ситуацию после освобождения Мудьюга Архангельский совет профсоюзов в августе 1919 г.[3][неавторитетный источник?]

В ссыльно-каторжной тюрьме в Иоканьге заключённых избивали, морили голодом, пытали, истребляли медленной мучительной смертью от голода и холода. Из 1200 арестантов, побывавших в Иоканьге, лишь 20 относились к большевикам, остальные были беспартийными. К моменту освобождения тюрьмы от белогвардейцев в живых осталось чуть больше трети заключённых, из них 205 уже не могли передвигаться[3][неавторитетный источник?].

В 1919 году ВЧК учредила ряд принудительных трудовых лагерей в Архангельской губернии: в Пертоминске, Холмогорах и рядом с Архангельском. Лагеря должны были существовать на хозрасчёте без поддержки центра.

Трудовой лагерь с подчинением подотделу принудительных работ Архгубисполкома организован 20 мая 1920 г. для заключения военнопленных гражданской войны, осужденных на принудительные работы[4].

В 1921 году эти лагеря стали называться Северными лагерями особого назначения (СЛОН). В докладе Управления островами Архгубисполкому от 1921 года впервые была предложена идея использования труда осуждённых за еду[5][1].

Возникновение Соловецкого лагеря особого назначения (1923)

КемскийПересыльныйПункт.jpg

В начале 1923 года ГПУ РСФСР, сменившее ВЧК, предложило умножить количество северных лагерей, построив новый лагерь на Соловецком архипелаге.

Организационные работы

В мае 1923 г. заместитель председателя ГПУ И. С. Уншлихт обратился во ВЦИК с проектом по организации Соловецкого лагеря принудительных работ[6]. 6 июня 1923 года (ещё до принятия решения о создании соловецкого лагеря) колёсный пароход «Печора» доставил на Соловецкие острова первую партию заключённых из Архангельска и Пертоминска[7].

6 июля 1923 года, через полгода после образования СССР, ГПУ союзных республик были выведены из-под контроля республиканских НКВД и слиты в Объединённое государственное политическое управление (ОГПУ), подчинённое непосредственно СНК СССР. В ведение ОГПУ были переданы места заключения ГПУ РСФСР.

На острове Революции (ранее — Попов остров) в Кемском заливе, где находилась лесопилка, было решено создать транзитный пункт между железнодорожной станцией Кемь и новым лагерем на Соловецких островах. Правительство Автономной Карельской ССР выступило против действий ОГПУ, однако транзитный пункт всё равно был открыт.

Согласно декрету ОГПУ, представленному Совнаркому РСФСР 18 августа 1923 года, в новом лагере должны были содержаться «политические и уголовные заключённые, приговорённые дополнительными судебными органами ГПУ, бывшей ВЧК, «Особым совещанием при Коллегии ГПУ» и обычными судами, если ГПУ быстро давало разрешение»[8].

Вскоре на основании Постановления СНК СССР от 13 октября 1923 года[9] (протокол 15) Северные лагеря ГПУ были ликвидированы и на их базе организовано Управление Соловецкого лагеря принудительных работ особого назначения (УСЛОН или СЛОН) ОГПУ. Лагерю было передано в пользование все имущество Соловецкого монастыря, закрытого с 1920 года. В лагере предполагалось разместить 8000 человек.

Арестанты, работавшие на отдельных предприятиях, разделялись на артели, а те на десятки, которыми руководили десятники, ответственные за продуктивность работ[1].

Положение о Соловецких лагерях особого назначения ОГПУ (2 октября 1924 г) предусматривало, что «работы заключенных имеют воспитательно-трудовое значение, ставя своей целью приохотить и приучить к труду отбывающих наказание, дав им возможность по выходе из лагерей жить честной трудовой жизнью и быть полезными гражданами СССР». В этом документе были оговорены разные меры дисциплинарных наказаний за отказ от работы, невыполнение наряда, порчу инструмента, неподчинение, однако экономические методы стимулирования труда практически не оговаривались. В этот период и работу удавалось найти далеко не всем, поэтому во второй половине 1924 года ОГПУ было вынуждено дополнительно выделить на содержание лагеря 600 тысяч рублей[1][10].

Политические заключённые

«Политики» (члены социалистических партий: эсеры, меньшевики, бундовцы и анархисты), составлявшие небольшую часть от общего числа заключённых (около 400 человек), тем не менее занимали привилегированное положение в лагере и, как правило, были освобождены от физического труда (кроме авральных работ), свободно общались друг с другом, имели свой орган управления (старостат), могли видеться с родственниками, получали помощь от Красного Креста и посылки.

В начале декабря 1923 года начальник УСЛОН Эйхманс объявил старостам, что получены новые инструкции о режиме для политзаключённых на Соловках, который предусматривает, в частности, запрещение прогулок с 6 часов вечера до 6 часов утра. Без обсуждения с другими заключёнными старосты решили нововведению не подчиняться. Эсеры, левые эсеры и анархисты постановили прогулок не прекращать и организовали гуляние по группам, сменяя друг друга по очереди. Социал-демократы от демонстраций воздержались. 19 декабря 1923 года в 17.00 староста эсеров Иваницкий направился на переговоры к начальнику Савватиевского скита Ногтеву, но тот его не принял. В 18.00 во двор вышли солдаты и потребовали от гуляющих вернуться в корпус. В ответ на неподчинение охрана применила оружие, убив пятерых и тяжело ранив троих (одного смертельно) членов партий эсеров и анархистов. По поводу происшествия была проведена проверка комиссией ВЦИК во главе с А.П. Смирновым. Она признала действия охраны неправомерными[11].

Прокурор Верховного Суда СССР П. А. Красиков осенью 1924 года отчитался в журнале «СЛОН» о результатах проверки Соловецкого лагеря и Кемского пересыльного пункта, отметив, что политические питаются намного лучше уголовников и даже лучше красноармейцев, некоторые из них имеют диетический стол с белым хлебом и маслом. Они также без ограничения могут получать с воли посылки, в которым им присылают шоколад, какао, масло, в общем количестве 500—600 пудов в год. Помещения монашеских скитов, отведенные им, являются лучшими на островах: они прекрасно отапливаются, имеют просторные светлые комнаты с видами на море и лес. Решеток, стражи внутри домов нет. Политические никакими работами не заняты, усматривая в этом нарушение своей свободы. Они только должны готовить себе пищу из отпущенных продуктов и поддерживать порядок в помещениях, с чем справляются не очень хорошо. Даже заготовку дров для политических их силами администрации наладить не удается. Всего политических осуждённых на конец 1924 года было 320—330 человек, включая женщин и детей, как родившихся на Соловках, так и привезённых родителями с собой, отмечал прокурор. Уголовные осуждённые относятся к ним отрицательно, так как считают, что те ведут паразитический образ жизни и выдвигают чрезмерные требования к администрации: например, электрического освещения не до 12 ночи, а круглосуточно, размещения приезжающих гостей не в гостинице, а в изоляторе вместе с ними, прогулок не до 18.00, а в любое время суток. Свое сидение в лагере политические изображают как борьбу с советской властью, а апеллируют при этом к заграничной прессе. При обсуждении возможности бюджета удовлетворять растущие требования политических их старосты заявили: «Какое нам дело до ваших бюджетов! Наше единственное желание — чтобы ваш бюджет лопнул, и мы рады по мере сил способствовать этому. Ваша обязанность доставлять нам все, что нам нужно и необходимо»[12].

Протест против привилегий политических высказал в журнале «Слон» №9-10 за 1924 год заключённый И. Сухов. «Они вот-вот потребуют для себя денщиков и лошадей для выездов», как требовали до этого предоставления заготовленных чужими руками дров и истопников для прачечной. Политические оскорбительно ведут себя по отношению к красноармейцам, называя их «баранами» и призывая выступать против Советской власти, возмущался автор[13].

На 1 октября 1924 года  численность политических заключённых в лагере составляет 429 чел. из общего числа около 3 тыс. человек, из них 176 меньшевиков, 130 правых эсеров, 67 анархистов, 26 левых эсеров, 30 социалистов других организаций.

10 июня 1925 года было принято Постановление СНК СССР от 10.06.1925 О прекращении содержания в СЛОН политзаключённых. Летом 1925 политические заключённые были вывезены на материк[14].

Рост эффективности

Развитие инфраструктуры

Изначально масштабы деятельности УСЛОНа ограничивались Соловецкими островами; в Кеми, на территории Автономной Карелии, находился только пересыльно-распределительный пункт. При инспекции СЛОН осенью 1924 года прокурор Верховного Суда СССР П. А. Красиков отметил, что Кемский пересыльный пункт был построен англичанами для своего десанта и в 1924 году был капитально отремонтирован, снабжен печами, кухнями, лазаретом с аптекой и медицинским персоналом. Сообщение с Соловками осуществляли в навигацию два парохода, путь до Москвы занимает 36-38 часов, а переход от Кеми до Соловков 2 часа[15][12].

При учреждении лагеря в мае 1923 года он располагал одной маломощной электростанцией с одной паровой турбиной мощностью 60 л.с. и одной водяной такой же мощностью, которые вырабатывали 62 кВт электрической мощности, её едва хватало на освещение[15].

Для увеличения мощности была установлена еще одна паровая машина в 35 л.с. с динамо-машиной на 21 кВт, а также электродвигатели на мельнице (25 л.с.), слесарно-механической мастерской (12 л.с.) и электромеханической мастерской (4 л.с.). Проведены новые медные силовые провода и подготовлена установка электродвигателей на кирпичном заводе (25 л.с.), заводе сухой перегонки дерева и на кожевенном заводе (по 12 л.с.), на заводе механической обуви, гончарном, чугуно-литейном. Были оборудованы две новых электростанции в Савватиево и Муксульме, а также запланировано строительство дополнительной гидростанции для высвобождения паровых машин, мощностью 150 л.с[15].

6 ноября 1924 года был после 8-летнего перерыва всего за 4 месяца запущен лесозавод №40 на острове Революции, переименованный в «Красную Карелию» и вошедший в гострест «Северолес». Торжественный митинг приветствовали струнный оркестр и театральная труппа лагеря. Была особо отмечена ударная работа заключённых механика А.М. Михайлова и техника Новицкого. Михайлову от завода была выделена ежемесячная персональная надбавка в размере месячной зарплаты[13].

К концу 1920-х годов на одном из Соловецких островов был организован зверопитомник, где выращивались лисы, песцы, соболя, ондатра[16].

Литейное производство из чугуна и меди производило стойки для швейных машин, колосники для печей, вьюшки.

Организация труда

В 1924 году на Соловки попал бывший одесский коммерсант Нафталий Аронович Френкель. В это время в лагере сформировалась структура администрации Управления СЛОН, где за развитие производственной деятельности отвечали производственно-техническая часть (ведала предприятиями, заводами и мастерскими; техническими, строительно-ремонтными и лесными разработками; рабочей силой и её целесообразным использованием; организацией обрабатывающей и добывающей промышленности) и хозяйственная часть (контроль рыбных и зверобойных промыслов; работа подсобно-ремонтных мастерских; заготовка и снабжение материалами, сырьем и хозяйственным инвентарем всех производственно-технических предприятий, заводов и промыслов; реализация). В 1926 г. все эти функции были объединены в эксплуатационно-производственном отделе экономической части (ЭПО ЭКЧ), которую возглавил заключённый Н. А. Френкель. Его нововведением была замена стандартного пайка на четкий дифференцированный метод распределения пищи в зависимости от выработки и категории трудоспособности заключённых, что позволило резко увеличить производительность труда[4].

Одной из главных задач Френкеля была «разработка методов и способов продуктивности работ при организации их на рациональных началах»[17]. Если в 1925 г. начальник УСЛОН Ф. И. Эйхманс в докладе об экономическом состоянии лагерей признавал, что «…рабочую силу на Соловках при наличии наших предприятий использовать негде», то уже в 1928 г. он отметил, что ситуация поменялась на противоположную: численность заключённых выросла с 5872 чел. до 21900 чел[18]., из которых на контрагентских строительных и лесозаготовительных работах на материке было занято около 10 тысяч человек[19]. Лагерь превратился в многоотраслевую промышленную зону, где совершенствовалось оборудование заводов и предприятий. Производственная деятельность сдвинулась в Карелию, усилилось значение Кемского пересыльно-распределительного пункта, располагавшего гораздо большим объёмом рабочей силы, чем Соловецкий остров[4]. По отчётам за 1927 год, только лесозаготовки дали лагерному хозяйству чистой прибыли 5 млн золотых рублей[20].

В 1926 г. заседанием коллегии ОГПУ срок Н. А. Френкелю сокращен до 5 лет, 23 июня 1927 г. он был досрочно освобождён[21]. Нафталий Аронович был далеко не единственным заключённым, который сделал карьеру в лагере в это время: из 659 сотрудников его отдела на Соловках и на материке, 559 были осуждены за контрреволюционную деятельность[22]. Это не нравилось партийной ячейке, которая сама хотела руководить производственно-хозяйственной жизнью лагеря, а не подчиняться Френкелю. Однако признавала, что Н. А. Френкель «…поставил Соловецкое хозяйство. Конечно, подход у него собственника-коммерсанта, и ни в коей мере не советского общественника. Но как работник — ценный…». «Выгнать Френкеля сейчас нельзя — нужно подготовить смену», — считали партийцы, создав для контроля и ревизии всех производств лагеря Организационное бюро, дублировавшее ЭПО ЭКЧ[4].

Претензии соловецкой партийной ячейки к Френкелю с желанием постепенно сместить с руководящих должностей заключенных-контрреволюционеров, заменив их на «безработных товарищей» из членов партии, привели к проведению 5 апреля 1929 г. специального совещания членов ВКП(б) СЛОН ОГПУ с участием заведующего спецотделом ОГПУ Г. И. Бокия, представителей прокуратуры г. Кемь, соловецкой парторганизации и парторганизации лагеря. На нём Г. И. Бокий поддержал стратегию развития лагерей, предложенную Н. А. Френкелем, объявив, что Френкель является не контрреволюционером, а секретным сотрудником ОГПУ. В итоге он запретил парторганизации вмешиваться в оперативную работу производства, «…потому что хозяйственные дела лагерей тоже очень часто бывают секретные»[23].

Разветвлённое хозяйство лагеря включало строительство и эксплуатацию железных дорог, лесозаготовки, торфоразработки, добычу йода и агар-агара из водорослей, добычу морского зверя, рыбы, производство сельскохозяйственной продукции, солеварни, пушное хозяйство (в том числе разведение ценных пород кроликов, шкурки которых шли на экспорт в Великобританию), ремесленные мастерские, кирпичный, кожевенный, известковый, механический, гончарный, смолокуренный и салотопенный заводы. Некоторые из них (кирпичный завод, иодпром, рыбзверпром, пушное хозяйство, лесозаготовки) работали уже не на самообеспечение, а на вывоз и даже на экспорт[24].

В 1930 г. в Соловецких лагерях находилось 63000 заключенных, из них на контрагентских работах было задействовано 24534 чел., на собственных предприятиях — 11029 чел. Средний доход УСЛОН за 1 человеко-день вырос до 4 рублей[4]. Одновременно нарастало желание руководящих структур Архангельска и КАССР прибрать УСЛОН к рукам. Решающее слово сказало ОГПУ, в 1929 г. ходатайствовавшее перед Секретариатом ВЦИК об оставлении Соловецких островов в составе Северного края.

Руководство УСЛОН пытается отстоять собственную концепцию развития, в апреле 1930 г. представив «Материалы по реорганизации СЛОН», в которых обращает внимание на такие недостатки, как внутриведомственное соперничество, слабое «…техническое и оперативное руководство всей эксплуатационно-коммерческой деятельностью УСЛОН, что является делом непосильным для одного человека или для одного отдела». Предлагалось реорганизовать руководство всеми предприятиями УСЛОН, выделив специализированные отделы: лесной, дорожно-строительный, торговый, рыбопромышленный, сельскохозяйственный и другие, с самостоятельным балансом, чтобы открыть «новые пути рационального использования прибывающей рабсилы»[4].

Однако предложенный проект не был воплощён: ОГПУ начало создавать сеть исправительно-трудовых лагерей на базе материковых подразделений СЛОН. Для их руководства в апреле 1930 г. образовано Управление исправительно-трудовых лагерей (с октября 1930 г. — Главное управление). Осенью 1930 г. на основе СЛОН организовано лаготделение Соловецкого и Карело-Мурманского исправительно-трудового лагеря (СИКМИТЛ ОГПУ) с подчинением ГПУ Карельской АССР и ГУЛАГ ОГПУ[4].

Культурно-массовая работа

Обложка журнала «Соловецкие острова», издававшегося с 1924 по 1930 год Управлением СЛОН тиражом до 3 тыс. экз.
Обложка журнала «Соловецкие острова», издававшегося с 1924 по 1930 год Управлением СЛОН тиражом до 3 тыс. экз.

В 1925 году в лагере начала издаваться многотиражная еженедельная газета «Новые Соловки». В ней освещались трудовые будни коллектива и ячейки РКП (б), вопросы научной организации и охраны труда с прикреплением каждого работника к определённой артели, совершенствованием его трудовых навыков и ростом удовлетворенности трудом, вовлечения женщин в общественную жизнь[25]. В газете публиковались статьи об истории монастыря, его героических оборонах от захватчиков, культурно-исторических ценностях[26]. «Лагерные корреспонденты» сообщали о быте и работе отдельных бригад: пекарни, мельницы, праздновании Нового года и Рождества, пошиве тёплой стёганой одежды для работников почты, которые на лодках доставляют корреспонденцию на острова и участки. Газета освещала ликвидацию безграмотности среди осуждённых (в том числе обучение профессиям, иностранным языкам, в том числе финскому), лекции и концерты в клубе. Осуждая преступивших уголовный закон, газета показывала примеры перевоспитания уголовников, среди которых «выявилось немало талантливых самородков», которые через приобщение к культурной работе и коллективу отказываются от дурных привычек «игры в карты, ругани, и пр.»[26].

Издательство и типография УСЛОН издавали также журнал «Соловецкие острова» (в 1924—1926 и 1929—1930 годах), приложения к газете «Новые Соловки» «Соловецкий Крокодил», «Соловецкий безбожник». В лагере работало «Радио-Соловки»[24].

Начиная с 1924 года в лагере активно работало состоящее из заключённых Соловецкое отделение Архангельского общества краеведения (СОАОК). У него было четыре секции: историко-археологическая, криминологическая (социокультурные исследования уголовного мира), охотоведческая и естественно-историческая: биосад с дендрологическим питомником, агрокабинет, биостанция, энтомологический кабинет, питомник пушных зверей. За Обществом были закреплены библиотека, превышавшая 3,5 тысячи томов (в том числе редкие книги из монастырского собрания), и краеведческий музей, под охрану которого были поставлены памятники церковной архитектуры. Книг, особенно русской классики, не хватало, в лагере действовало 6 передвижных библиотек по 100 томов каждая. Переплётная мастерская старалась поддерживать книги в порядке, подклеивать ветхие страницы[13]. Библиотечный фонд постоянно рос и к 1929 году достиг 13 294 книг, количество библиотек с передвижками достигло 18[16].

В 1929 году в лагере работало 22 пункта ликбеза, обучено неграмотных 299, малограмотных 175 человек. 165 курсантов занимались на 10 профессиональных курсах[16].

В 1924—1927 выпускался научно-краеведческий журнал «Материалы СОАОК», многие публикации которого сохранили научную актуальность до наших дней[24].

К периоду 1925—1930 годов относится расцвет лагерного театра, в котором играли заключённые, в том числе профессиональные актеры и музыканты[27]. Только за 1925 год театром было дано 139 спектаклей, 40 концертов, проведено 37 киносеансов. На территории лагеря находилось 9 сцен[28]. Этот период описан в воспоминаниях Бориса Ширяева «Неугасимая лампада». К 1929 году в лагере работало 2 театра, которые создали 75 постановок, которые посетили 27 871 человек.

Сидельцы сложили о лагере ряд песен, в частности, «Море белое — водная ширь…» (приписывается Борису Емельянову)[29][30].

В лагере работали спортивные секции футбола, хоккея с мячом, лыж, лёгкой атлетики[28][10]. Зимой люди занимались лыжами и коньками, а в летний период в 1929 году создавалось 10 футбольных, 4 баскетбольных и 6 волейбольных команд (в том числе одна женская), секции гребли, плавания, гимнастики. Занятия гимнастикой были обязательными. Организовывались игры в кегли и городки. Большинство заключённых, охваченных воспитательной работой, относилось к деклассированным низам и впервые в жизни получало доступ к культуре и спорту[16].

Кадры

Ввиду нехватки вольнонаемных сотрудников, заключённые (в том числе осуждённые по «политическим» статьям 58-й и 59-й) занимали большую часть руководящих должностей в мастерских и на предприятиях УСЛОН с 1923 года: из 659 руководителей и специалистов 559 были заключённые[4].

За время существования лагеря в нём умерло около 7,5 тысяч человек, из них 3583 умерли в последнем квартале 1929 и первом квартале 1930 года в результате эпидемии тифа. Следствие по делу об эпидемии проводилось до глубокой осени 1930 года, после чего ряд виновных были осуждены, в том числе трое к высшей мере наказания за неоказание помощи больным и издевательства над больными заключёнными. Было сменено руководство УСЛОН[28].

Нацистский коллаборационист Семён Пидгайный, позиционировавший себя как бывший заключённый СЛОНа (хотя находился в заключении с 1933 года, когда лагерь был уже ликвидирован), автор изданных на Западе книг о Соловецкой каторге, утверждал, что только при прокладке железной дороги к Филимоновским торфоразработкам в 1928 году на восьми километрах дороги погибло десять тысяч украинцев и донских казаков[31]. На самом деле узкоколейная железная дорога строилась с 1923 по 1925 годы, когда общая численность осуждённых СЛОН не превышала 7 727 человек.

Официальная численность заключённых в 1923—1933 годах приведена в таблице ниже (цифры по состоянию на конец года)[32].

Год 1923 1924 1925 1926 1927 1928 1929 1930 1931 1932 1933
Численность з/к 2 557 5 044 7 727 10 682 14 810 21 900 65 000 71 800 15 130 Н/Д 19 287

Расформирование лагеря (1933). Соловецкая тюрьма особого назначения

В декабре 1933 года лагерь был расформирован, а его имущество — передано Беломоро-Балтийскому лагерю.

В дальнейшем на Соловках располагалось одно из лагерных отделений БелБалтЛага, а в 1937—1939 гг. — Соловецкая тюрьма особого назначения (СТОН) Главного управления государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР[33].

Благодаря архивным исследованиям, проведённым в 1995 году директором Санкт-Петербургского научно-исследовательского центра «Мемориал» Вениамином Иофе, было установлено, что 27 октября 1937 года по приговору Особой Тройки УНКВД по Ленинградской области часть заключённых Соловецкой тюрьмы особого назначения погрузили на баржи и, доставив их в посёлок Повенец, расстреляли в урочище Сандармох (1111 человек, в том числе всех нетрудоспособных и «ненаряженных» — лагерный термин, обозначавший заключённого, не имеющего специальности)[14].

С этой версией не согласно Российское военно-историческое общество, которое в 2018-м и 2019 году провело экспедиции в Сандармох. Директор Института истории, политических и социальных наук Петрозаводского государственного университета, доктор исторических наук Сергей Веригин считает, что найденные ранее членами "Мемориала" захоронения относятся к массовым убийствам советских военнопленных, содержавшихся в 6 финских лагерях на территории Медвежьегорского района во время Великой Отечественной войны[34].

В течение 1939 года оставшиеся заключенные Соловецкой тюрьмы особого назначения были этапированы в Норильлаг, Владимирскую и Орловскую тюрьмы. 2 ноября 1939  года был подписан Приказ НКВД СССР № 001335 о закрытии тюрьмы[35].

С. Л. О. Н. (1925)
С. Л. О. Н. (1925)

Начальники лагеря

Максим Горький на Соловках (1929)
Максим Горький на Соловках (1929)
  • 8 октября 1933 — Иевлев (упоминается как временно исполняющий должность начальника)
  • 4 декабря 1933 — лагерь как самостоятельная единица окончательно закрыт[32].

Условия жизни в лагере

Питание и трудовые нормы

Согласно положению 1924 года, заключённым в лагере дважды в день должна была выдаваться горячая пища и три раза в день кипяток для чая. Из дохода лагеря 27,5 % разрешалось тратить на дополнительное питание людей, занятых на тяжёлых работах. В середине 1920-х годов нормы питания были поставлены в прямую зависимость от результатов труда[1].

Нормы отпуска продуктов на одного заключённого (1929) в неделю, граммов[10][28]
Название продукта Хлеб Мясо или рыба Картофель Капуста Свёкла Горох Крупа Пшено Масло раст. Лук
Норма отпуска 3640 736 1440 818 272 150 608 458 140 56

Продолжительность рабочего дня этим же Положением была установлена в 8 часов, однако допускались сверхурочные при срочных, летних, строительных, сельскохозяйственных работах, обусловленных коротким летним сезоном в северных широтах. Это использовалось администрацией для различных субботников, ударных вахт и так далее[1]. За добросовестную работу администрация могла предоставлять заключённым отгул на сутки, выдавать дополнительные продуктовые премии, предоставлять свидания вне надзора и даже ходатайствовать перед Управлением СЛОН о досрочном освобождении по истечении половины срока[1].

Материально-денежные вознаграждения

С приходом к руководству Эксплуатационно-производственным отделом Н.А. Френкеля в СЛОН, как и на предприятиях советской промышленности на материке, начала использоваться сдельная оплата труда заключённых в зависимости от объёмов выработки. ЭПО ЭКЧ с 1925 г. разрабатывал расценки на продукцию, что уже к апрелю 1926 года вызвало взлёт объемов производства. Росту оплаты труда способствовало использование труда заключённых по контрактам со строительными, лесозаготовительными, добывающими организациями[1].

Моральные стимулы производства

Опыт Соловецкого лагеря стал основой Постановления Политбюро ЦК ВКП(б) и СНК СССР «Об использовании труда уголовно заключенных» 1929 г., положившего начало системе ГУЛАГ. Интересно, что эта система в плане организации моральных стимулов не отличалась от производства на "воле": страна ждала творческой инициативы и энтузиазма со стороны не только рабочего класса, но и заключённых. Они так же боролись за переходящие Красные знамёна, занесение имён на доску почёта, участвовали в движении ударников. В исправительно-трудовых учреждениях книжка ударника позволяла получать дополнительное питание, отправлять 3-4 письма в месяц вместо одного, а также переводить семьям до 50 % получаемых денежных премий[1].

Стимулами участия в социалистическом соревновании стали индивидуальное досрочное освобождение, групповое досрочное освобождение лучших артелей, сокращение сроков, премирование (прогрессивное, индивидуальное, групповое), улучшение жилищных условий и котлового довольствия, первоочередной отпуск товаров (продуктов ларьков)[42]. Конференция Соловецких ударных бригад в феврале 1931 г. прошла под лозунгом: «Широкой волной соцсоревнования ответим на новую клевету капиталистов о принудительном труде в СССР!»[43].

Премирование труда ударников было закреплено Положением об исправительно-трудовых лагерях, принятом СНК СССР 7 апреля 1930 г. Бригады, систематически превышавшие рабочие задания на 20 % и более, становились ударными и получали дополнительные премии[1].

Хотя экономические службы должны были следить за обоснованностью норм и эффективностью труда, в погоне за высокими результатами в лагере распространились приписки, "туфта". В ответ на это 1 августа 1933 г. был принят новый Исправительно-трудовой кодекс, разрешивший на премирование отчислять не более 5 % от производственного дохода лагеря. Более точно стали применяться зачёты отбытого срока наказания: по первой категории труда 4 дня срока за 3 дня работы, а по второй - 5 дней срока за 4 дня работы. «Особо продуктивная работа» поощрялась «путем зачёта двух дней за три дня срока, а на особо важных работах -- одного дня работы за два дня срока»[1].

Визит Горького

Максим Горький, побывавший в 1929 году в лагере, приводил в очерке «Соловки» свидетельства заключённых об условиях советской системы трудового перевоспитания:

  • заключённые работали не больше восьми часов в день;
  • за более тяжёлую работу «на торфе» выдавали повышенный паёк;
  • пожилые заключённые не подлежали назначению на тяжёлые работы;
  • всех заключённых обучали грамоте.

Их казармы Горький описывает как очень просторные и светлые[44].

Олег Волков в работе «Погружение во тьму» приводит воспоминания о приезде Горького на Соловки:

Я был на Соловках, когда туда привозили Горького. Раздувшимся от спеси (еще бы! под него одного подали корабль, водили под руки, окружили почётной свитой), прошёлся он по дорожке возле Управления. Глядел только в сторону, на какую ему указывали, беседовал с чекистами, обряженными в новёхонькие арестантские одёжки, заходил в казармы вохровцев, откуда только-только успели вынести стойки с винтовками и удалить красноармейцев… И восхвалил!

В версте от того места, где Горький с упоением разыгрывал роль знатного туриста и пускал слезу, умиляясь людям, посвятившим себя гуманной миссии перевоспитания трудом заблудших жертв пережитков капитализма, — в версте оттуда, по прямой, озверевшие надсмотрщики били наотмашь палками впряжённых по восьми и десяти в гружённые долготьём сани истерзанных, измождённых штрафников — польских военных. На них по чернотропу вывозили дрова. Содержали поляков особенно бесчеловечно.

Пытки

По словам исследователя истории соловецких лагерей Юрия Бродского, на Соловках по отношению к заключённым применяли разнообразные пытки и унижения. Так, заключённых:

  • заставляли перетаскивать камни или брёвна с места на место,
  • заставляли считать чаек,
  • заставляли громко кричать Интернационал по много часов подряд. Если заключённый останавливался, то двух-трёх убивали, после чего люди стоя кричали, пока не начинали падать от изнеможения. Это могло проводиться ночью, на морозе[45],
  • раздевали до гола и привязывали к дереву на съедение комарам. Такая пытка получила в лагерях название "комарики"[46][47].

Судьба основателей лагеря

Многих организаторов, имевших отношение к созданию Соловецкого лагеря, расстреляли[45]:

  • Человек, который предложил собрать лагеря на Соловках, архангельский деятель Иван Васильевич Боговой — расстрелян.
  • Человек, который поднял красный флаг над Соловками — попал в Соловецкий же лагерь как заключённый[кто?].
  • Первый начальник лагеря Ногтев получил 15 лет, вышел по амнистии, не успел прописаться в Москве, умер.
  • Второй начальник лагеря Эйхманс — расстрелян как английский шпион.
  • Начальник Соловецкой тюрьмы особого назначения Апетер — расстрелян.

В то же время, например, заключённый СЛОНа Нафталий Аронович Френкель, предложивший новаторские идеи развития лагеря и являвшийся одним из «крёстных отцов» ГУЛАГа, продвинулся по служебной лестнице и ушёл на пенсию в 1947 г. с должности начальника Главного управления лагерей железнодорожного строительства в звании генерал-лейтенанта НКВД[6].

Память

Днём политзаключённого в СССР было объявлено 30 октября 1990 года. В этот день на Лубянской площади в Москве был установлен Соловецкий мемориальный камень в память о погибших в годы политических репрессий. Сам камень был привезён с Соловецких островов.

На Соловецком острове есть музей-заповедник СЛОН[48]

Соловецкие мемориальные камни установлены в Санкт-Петербурге, Архангельске, в посёлке Соловецком на Большом Соловецком Острове и в музее Свято-Троицкого монастыря в городе Джорданвилле (США) в память о новомучениках, погибших в Соловецком лагере особого назначения.

См. также

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Шульгина М. В. Эволюционирование системы принуждения и стимулирования труда заключенных в Соловецких лагерях особого назначения (1923-1933 годы) // Вестник Челябинского государственного университета. — 2009. — Вып. 39, № 10 (191). — С. 61-67.
  2. Пругавин А. С. Монастырские тюрьмы в борьбе с сектантством. К вопросу о веротерпимости. М; Посредник. 1906. с. 78, 81.
  3. 1 2 3 Сергей Ермолин. Солнечный удар Путину - 2. zavtra.ru (17 ноября 2014). Дата обращения: 22 декабря 2020.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 Мария Владимировна Шульгина. Развитие производственной деятельности Соловецких лагерей особого назначения в 1923–1930 гг.: стратегии и дискуссии // Молодой ученый. — 2010. — Вып. 14. — С. 240–243. — ISSN 2072-0297.
  5. Государственный архив Архангельской области. Ф. 352. Оп. 1. Д. 168. Л. 40. Инструкция Уполномоченному по управлению Соловецкими островами.
  6. 1 2 Юрий Моруков. Соловецкий лагерь особого назначения (1923-1933 гг.). Альманах «Соловецкое море» (№3, 2004 г.). Дата обращения: 15 апреля 2015.
  7. Альманах «Соловецкое море». № 3. 2004 г.
  8. ГА РФ. Ф5446. Оп 5ф. Д 1. Л. 2
  9. s:ru:Постановление СНК СССР от 2 ноября 1923 года Об организации Соловецкого лагеря принудительных работ
  10. 1 2 3 Положение о Соловецких лагерях особого назначения ОГПУ. 2 октября 1924 г. Соловки : Типо-литография УСЛОН ОГПУ, 1925; Соловецкие лагеря особого назначения ОГПУ : фотолетопись / сост. Т. А. Сухарникова; под ред. Ю. Б. Демиденко ; ГМИ СПб. ; Музей С. М. Кирова ; СГИАПМЗ. СПб., 2004. С. 9-19.
  11. Олицкая Екатерина. Мои воспоминания. Отступление: о Соловках. 19 декабря 1923 г.. www.solovki.ca. Изд-во «Посев», Франкфурт-на-Майне. ФРГ. (1971). Дата обращения: 24 декабря 2020.
  12. 1 2 Красиков, П.А. Соловки // СЛОН : журнал. — 1924. — № 9—10. — С. 13—20.
  13. 1 2 3 СЛОН, № 9-10. Русский Север, электронная краеведческая библиотека. УСЛОН (1924).
  14. 1 2 Научно-информационный центр 'Мемориал' Санкт-Петербург. Дата обращения: 24 ноября 2019. Архивировано 19 августа 2011 года.
  15. 1 2 3 И. Ковач. Электрификация Соловков. Русский Север, электронная краеведческая библиотека с. 72-73. СЛОН, № 9-10; УСЛОН (1924).
  16. 1 2 3 4 А. П-ский. Воспитательно-просветительная работа на Соловецком острове. Соловецкие острова, журнал. УСЛОН (5 февраля 1929).
  17. Государственный архив Российской Федерации, фонд Р-9414. Оп. 1. Д. 2918. Доклад о деятельности Управления Соловецких лагерей особого назначения ОГПУ за 1926/1927 операционный год.
  18. Система исправительно-трудовых лагерей в СССР, 1923—1960: справочник / о-во «Мемориал»; ГАРФ; сост. М. Б. Смирнов; под ред. Н. Г. Охотина, А. Б. Рогинского. М.: «Звенья», 1998. с. 317.
  19. ГАРФ. Ф. Р-9414. Оп. 1. Д. 2919, листы 1, 2, 39, 40, 42, 48.
  20. Никонов-Смородин М.З. Красная каторга. СОЛОВЕЦКОЕ ДНО. www.sakharov-center.ru. София: Издательство Н.Т.С.Н.П. (1938). — Воспоминания о ГУЛАГе. Дата обращения: 26 декабря 2020.
  21. Архив МВД Республики Карелия. Д. 72/3107а.
  22. ОДСПИ ГААО. Ф. 5715. Оп. 1. Д. 11. Л. 5. Протокол № 13 заседания Бюро коллектива ВКП(б) УСЛОН-ОГПУ 11 января 1929 г.
  23. ОДСПИ ГААО. Ф. 5715. Оп. 1. Д. 11. Л. 126об-127. Протокол совещания членов ВКП(б) 2 лагеря СЛОН ОГПУ с участием членов комиссии от спецотдела ОГПУ. 5 апреля 1929 г.
  24. 1 2 3 Ирина Флиге. Узники Соловецких островов. ЧАСТЬ I: принудтруд, театр и самообеспечение в советском лагере. Узники Соловецких островов. ЧАСТЬ I: принудтруд, театр и самообеспечение в советском лагере | Communist Crimes. Дата обращения: 22 декабря 2020.
  25. Новые Соловки, еженедельная газета. Русский Север, электронная краеведческая библиотека. Архангельская областная научная библиотека им Н. А. Добролюбова (1925-1926).
  26. 1 2 Новые Соловки. Многотиражная еженедельная газета. Соловецкий коллектив РКП (б), Управление Соловецкими лагерями особого назначения ОГПУ (3 января 1926).
  27. Кузякина Н. Б. Театр на Соловках. 1923-1937 // Воспоминания и документы. — М., 2009. — 176 с. — ISBN 978-5-86007-608-2.
  28. 1 2 3 4 Власть соловецкая в фотодокументах. varjag-2007.livejournal.com. Дата обращения: 22 декабря 2020.
  29. Репневский А. В. Слово о людях и земле Поморской. — 1995. — С. 46.
  30. Море белое — водная ширь. a-pesni.org. Дата обращения: 31 октября 2014.
  31. С. А. Пидгайный: Украинская интеллигенция на Соловках — цит. по Соловки: торфяные разработки
  32. 1 2 3 4 Кривенко С. В. Соловецкий ИТЛ ОГПУ (Соловецкие лагеря особого назначения, Соловецкий лагерь принудительных работ особого назначения ОГПУ, СЛОН, СЛАГ, Соловецкие и Карело-Мурманские лагеря, СКМИТЛ) // Система исправительно-трудовых лагерей в СССР / Сост. М. Б. Смирнов; Авт. вступ. и справ. ст.: М. Джекобсон, А. И. Кокурин, С. В. Кривенко, С. П. Сигачёв, М. Б. Смирнов, С. Г. Филиппов, Д. В. Шкапов; науч. ред.: Н. Г. Охотин, А. Б. Рогинский. — М.: Звенья, 1998. Архивировано 30 июля 2009 года.
  33. «Соловецкий лагерь особого назначения (1923—1933 гг.)», Юрий Моруков Альманах «Соловецкое море». № 3/2004 (недоступная ссылка). Дата обращения: 1 марта 2008. Архивировано 22 мая 2010 года.
  34. Стартовала поисковая экспедиция РВИО в Сандармохе. Есть первые находки. rvio.histrf.ru. Российское военно-историческое общество (12 августа 2019). Дата обращения: 22 декабря 2020.
  35. Тюрьма НКВД на Соловках
  36. 1 2 Соловки — Соловецкий лагерь особого назначения, соловецкая тюрьма. СЛОН, СТОН, Беломорско-Балтийский канал, ГУЛАГ. Спасо-Преображенский Соловецкий ставропигиальный мужской монастырь. Дата обращения: 24 ноября 2019.
  37. В некоторых источниках сообщается, что Эйхманса сменил В. Г. Зарин [1], однако это не подтверждено, другими источниками, возможно, Владимир Георгиевич Зарин исполнял обязанности начальника, оставаясь начальником 4-го лаготделения УСЛОНа
  38. Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898—1991 (недоступная ссылка). Дата обращения: 24 февраля 2014. Архивировано 4 марта 2016 года.
  39. Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898—1991
  40. Бояр, Петр Андреевич — Кадровый состав НКВД 1935-1939. nkvd.memo.ru. Дата обращения: 24 ноября 2019.
  41. Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898—1991 (недоступная ссылка). Дата обращения: 24 февраля 2014. Архивировано 18 ноября 2013 года.
  42. Отдел использования и публикаций Национального архива Республики Карелия. Ф. 1033. Оп. 1. Д. 97. Л. 23-25.
  43. Отдел использования и публикаций Национального архива Республики Карелия. Ф. 1033. Оп. 1. Д. 120. Л. 6.
  44. Очерк (англ.). www.solovki.ca. Дата обращения: 24 ноября 2019.
  45. 1 2 Бродский Юрий. Интервью / Быт ГУЛага / Юрий Бродский. Эхо Москвы. Дата обращения: 24 ноября 2019.
  46. Юрий Бродский "СОЛОВКИ. Двадцать лет". FEDY-DIARY.RU. Дата обращения: 21 августа 2021.
  47. Комары на Соловках и. www.solovki.ca. Дата обращения: 21 августа 2021.
  48. Анстасия Миронова Соловецкие доносы // Новая газета. — 2017. — № 115. — 16.10.2017 — С. 20-21

Литература

Ссылки

Эта страница в последний раз была отредактирована 14 сентября 2021 в 07:32.
Как только страница обновилась в Википедии она обновляется в Вики 2.
Обычно почти сразу, изредка в течении часа.
Основа этой страницы находится в Википедии. Текст доступен по лицензии CC BY-SA 3.0 Unported License. Нетекстовые медиаданные доступны под собственными лицензиями. Wikipedia® — зарегистрированный товарный знак организации Wikimedia Foundation, Inc. WIKI 2 является независимой компанией и не аффилирована с Фондом Викимедиа (Wikimedia Foundation).