Для установки нажмите кнопочку Установить расширение. И это всё.

Исходный код расширения WIKI 2 регулярно проверяется специалистами Mozilla Foundation, Google и Apple. Вы также можете это сделать в любой момент.

4,5
Келли Слэйтон
Мои поздравления с отличным проектом... что за великолепная идея!
Александр Григорьевский
Я использую WIKI 2 каждый день
и почти забыл как выглядит оригинальная Википедия.
Что мы делаем. Каждая страница проходит через несколько сотен совершенствующих техник. Совершенно та же Википедия. Только лучше.
.
Лео
Ньютон
Яркие
Мягкие

Из Википедии — свободной энциклопедии

Николай II
Николай II
Николай II
Флаг
Император Всероссийский
Флаг
20 октября (1 ноября1894 — 2 (15) марта 1917
Коронация 14 (26) мая 1896
Глава правительства Николай Бунге (1887—1895);
Иван Дурново (1895—1903);
Сергей Витте (1903—1906);
Иван Горемыкин (1906);
Пётр Столыпин (1906—1911);
Владимир Коковцов (1911—1914);
Иван Горемыкин (1914—1916);
Борис Штюрмер (1916);
Александр Трепов (1916);
Николай Голицын (1916—1917)
Предшественник Александр III
Преемник Михаил II (де-юре)
Георгий Львов (как министр-председатель Временного правительства)
Наследник Георгий Александрович (1894—1899)
Михаил Александрович (1899—1904)
Алексей Николаевич (1904—1917)
Флаг
Царь Польский
20 октября (1 ноября1894 — 2 (15) марта 1917
Предшественник Александр III
Преемник титул упразднён
Флаг
Великий князь Финляндский
20 октября (1 ноября1894 — 2 (15) марта 1917
Предшественник Александр III
Преемник титул упразднён

Рождение 18 мая 1868(1868-05-18)
Царское Село, Российская империя
Смерть 17 июля 1918(1918-07-17) (50 лет)
Екатеринбург, Пермская губерния, РСФСР
Место погребения Тайно захоронен, предположительно в лесу у деревни Коптяки Пермской губернии[1], в 1998 году останки перезахоронены в Екатерининском приделе Петропавловского собора
Род Романовы
Имя при рождении Николай Александрович Романов
Отец Александр III
Мать Мария Фёдоровна
Супруга Александра Фёдоровна
Дети Ольга Николаевна, Татьяна Николаевна, Мария Николаевна, Анастасия Николаевна и Алексей Николаевич
Вероисповедание православие
Автограф
Nicholas II Signature.svg
Монограмма
Монограмма
Награды
RUS Imperial Order of Saint Andrew ribbon.svg Орден Святого Георгия IV степени RUS Imperial Order of Saint Vladimir ribbon.svg RUS Imperial Order of Saint Alexander Nevsky ribbon.svg
Орден Белого орла Орден Святой Анны I степени RUS Imperial Order of Saint Stanislaus ribbon.svg
Order of the Garter UK ribbon.svg Рыцарь (Дама) Большого креста ордена Бани Почётный член Королевского Викторианского ордена
Кавалер Большого Креста ордена Почётного легиона Кавалер Большого креста ордена Лепольда I Кавалер Большого креста ордена Нидерландского льва
Кавалер ордена Серафимов Кавалер ордена Слона Большой крест ордена Данеброг
Order of the Black Eagle - Ribbon bar.svg Кавалер ордена Белого сокола (Саксен-Веймар-Эйзенах) Ludwig Order (Hesse) - ribbon bar.png
DE-BY Orden des Heiligen Hubertus BAR.svg MKB Order of the Wendish Crown ribbon.svg OLD Order of Peter Frederick Louis ribbon.svg
Кавалер Большого креста ордена Вюртембергской короны Кавалер Большого креста ордена Верности (Баден) Кавалер Большого креста Королевского венгерского ордена Святого Стефана
Кавалер Большого креста ордена Святого Гроба Господнего Иерусалимского Кавалер Высшего ордена Святого Благовещения Кавалер Большого креста ордена Святых Маврикия и Лазаря
Кавалер Большого креста ордена Короны Италии Золотая медаль «За воинскую доблесть» Red ribbon bar - general use.svg
Кавалер Большого креста ордена Христа Кавалер Большого креста ордена Спасителя Кавалер ордена Кароля I
Кавалер Большого креста ордена Звезды Румынии Order of SS. Cyril and Methodius ribbon.gif Орден «Святой Александр» 1-й степени
SRB-SHS-YUG Orden Svetog Save Kavalir BAR.svg Орден Князя Даниила I 1-й степени Кавалер Большого креста ордена Южного Креста
Кавалер ордена Соломона Орден Восходящего солнца 1 класса Кавалер ордена Королевского дома Чакри (Таиланд)
Орден Османие 1 степени с бриллиантами Орден благородной Бухары.jpg
Военная служба
Род войск Русская императорская армия
Звание Полковник полковник
Сражения
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Никола́й II Алекса́ндрович (6 [18] мая 1868[прим 1], Царское Село — 17 июля 1918, Екатеринбург[2]) — Император Всероссийский, Царь Польский и Великий Князь Финляндский (20 октября [1 ноября1894 — 2 [15] марта 1917). Из императорского дома Романовых. Полковник гвардии (1892); кроме того, от британских монархов имел чины адмирала флота (28 мая (10 июня) 1908  года[3][4]) и фельдмаршала британской армии (18 (31) декабря 1915  года[прим 2]).

Правление Николая II было ознаменовано экономическим развитием России[⇨] и одновременно ростом в ней социально-политических противоречий, революционного движения, вылившегося в революцию 1905—1907 годов, Февральскую революцию 1917 года и Октябрьскую революцию; во внешней политике — экспансией на Дальнем Востоке, войной с Японией, а также участием России в военных блоках европейских держав и Первой мировой войне.

Николай II отрёкся от престола в ходе Февральской революции 1917 года, после чего находился вместе с семьёй под домашним арестом в Александровском дворце Царского Села. Летом 1917 года по решению Временного правительства был отправлен вместе с семьёй и приближёнными в ссылку в Тобольск, а весной 1918 года перемещён большевиками в Екатеринбург, где в июле 1918 года в подвале дома Ипатьева был расстрелян вместе с семьёй и четырьмя приближёнными.

Прославлен (вместе с женой и детьми) в лике святых Русской православной церковью как страстотерпец 20 августа 2000 года[5], ранее, в 1981 году, прославлен Русской зарубежной церковью как мученик.

Энциклопедичный YouTube

  • 1/5
    Просмотров:
    419 668
    23 537
    87 957
    82 392
    2 925
  • ✪ Клим Жуков о достижениях России при Николае II
  • ✪ Россия в 1894 - 1904 гг. Николай II. Внутренняя политика. С.Ю. Витте. Видеоурок по истории России
  • ✪ Николай II. Хроника царствования
  • ✪ Император, который знал свою судьбу. Николай II.
  • ✪ Николай II умер в 1958 году Расстрела царской семьи в реальности не было 2

Субтитры

Я вас категорически приветствую! Клим Саныч, добрый день. Добрый день. Всем привет! Студия-то какая огромная сделалась! Оказалась. Оказалась, да. Прямо оглядываюсь, чувствую – агорафобия начинается. Обо что сегодня? Так у нас же не так давно праздновали 100-летие со времени убийства императора бывшего Николая Романова № 2, и по этому поводу все, кому не лень, высказались, а чего-то вот про самое интересное и не высказались. А интересное, с одной стороны, в прошлом, а с другой стороны, как обычно, в настоящем. В настоящем, между прочим, иногда ещё интереснее, чем в прошлом оказывается. Что ж там такое? Ну элементарно, вот прямо тут же: в Екатеринбурге стартует информационная кампания «О достижениях эпохи Николая Второго». 30 апреля 2018 года, в день 100-летия прибытия членов царской семьи в Екатеринбург, в столице Урала стартует информационно-просветительская кампания «Достижения России в эпоху Николая Второго». Там, значит, ролики будут... тематика видеороликов будет подобрана исходя из основных достижений нашего государства в период конца 19-го – начала 20-го веков. Ролики будут посвящены успехам в таких сферах жизни Российской империи, как промышленность, экономика, военное дело, образование, здравоохранение, сельское хозяйство, транспорт, спорт. Также речь пойдёт об общественной жизни, в т.ч. о качественных сдвигах в таких областях, как меценатство и – внимание! – миротворчество. Нет, ну конечно, успехи-то были... А там зацепят просранную Русско-японскую войну? Сначала то, как мы туда попали, в эту Русско-японскую войну, безобразовские фокусы, которые втравили буквально Россию в эту войну, потом интервенцию в Китай – это... главный успех в миротворчестве – это, конечно, интервенция в Китай в составе сборной... Да, с американцами и англичанами. С американцами, англичанами, французами, японцами и немцами. А про три революции что-нибудь сказано, которые при нём были организованы? Не, я думаю, что... ну третья-то не при нём. Ну неважно. А две точно при нём, да. Не, ну это могут сказать, что он просто добрый очень был, нужно было всех перепороть, а остальных перевешать, и тогда было бы нормальненько. Нет, успехи-то, конечно, были – вопросов никаких, просто тут же нужно сразу говорить: вот успехи в промышленности – с чем они были напрямую связаны? Напрямую они были связаны – я уверен, что об этом не скажут – с тем, что 30% капитала в стране это были привлечённые инвестиции, т.е. страну буквально скупили французы, бельгийцы, американцы, англичанцы и даже немножко немцы, с которыми мы потом воевать стали. Вот поинтересовались бы, например, трамваи кому принадлежали? Трамваи – кто не в курсе – это очень прибыльное дело, очень прибыльное: на нём ездит много народу каждый день, и каждый заносит денежку. Они были бельгийские и французские в основном. Ну надо же как-то об этом упомянуть – нет об этом упомянуто не будет и не упоминается. Ну конечно, лучше всего про миротворчество. Ну а промышленность – как жили промышленные рабочие? Какие там, интересно, были решительные сдвиги в медицине? Вот у нас почему-то медицинские отчёты о состоянии жилищ рабочих эпохи Николая Второго – мы об этом как-то говорили, когда записывали ролики о революции – они не то, что сдвигами не радуют, они радуют ровно тем, что самое плохое жилище сейчас очень сильно лучше, чем самое хорошее тогда, просто очень сильно. Вот это радует, без сомнений. Кроме того, у нас в нашей современности вот, например, фонд «За нравственность» издал цикл лекций в курсе «Нравственность – сила нации». Тема лекций: «Как рассказать детям о царской семье?» Педагогами-волонтёрами фонда «За нравственность» разработан курс лекций «Нравственность – сила нации», который содержит лекции, посвящённые последнему русскому царю и его семье. Эти лекции призваны восстановить истину о жизни царской семьи и достижениях Российского государства в период царствования Николая Второго. Это предназначено для проведения классных часов в 7-8 классах. А про Матильду там будет? Про Мотьку? Нет, ну это же до того, как он женился. Какая разница? Не, ну это же не про семью, правильно? Я знаю в их семье ряд замечательных персонажей, живших полнокровной жизнью. Да там почти все жили полнокровной жизнью, вот например, дядя Николая Второго генерал-адмирал флота Алексей Александрович прямо был... он был прекрасен просто, один из лучших! Ну, про которого говорили, что он украл больше, чем утопили японцы впоследствии. Молодец какой! Который дарил... Я надеюсь, детям про это не будут рассказывать, да? Дети узнают об этом через интернет, как положено. Да, это же про нравственность. Нет, это удар нравственности. Да, ты вот слышал такое, что когда строили небезызвестный храм Спас-на-крови, сколько денег там украл Великий князь? И его жена, что самое главное, потому что жена немедленно сказала, что... короче говоря, активно поучаствовала в процессе постройки. Да. Меня тут граждане, кстати, спрашивали: документы какие-нибудь есть? Там же была какая-то цидуля от Николая, что немедленно верни сколько-то миллионов рублей, на что этот вернул не то 20, не то 60 тысяч, и на этом всё закончилось. Есть документ такой, нет? Надо поискать, я уверен, что есть. Более того, там есть интересный документ, я вот сейчас, к сожалению, не подготовился, не взял сканов – когда очередного директора стройки попросили объяснить, куда пропадают деньги, он не будь дурак – показал записки от Великого князя: «Деньги, – говорит, – пропадают вот сюда». А сделать он ничего не может, потому что ослушаться Великого князя он не может, с одной стороны, а с другой стороны, член Царствующего Дома суду не подлежит. Какая прелесть! Т.е. концы просто сразу в воду, потому что ну вы же разберитесь со своим родственником, я ничего ему не могу сделать и ослушаться я его тоже не могу. А он молодец, записку-то сохранил. Да. Тут такой тонкий момент: это же... т.е. это строительство храма на месте убиенного предка, да? Да, конечно. И это строительства православного храма, я правильно понимаю, ну где вот все деньги воруют, да? Ну а как же иначе? Ну не католического же. А при этом, я правильно понимаю, что это не какие мерзкие жиды там были, а это настоящие русские православные люди, да? Более того – родственники Богопомазанного Императора непосредственно. Более того – это именно те люди, которые, если вдруг что, вдруг вот прямая веточка пресечётся, они должны были встать во главе страны вместо него, потому что это ближайшие... Сами помазаться? ...ближайшие родственники, кровинушка, так сказать. Т.е. православные, истово крестясь, строя православный храм на месте убиения предка, воруют... Тоже, кстати, Богопомазанного Императора. Да, воруют с него государственные деньги – это-то детям расскажут, нет? Я думаю, что это тоже ущерб нравственности. Рассказывать нужно, как Николай Второй любил свою жену, а жена любила, соответственно, наоборот Николая Второго, и они все вместе любили детишек. А Гришку Распутина они любили, нет? Ну Гришку Распутина они тоже любили, как друга, все вместе. «Ra Ra Rasputin Lover of the Russian Queen!» Это навет! Запретят, думаешь? Это навет. Ну, должны, конечно, запретить. «Boney M» посадят? «Бони Ме» должны оштрафовать, посадить и изъять из обращения... Линчевать ещё, да. Да, т.е. забанить на «Ютубах», в «Одноклассниках», «вконтактиках», чтобы не могли слушать подобную дрянь никто, ни в коем случае. Мне вообще всё это очень интересно, потому что, конечно, мне лично по человечески жалко и супругу императора, и тем более его детей, и уж тем более слуг, которые вообще не причём, попали под раздачу, включая доктора Боткина. Зачем их было убивать – для меня загадка, это, мягко говоря, неправильно. Я не могу выделить, вот среди меня не могу выделить конкретную жалость именно к ним. Сколько там – 10 миллионов убили, да? Ну конечно, меньше гораздо. Неважно, даже если один. Ну всё равно это очень много. Это очень много, и вы, дорогой бывший царь, ничем не отличаетесь от тех, кого убили ваши сторонники, ваши противники. Это вы заварили всю эту кашу своими собственными руками, с помощью своей собственной дурости. Это вы заварили, это вы свою семью под это дело подвели, а ваши родственники вас не забрали, там клубок целый... Я просто говорю, что если посмотреть на отдельно взятую семью – вот конкретно жалко. Папа – понятно, он, в общем, получил по заслугам, вот к нему у меня ни малейшей жалости нету. Если вот посмотреть на отдельную семью – семью жалко, она не причём. Вопрос у меня в другом: это же далеко не первый случай у нас в истории семейства Романовых, вот совсем не первый случай. И тут сразу тебя перебью: а они там все убиенные цари и претенденты в цари – они там возведены в ранг святых? Что-то нет, потому что вот у нас вот смотри – у нас получается... Хотя бы страстотерпцы они? 17 июля 1762 года убили Петра Третьего. У меня за забором практически. Вот да, убили... Задушили оружейным ремнём. Этого мы, кстати, не знаем, потому что официально-то ничего такого не было... По слухам. По слухам, да, но фактически да, его убили. Почему он до сих пор не в ранге святых, я не понимаю? А за что убили? Ну как – за что? За то, что его супруга, тоже, кстати говоря, из дома Романовых, родственница, она не по прямой ветке, но без сомнения родственница, она захотела сама немножко поцарствовать, без мешающего мужа. Софья Августа Фредерика Ангальт-Цербстская захотела поцарствовать без мужа. У неё были друзья среди дворян, которые находились при дворе, в первую очередь в гвардейских полках. Они помогли в конце концов избавиться от мешающегося самодержца – вот его задавили или каким-то иным способом извели, а через 2 года, если я не ошибаюсь, 23 августа убили в Шлиссельбурге Иоанна Антоновича, Иоанна Шестого, если считать от Ивана Калиты. Если от Ивана Грозного, который у нас первый царь официально помазанный, значит Иван Третий. Ну, принято называть Иван Шестой этого Ивана Антоновича. Он, между прочим, два, по-моему, месяца пробыл царём. пока его Елизавета Петровна, тоже, кстати говоря, Романова, не подвинула с престола, заточив... Хорошая семейка! Всех, вот всё это брауншвейгское семейство, которое вместе с Иоанном оказалось в России, заточили всех в тюрьму, а в конце концов несчастный вообще человек, просто несчастный человек, который младенцем оказался на троне, сразу после этого непонятно почему его кинули в тюрьму, а потом он там прожил всю жизнь, и через 2 года после Петра Третьего, таким образом, в 1764 году его пришли и убили. Вот он жил-жил, вдруг, прожил всю жизнь в каменной клетке, а потом его пришли и убили – за что?! Ну не так же! Его пришли освобождать, а люди, которые сидели с ним в камере, два офицера, его закололи. Не, ну в любом случае он же погиб. И вот у нас одна... Причислен к лику святых? Нет, конечно. Нет? Странно. Причём это же всё вот как-то... лето такое богатое на всё это вот – июль, август, вот как-то всё это очень богато. Причём смотри: одна Романова этого несчастного младенца свергла с престола, а другая его замочила фактически, Екатерина свет Вторая. Чего бы про это-то не рассказать? Это Романовы сделали со своими собственными родственниками – вот пожалуйста, посмотрите. Почему за это вот никто не кается? Чуть дальше: 1801 год, помазанный император Павел Первый, сын того самого Петра Третьего – его при попустительстве, я уверен – он знал об этом точно совершенно, его сына родного Александра Первого, Благословенного – такая у него была кликуха, тоже убили. Тоже почему-то не святой! Я не понимаю, откуда такая избирательность? Между прочим, если посмотреть на личную жизнь Павла Первого, вот как нам сейчас рассказывают про личную жизнь Николая Второго, тоже, между прочим, был образцовый семьянин. У него же любовница какая-то была, которая в него не то тапками, не то перчатками... – я не помню. Подумаешь! Дело житейское... Дело житейское. Человек-то был хороший, и его замочили. Да, полки посылал к Индийскому океану дорогу прокладывать. Да, ну он подружился внезапно с Наполеоном Первым, когда англичане «кинули» Мальтийский орден. Они отобрали у французов Мальту, и Павел, будучи союзником англичан, страшно обрадовался, что т.к. французов с Мальты выкинули, сейчас Мальту вернут Мальтийским рыцарям. Англичане подумали-подумали, говорят: а пожалуй, нет, не вернём. Ну, Павел Первый пришёл в ярость, пригласил немедленно всяких мальтийцев к себе в гости, его избрали магистром де-факто, его пытались и де-юре избрать, но Папа Римский сказал: ну вы что, больные – он мало того, что православный, так ещё и не монах, какой он может быть магистр? Они сказали: о, да-да-да, погорячились, будет магистр де-факто. Извините... Извините. Ну в самом деле, что-то как-то растрогались. Вот, этого человека тоже убили, и тоже почему-то о нём вообще не вспоминают, почему – я не понимаю? Я считаю, хорошая семья, славные традиции, полное великолепие. Это же несмываемый грех... А тут вопрос, кстати: кто-то покаялся, нет, за убийство вот этих персонажей? Тю, нет! Наоборот – сразу, как убили, например, Петра... Ой, про Ивана Шестого вообще не вспоминали – ну убили и убили, подумаешь, господи! А вот про Петра Третьего сразу, вот немедленно придворные интеллигенты насочиняли мерзостей, откровенно говоря, которые вот прямо как в современной жёлтой прессе – что это был какой-то дегенерат, больной на голову, который вот только спал и видел, как бы поцеловать Фридриха Великого под хвост, вот никаких у него больше не было задач, кроме как постоянно целовать Фридриха Великого под хвост, который всё предал, продал, занимался тем, что он занимался плац-парадной муштрой постоянно, ну т.е. дисциплину в армии насаждал, если так перевести на русский язык. Какая низость, а?! Какая мерзость! Ну это личность императора просто оплёванная и облёванная, он не был таким. Если посмотреть на конкретные его действия, у него была ровно одна серьёзная ошибка, которая была вынужденно, конечно, совершена, потому что его заставили – это манифест «Указ о вольности дворянской», когда вот с тех пор у нас дворяне перестали быть прогрессивным классом в стране, потому что они просто стали гирей на ногах страны, они стали получать серьёзные богатства, ничего не давая взамен, ну или давая по желанию: хочу – буду служить, не хочу – не буду. При таком выборе альтернатива однозначная: если у тебя есть деньги, зачем тебе служить? Зачем, да? Ну только развлечься, может быть. Кому – самое главное, да? Может, ну развлечься там в Петербурге, что-то послужить там немного и... Ну кстати говоря, из этого проистекли совершенно чудовищные катаклизмы, которые породили целый слой, целый пласт людей, которых в классической русской литературе называли «лишние». Т.е. он бы и рад куда-то себя применить, но ему некуда. Вот посмотрите, пожалуйста, на замечательную комедию «Горе от ума», где, с одной стороны образованный, умный, хороший Человек Чацкий, ему Фамусов говорит, когда он рассуждает о сватовстве к Софье: «Во-первых, не блажи, имением не управляй оплошно, а прежде пойди-ка послужи». Ну понятно, ему Чацкий отвечает: «Служить бы рад, прислуживаться тошно». Вот, а с другой стороны Молчалин – такой же дворянин, но: «В мои лета не должно сметь своё суждение иметь», ну и т.д., что «ведь надобно зависеть от других – в чинах мы небольших». Т.е. с одной стороны, приличный человек Чацкий не может себя реализовать, а размазня, откровенная дрянь Молчалин может. Т.е. система выстроила сама себя так, что даже из дворян приличным людям делать было просто нечего. Вот эти лишние люди, конечно, появились в результате указа Петра Третьего, а повторяюсь – вынужденного, у него не было вариантов. Потом и у Екатерины Второй не было вариантов, которая то же самое подписала по новой. Но речь-то сейчас не об этом, мы сейчас в сторону отскочили, причём очень сильно – где пантеон мучеников-Романовых? Если уж вы чтите память Николая Второго, почему остальные не святые? Уж, кстати говоря, Иоанн Антонович-то должен быть, потому что он за свою жизнь нагрешить-то не успел – он из камеры не вылезал. Сначала он был младенец, по определению РПЦ, который не может нагрешить – он недееспособен в этом отношении, а дальше его посадили. Когда ты сидишь в одиночке, с грехами тоже что-то не очень. Ну такие мелкие могут быть. Мелкие, чуть-чуть. Я думаю, что он одиночкой искупил-то всё, причём куда его посадили просто так, вот посадили – и всё. Почему Иоанн Антонович не святой? Почему Пётр Третий не святой? Почему Павел Петрович тоже не святой? Для меня это вообще большая загадка. Я знаю ответ – потому что их убили не большевики. Да, свои. Это самое главное – что история семьи Романовых это история кровавых преступлений, сделанных в ходе борьбы за власть. Первый Романов, который оказался на престоле – Михаил, ну он-то сам вряд ли, конечно, в силу возраста, а вот его папа Филарет – это прямой коллаборационист, которых находился в прямых связях с иностранными оккупантами польскими во время Смуты. Как выбирали Михаила Романова – тоже, между прочим, очень странная история: почему выбрали именно его, хотя были Рюриковичи рядом, которые, казалось бы, должны... имели право занимать престол? У Михаила каких-то особых прав, прямо скажем, не было, его выбрали просто потому, что им можно было управлять. И повторюсь: это родственник коллаборационистов, причём очень высокопоставленных коллаборационистов, потому что, конечно, не главным, но одним из главных пособников поляков во время их пребывания в Москве, во время Семибоярщины были, собственно говоря, Романовы. Поэтому вся история Романовых 300-летняя началась с предательства, шла через пролитую кровь родственников, т.е. они друг друга, как было верно замечено, мочили так, что Фредди Крюгер просто бы нервно курил в уголке, ну и закончилась тем, что ещё вдруг одного Романова замочили вместе со всей семьёй. Правда, уже не сами Романовы. Красивая история. А ещё раньше, кстати говоря, 6 июля, но 800 лет назад, 17 июля праздник в РПЦ – день поминовения, а 6 июля фактически, по новому стилю, 800 лет назад – в 1174 году убили Великого князя Владимирского Андрея Юрьевича Боголюбского, убили собственные феодалы озверевшие, напившиеся алкоголя бояре его просто поднялись и зарезали, старого человека, который, кстати говоря, в отличие от Николая Второго, принял смерть с оружием в руках, он до последнего сопротивлялся. Его нашли... его убить сразу не смогли, просто потому что он очень сильно сопротивлялся, сильно ранили, он сильно раненый, как я помню – рассказывал об этом в позапрошлом году, выполз на площадь перед церковью, его нашли, отрубили руку и закололи копьём. Вот так. Ну этот хоть в 1754 году был святым признан, но однако, если мы каемся за убийство Николая Второго, вот нам рассказывают, что обязательно нужно каяться – а почему, между прочим, никто не кается в убийстве Андрея Боголюбского, для меня это загадка? Весь народ должен каяться в убийстве Андрея Боголюбского – они же допустили. Вот группа подонков убила Великого князя, ну а тут группа подонков убила невинных детей, ну вот так вот случилось. Почему мы все должны за это каяться, я не понимаю? Для меня это вообще какая-то большая загадка. Я так понимаю, каяться предложено за 70 лет советской власти. Это естественно, это же метафора, хотя для меня не очень понятно, причём тут Николай Второй. А ничего другого нет. Дело в том, что, как мы знаем из истории, Николай Второй к установлению советской власти никаким боком не имеет отношения, просто потому что его к тому времени уже свергли, и он 1,5 года не был царём. Правили те, кто его сверг – собственно, члены самопровозглашённого, абсолютно незаконного Временного правительства, которое имело ровно такие же права на власть, как Петроградский Совет солдатских, рабочих и крестьянских депутатов, но они сказали, что мы будем тут править. Ну а почему тогда кто-то ещё не может сказать, что и мы тоже будем править? Собственно, почему вы? Вот нам скажут, что это всё члены Государственной Думы, которая была избрана. Ну правда, конечно, мораторий был на деятельность Думы во время войны, т.е. они не имели никаких властных полномочий. Ну ладно, хорошо: царя свергли, все его указы аннулировались автоматически – вот Временное правительство. Но во-первых, они начали свою работу за 5 дней до отречения, т.е. заранее, тогда все ещё указы действовали, т.е. это прямое нарушение закона – это раз. Два: кто их избирал? Эта Дума избиралась по цензу такому, что она не являлась представительством народа вообще. Там, конечно, были какие-то, как бы это сказать, декоративные депутаты от крестьянства, от 85% населения, но в силу того, что они проходили через такую степень фильтрации, что их не могло быть много, они ничего не решали, поэтому эта Дума народ не представляла, она представляла крупную буржуазию, естественно, которая оплачивала эту самую Думу. А кого бы она ещё, интересно, представляла? Народ. Народ. Вот поэтому, во-первых, нарушен закон, во-вторых, цензовое голосование не является представительством народа, поэтому никакого права на власть Временное правительство не имело, а они её захватили, эту власть, оно самопровозглашённое. Точно такой же самопровозглашённый был Петроградский Совет он тоже сам провозгласился, отличался он от Временного правительства ровно тем, что выбирался он всеобщим голосованием, т.е. там не было никакого имущественного ценза. Красивая история. Поэтому вот у нас Николай Второй никакого отношения к грехам советской власти не имеет, потому что советская власть его не свергала, вот так вот, они свергли только это самое Временное правительство. Ну а почему, собственно, так плохо получилось конкретно с Николаем? Я не склонен вешать на него каких-то собак. Ну да, он был дурак, откровенно говоря. Нужно почитать его дневник, он опубликован, слава Богу, и это точно подлинник, господа монархизды, это подлинник, написанным им собственноручно, если почитать его дневник, становится понятно, что это дурак. Это где коты, вороны? Коты, вороны, да-да-даю. Ну это-то ладно – ну подумаешь, у человека вот такое хобби, хотя, конечно, омерзительное совершенно хобби – стрелять котов и ворон. Ну хорошо, упражняется он в стрельбе, но видно, что человек неадекватен текущему моменту, ну совершенно, потому что после Ходынки пойти плясать на дискотеку по случаю собственной коронации может только дурак. Может, это политический шаг был? Ну да, конечно, политический шаг, который похоронил половину его репутации, в т.ч. и международной, что французы, к которым он пришёл на дискотеку, они просто, честно говоря, охренели, о чём писал посол Мóрис Палеолог. Или Морѝс – как правильно? Морѝс Палеолог. Потому что они-то ждали, конечно, что он не придёт, потому что должен быть траур – но нет, явился. Все прямо: ох ты, вот это широта души какая! Вот это поворот! Вот это нормально, да! Когда во время Кровавого воскресенья он уехал из Петербурга, и весь его дневник наполнен: «Сегодня обедал у мама, много разговаривали, смеялись и играли и вист». Ё-моё! У тебя твоих подданных в это время, которые пришли к тебе с петицией, армия расстреливает боевыми патронами – ну ты бы... Он об этом знал! Почему он не написал, что он по этому поводу думает? Ему это было, значит, не очень интересно. Но если тебе неинтересно такое, что происходит у тебя в стране, значит, ты дурак. Ну у меня никаких других рецептов... диагнозов, прошу прощения, нету по этому поводу. Но всё равно, хоть он и был дурак, я не склонен вешать на него какую-то особую вину, потому что это был всего лишь представитель царствующей династии, т.е. это был, как говорят, конечно, да, абсолютный монарх, но даже самый абсолютный монарх – это всего лишь представитель правящего класса. Правящим классом у нас было феодальное дворянство, которое, собственно говоря, и выдвинуло эту самую монархию во главу страны, и в частности, Романовых. Поэтому, если бы там был не Александр, а его брат, например, всё было бы то же самое, ну только личность на троне была бы посимпатичнее, он, возможно, делами бы как-то больше занимался. Бывает и такое. Бывает – вот папа его, например, по кличке «Мопс» – Александр Третий. Папа его, Мопс, был очень деятельный, очень сильно занимался делами, был, несомненно, сильнее и умнее своего безалаберного сынка, но тем не менее, чего он добился? Он добился ровно того, что получил в наследство Николай Второй и с чем он должен был как-то потом жить. В частности, он допустил к воспитанию сына Г.К. Победоносцева, а Г.К. Победоносцев, прошу прощения, обер-прокурор Священного синода, это был не тот человек, которому в преддверии 20 века нужно было доверять воспитание будущего правителя, ну потому что книжка у него, которую он написал, называется «Московский сборник», он там свои мысли изложил. Насобирал. Да. Там у него прямо замечательные есть цитаты: «Религия, и именно христианство, есть духовная основа всякого права в государственном и гражданском быту и всякой истинной культуры». Далее: «Демократическая форма правления самая ложная и самая затруднительная из всех известных в истории человечества. Вот причина, почему эта форма повсюду была преходящим явлением и за немногими исключениями нигде не держалась долго, уступая место другим формам» - сказал бы он это древним грекам например, у которых 600 лет продолжалась эта преходящая форма. «Расширение прав на участие в выборах демократия считает прогрессом, завоеванием свободы; по демократической теории выходит, что чем большее множество людей призывается к участию в политическом праве, тем более вероятность, что все воспользуются этим правом в интересе общего блага для всех, и для утверждения всеобщей свободы. Опыт доказывает совсем противное. История свидетельствует, что самые существенные, плодотворные для народа и прочные меры и преобразования исходили от центральной воли государственных людей или от меньшинства, просветленного высокою идеей и глубоким знанием; напротив того, с расширением выборного начала происходило принижение государственной мысли и вульгаризация мнения в массе избирателей; что расширение это в больших государствах или вводилось с тайными целями сосредоточения власти, или само собою приводило к диктатуре». Вот ещё: «Страшно и подумать, что возникло бы у нас, когда бы судьба послала нам роковой дар всероссийского парламента! Да не будет». Это всё Победоносцев? Да, это из книжки его, из «Московского сборника». «Одно из самых лживых политических начал есть начало народовластия, та, к сожалению, утвердившаяся со времени французской революции, идея, что всякая власть исходит от народа и имеет основание в воле народной». «Итак, на правде основана по идее своей всякая власть, и поелику правда имеет своим источником и основанием Всевышнего Бога и закон Его, в душе и совести каждого естественно написанный, – то и оправдывается в своем глубоком смысле слово: несть власть, аще не от Бога». Вот вы знаете, граждане-товарищи-коллеги-друзья, если почитать уставные документы и проповеди высших сотрудников ИГИЛ, организации, как известно, запрещённой на территории РФ, мы увидим там всё т же самое, буквально один в один. Это же просто конченный мракобес, только у него вместо зелёной этой повязки какая-то другая повязка. Чёрная, как у нас принято. Да, там, не знаю, клобук какой-нибудь. Ну во-первых, это в конце 19 века уже, мягко говоря, нельзя было говорить, потому что любому существу, у которого мозгов было чуть-чуть больше, чем у моллюска, было понятно, что власть исходит из экономики, а экономика исходит из большинства, кто в этой экономике трудится. Вот если не будет этих людей, всё встанет колом, и власть уже будет не нужна. Однако молодому человеку вот этот вот православный фундаменталист внушил с детства, что он богоизбранный, и как только его помажут, у него сразу все качества, которые положены правительству, появятся сами собой. Есть... Глубоко! Есть хорошее упоминание, что... собственно говоря, от родственников же императора Николая Второго, что он мог бы ввести в заблуждение любого оксфордского профессора тем, как он знал английский, а также в той же мере французский и немецкий, но более никаких предположительных качеств у него не было. Ну да, он хорошо... вот как у нас, между прочим, есть такая прослойка, которая мнит себя интеллектуалами, однако по факту являются только эрудитами, т.е. они много знают, много читали, читали, например, Булгакова «Мастера и Маргариту», «Доктора Живаго», Жида и Пруста, но осмыслить прочитанного они не в состоянии. Может быть, они даже могут наизусть пересказать прочитанное, но осмыслить не в состоянии. Знать и понимать – это разное. Конечно. И Победоносцев – это один из инспираторов закона «о кухаркиных детях», которые просто прекратили массовое образование в России – это, кстати говоря, к вопросу об успехах образования в России при Николае Втором, он же этот указ не отменил. Вот этому человеку доверили воспитание будущего самодержца – вот, пожалуйста, результат налицо. Виноват в этом кто – его папа Александр Третий, который был лучше и умнее, чем собственный сын. Его папа Александр Третий устроил в стране полицейскую реакцию. Вот у нас тут Павел Перец, правда, рассказывал, что реакция была такая довольно, как бы это сказать, мягкая, но знаете, когда до этого такого не было, то мягкость – это вещь, исключительно познающаяся в сравнении. Апеллировать от лица людей второй половины 19 века к опыту людей конца 20-го глупо, на мой взгляд, потому что что будет в конце 20 века, они даже не подозревали, зато имели свой собственный опыт. Подавление крестьянских бунтов, постоянные порки розгами. Вот как я помню, Егор Яковлев, кажется, рассказывал или Б.В. Юлин: когда перед Первой мировой войной очередной призыв оказался на медкомиссии, выяснилось, что 75% крестьян выпороты, т.е. у них шрамы от порки на спине. Это поротое просто даже не поколение, это поротый народ. Вы выпороли свой народ, а народ это, знаете, запомнил, и когда это народ пришёл в память, что называется, и получил возможность – ну было бы глупо ждать, что вас будут гладить по головке и не будут пороть в ответ. Меня одно удивляет – почему так мало Романовых перебили, и вообще ближнего круга. Дворян, как таковых, да. Ближнего их круга. Ну дворяне-то разные бывали, они же жили на земле, многие из них, вместе с крестьянами, крестьяне их просто хорошо знали. Они знали, что некоторые из них, может быть, просто были замечательные люди, как например, там, Энгельгард или Пришвин – их никто не трогал просто потому, что они были нормальные парни. Но люди, которые находились у власти в Петербурге, которые были тем, что мы сейчас называем олигархами – вот их почему перебили так мало, я не понимаю. Я бы посмотрел привычно с другой стороны – что, типа, вот поротые граждане, пороли их, по всей видимости, помещики, т.е. это же крестьяне кругом, да, порол помещик, либо сам, либо... Казакам сдавал. ...записочку выписывал: иди, Вася, в губернию, в губернический центр... Получи. ...там тебя выпорют, блин. Картины есть такие – «В ожидании порки». Стихи известные: «...часу в шестом пришёл я на Сенную, там били женщину кнутом, крестьянку молодую...» Ну и извините, если по ним видно, что их пороли... То пороли серьёзно. Это не то, что, там, отшлёпали по заднице – это шрамы, которые никогда не пройдут. Ну их только если при помощи дорогущей пластической хирургии сводить. И чего вы хотите вот от этих людей, когда появилась возможность вас сначала раскулачивать, отнять у вас добро, а потом вас самих перебить и перевешать вместе с вашими помещичьими семьями. Ну и тут вопрос: а вы на что рассчитывали вообще, когда их пороли? Хотелось бы узнать. Ну и тут крестьянин, ему понятно, что помещик изверг, и его надо того... Царь всё-таки далеко, в первую очередь разобрались с этими. Было бы неплохо про это помнить, когда вспоминаете про разграбленные и сожжённые усадьбы и убитого помещика – вспомните, что там было. Ну тут же дело такое: была у династии Романовых одна возможность, не скажу, что 100%-ная, но серьёзная остаться у власти гораздо надольше, чем до 1917 года – это в 1861 году отпустить крестьян с землёй и бесплатно. Крестьяне и так были предельно монархичны, просто в силу традиционности крестьянской общины, которой к тому времени насчитывалось уже 1000 лет может быть, даже немножко больше. После этого свергнуть династию Романовых было практически невозможно, по крайней мере, в обозримой перспективе, потому что основная масса страны была бы тупо за них. Другое дело, что Александр Второй, скорее всего, не дожил бы до известного покушения, когда в него бомбой кинули, потому что его бы раньше могли придушить свои же. Свои, да. Как это уже неоднократно бывало в истории, ну потому что всего 60 лет назад, если отсчитывать от 1861 года, убили императора Павла, его прямого предка. Однако, он это помнил и не стал обижать дворян, вместо этого ввёл такую реформу земельную. Ну вот у Николая Второго тоже был бы шанс, потому что когда созвали Государственную Думу первую, и туда потекли наказы от крестьян, стало понятно, что крестьяне не признают частной собственности на землю и считают, что она должна быть только в руках тех, кто её обрабатывает, что, в общем, справедливо, с одной стороны. С другой стороны, вот мальтузианцы у нас буквально рыдают о том, что все беды России от аграрной перенаселённости, и отсюда происходят периоды сжатия и наоборот выхода из кризиса. Вот в период с/х перенаселения, сжатия у нас случилась революция, потому что она должна была случиться, может быть, ещё и раньше, но вот серьёзное сжатие, умноженное на войну, дало такой эффект. Да не было никакого перенаселения – в этом-то и ужас, и крестьяне об этом могли бы любому мальтузианцу объяснить, что земли у нас было полно, просто от половины до трети земли им не принадлежало, они там не жили, на ней не работали, ну для себя, по крайней мере. Вот если взять 85% населения и жалких 500 тысяч семей, которые вообще владели семьями, вот вы сравните 20 млн. крестьянских хозяйств мелких, ну и там примерно 150 тысяч хозяйств, которые принадлежали помещикам. Вот вы сравните – что об этом мог думать крестьянин? Вот что он мог по этому поводу думать? А власть в это время поддерживала этих самых людей. Когда я говорю: власть – это, конечно, и Николай Второй тоже, но в первую очередь, конечно, это правящая прослойка. Сам Николай Второй в данном случае был просто говорящая голова, которая говорила правильное, для правящей прослойки нужное, и поэтому находилась, собственно, у власти. Ну вот когда после революции 1905-1907 года выкупные платежи у крестьян в 1907 году отменили, провели реформу П.А. Столыпина, которая провалилась ещё раз, вот после этого крестьяне вдруг поняли, что царь точно всё знает, потому что не может быть, чтобы в течение 100 лет бояре были плохие, а царь хороший – вот он точно всё знает. После этого всё, дни династии Романовых были сочтены. Ну а с другой стороны, у Николая Второго оказались им же выращенные крупные капиталисты-олигархи, которым этот Николай Второй был к чёртовой матери вообще не нужен, потому что его нужно было содержать. Зачем он? Ну и когда у тебя... с одной стороны тебя народ не то, что не поддерживает – ему просто всё равно, что с тобой будет вообще, ну а с другой стороны, ты вырастил сам хищного вампира, который у тебя живёт за незапирающейся дверью. Ну, в этот момент надо было линять к родственникам в Англию, пока ещё было можно. Да. Но если ты не слинял, значит, ты оставил... увёз бы семью, по крайней мере, ну если тебе её в самом деле было жалко. Нет – ну получите и распишитесь. Собственно, как правильно замечено, в собственной судьбе вот Николая Второго, именно в судьбе семьи виноват именно он. А РПЦ-то поддержала его в эту тяжёлую минуту? Мы как-то... Целый ролик записали, но не все смотрели. ...целый ролик по этому поводу записали, да: первыми вообще, кто легитимизировал и признал отречение Николая Второго, был Священный синод, т.е. управляющий орган РПЦ. Там, кто не в курсе, зал заседаний, во главе его стоял трон, где, когда посещал это славное учреждение, должен был восседать император. Ну, когда он там не был, просто стоял трон, символизируя его присутствие. Вот не успел ещё фактически Николай Второй отречься, а сотрудники Священного синода трон-то из зала вынесли, сказав, что всё. Ну и почитайте, что говорили по поводу возникшей буржуазной республики высшие иерархи Церкви, уполномоченные говорить от лица очень и очень многих людей – это же прямо благословение новой буржуазной республике, благословение: проклятье 300-летней тирании – и вот наконец-то православный народ, избавленный наконец от греха цезарепапизма, расправит крылья и заживёт совершенно по-новому. А как же помазанник Божий? Он же Богом поставлен. Да, вот по поводу «Богом поставлен» - когда у нас... Что – Церковь, значит, решает с Богом ... А кто же решать-то будет? Это же Церковь его помазывает, поэтому им же виднее. По поводу поставления на власть вот, например, есть такой замечательный документ, называется Манифест о незыблемости самодержавия, который был издан при воцарении Александра Третьего после того, как убили его папеньку. Там есть такие мощные слова, что мне нужно их зачитать: «Богу, в неисповедимых судьбах Его, благоугодно было завершить славное Царствование Возлюбленного Родителя Нашего мученическою кончиной, а на Нас возложить Священный долг Самодержавного Правления. Повинуясь воле Провидения и Закону наследия Государственного, Мы приняли бремя сие в страшный час всенародной скорби и ужаса, пред Лицем Всевышнего Бога, веруя, что предопределив Нам дело Власти в столь тяжкое и многотрудное время, Он не оставит нас Своею Всесильною помощью. ... Глас Божий повелевает Нам стать бодро на дело Правления в уповании на Божественный Промысл, с верою в силу и истину Самодержавной Власти, которую Мы призваны утверждать и охранять для блага народного от всяких на нее поползновений». Ну это опять джамаат какой-то вот натурально. Мне ещё понравились призывы коллективно ответить за убийство. Немедленно... ну как, не все там были – худ. фильм «Цельнометаллическая оболочка»: «Я пытался помочь рядовому Куче, но не смог, потому что вы мне не помогаете... Упор лёжа принять!» – и понеслись, а потом Кучу в ночи отметелили полотенцами. С кусками мыла. С кусками мыла – я даже не представляю, какие вообще там побои наносятся таким образом. Ну вот в советском войсковом уставе коллективная ответственность была запрещена, потому что есть совершенно конкретный виновник, которого потом будут избивать и тиранить всем коллективом. Вот это вот навязывание коллективной вины – это зачем? Ну это втройне странно слышать от людей, например, с юридическим образованием, как у нас такая есть гражданка Поклонская, которая вроде как прокурором долго работала, т.е. должна соображать по поводу того, что такое есть определение вины и понесение наказания за неё – она же может быть только персональная. Ну, на Украине там разные прокуроры, вот тут их этот Луценко возглавил набег на сайты ФИФА, там флешмобы проводил. Ну тут сложно, конечно, судить. Ну есть время у человека, есть досуг, есть чем заняться занятным, весёлым, интересным. Ну так я ж говорю, что вот юрист, казалось бы, должен понимать, что ответственность может быть только персональная... Только. ...и после вынесения приговора судом. Только. Ну если вы об этом во всеуслышание постоянно талдычите, что вот в СССР такого не было, это было ужасно – я не знаю, где там такого не было – но тем не менее, вы талдычите, почему вы потом призываете нас к совершенно обратному, к какой-то просто варварской дикости, вот натурально? Что это за коллективная ответственность – это вы как татаро-монголы, что ли? Они тоже проповедовали принцип строго коллективной ответственности: вот у вас какие-то представители, как правило, высшей аристократии некоего города запомоились в участии в убийстве послов монгольских – так весь город под нож! Ну потому что вы отсюда, вы их знали. Весь город под нож – это коллективная ответственность, сейчас вы будете коллективно каяться и нести наказание за убийство наших послов. Это было в 13-ом веке, а сейчас вроде бы 21-ый. Ну там вообще сам по себе подход прекрасный – т.е. если я должен каяться за наше советское прошлое, т.е. я из этого могу сделать вывод, что наше советское прошлое было чем-то плохим, да? Да! И я так думаю, что оно, вот из того, что говорят эти граждане, оно было, наверное, сначала такое же, а потом ещё и хуже, чем нацизм. Т.е. это вот откровенное уравнивание нацизма и коммунизма – они что, не понимают, к чему это ведёт, нет? Это ведёт к переделу всей Ялтинско-потсдамской системы мироустройства, немедленно, потому что одной из высоких договаривающихся сторон был коммунистический СССР, а если коммунистический СССР – это равно гитлеровская Германия, которую осудили в Нюрнберге во время известного трибунала, ну значит, все решения, в т.ч. международные, вынесенные этой властью, незаконны. А тут многие, наверное, не знают, что современная Россия – правопреемница. Да, она себя так обозначила, и это было принято международным сообществом, Советского Союза. Т.е. если вот с этими мерками подходить, то современная Россия правопреемница преступного СССР, а значит, тоже, по всей видимости, преступная, да? И во главе её, как нетрудно догадаться... Стоит преступник! Да, и не только... и не один, а все. Ну, целая группа преступников. Преступная группа по предварительному сговору. Они не понимают, что они говорят, или они специально это говорят? Не, ну мне, честно говоря, кажется, что, с одной стороны, есть группа, видимо, проплаченных мразей, в т.ч. и во власти, а есть люди, которые искренне не понимают – я уверен, что таких большинство. Надо быть конченным дебилом, чтобы такое не понимать. Антисоветчик – всегда русофоб. Дуракам непонятно, о чём речь – ну разъясним ещё раз на пальцах: если СССР, как это кажется антисоветчикам, был преступным государством, это государство русских было, опять-таки, вдруг кто не знает, если он был преступен, то Россия правопреемник СССР, а значит, тоже является преступной. Вот мы в ней, русские, живём, и это всё направлено против нас, против русских и нерусских тоже. Кто эти люди, которые хотят беды и горя русскому народу? Наверное, русофобы, нет? Если они при этом русские, по-моему, это ничего не меняет. Даже если они православные, это только отягощает их вину. Последствия-то просты, ну кто не понимает, вдруг кто-то в самом деле не понимает: как только мы... вот это логическая цепочка идёт, прямо одно за другим: как только мы всей страной признаём коллективную вину за убийство гражданина Романова, не принимая во внимание, что там ещё кое-кого убили, значит, мы... следующее выясняется – что последующая власть была незаконная, следующее выясняется – что с незаконной властью боролись немцы, которые были точно такие же мерзавцы, точно такие же! Таким образом, мы тоже преступники, и на этот раз уже коллективно, уже безо всяких яких: то, что мы убили Николая Второго – это наше внутренне дело, а вот то, что мы являемся равно гитлеровской Германии, значит, что мы осуждённая страна, а значит, что все договоры, которые были заключены в Ялте и Потсдаме после войны в 1945-ом и дальше годах – их нужно отменить. Т.е. Россия лишается сразу Калининграда, немедленно, это вот первое, лишается незамедлительно Курильских островов с другой стороны, потому что мы их у Японии аннексировали фактически, незаконно, а дальше мы лишаемся места в Совете Безопасности ООН, я уж молчу там про право вето – нас там просто физически не будет, вообще, даже как говорящая голова. Потому что Совбез ООН – это одно из детищ сталинской дипломатии, ну вот она раз преступная, сталинская дипломатия, да ещё во втором поколении, ну всё, значит... Тут сомнений-то быть не может – Сталин-то преступник, это любому рукопожатному гражданину известно, и всё, что он делал, это преступление. Вот, значит, Совбез ООН – это тоже одно из сталинских преступлений, между прочим, значит, нам там не место, всё. Вы представляете, что после этого начнётся: все эти санкции, которые к нам сейчас применяют, вам покажутся тайским массажем, причём таким не сильно жёстким. А всё это натурально связано буквально в одну цепочку. Я могу понять, когда подобные вещи продвигает какой-нибудь тёмный сельский дебил, и не могу понять, когда такие вещи продвигают руководители организаций. Как это так? Что у них в головах? Когда это, прошу прощения, продвигается... сейчас процитирую, вообще, вот немедленно, чтобы далеко два раза не ходить, сейчас читаю – Дмитрий Песков, интервью радио «Комсомольская правда»: «Мы хотим восстановить Россию времён Николая Второго, это наш идеал». Вот, Дмитрий Песков, кто не в курсе – это пресс-секретарь президента РФ В.В. Путина, т.е. если он говорит такое, то наверняка шеф в курсе, т.е. он не может публично выступать с такого рода заявлениями, когда шеф не в курсе, ну или я не знаю, иначе это какой-то очень странный пресс-секретарь. Владимир Владимирович говорил, что он его слушал – «и не пойму, что это он там буровит»? Может, это как раз из-за этого было? Но в целом интересно, вот этот вот идеал, а вот миллионы семей убитых во время Гражданской войны – они не идеал, нет? Т.е. все животные равны, но некоторые равнее, да? Безусловно. И т.е. вот это вот быдло тупорылое, а здесь голубая кровь... Конечно. И вот это вот для нас гораздо важнее, чем какие-то смерды, там, и прочие. Ну т.е. мы стремительно шагаем обратно в сословное общество. Конечно. Нет, а что, почему «мы шагаем»? Мы уже там. Мы туда фактически пришагали. Вот посмотрите: у нас есть такая В.И. Матвиенко, у неё есть ребёнок мужского пола. Вот у неё ребёнок мужского пола сразу стал, вот как только он вступил в более-менее ответственный возраст, закончив вуз, он сразу стал вице-президентом в какой-то большой фирме, немедленно совершенно. Ну как у всех высокопоставленных чиновников, я так понимаю. Да, вот у нас, например, сын Кириенко – тоже все при больших делах, дочка Шойгу – ей там лет-то, по-моему, всего ничего, но она же уже офицер МЧС почему-то. Как вы думаете, почему МЧС? Возглавляет там какие-то безумные совершенно финансовые потоки, и прочее. Талантливый человек. А эстонские, на этот раз не британские, а эстонские учёные, они же прямо подтвердили, что... на примере анализа генов различных семей, которые находятся некоторым образом при власти и при деньгах, что это же, оказывается, всё передаётся генетическим способом, т.е. мы приходим не к сословному обществу, мы приходим к фашистскому обществу, когда выключены всякие социальные лифты, т.е. у тебя, значит, есть, как во Флоренции, 900 семей, которые... Шестьсот. 900, извините, 900 семей – это основные налогоплательщики с 1427 года, и они до сих пор, по-моему, это 97% людей, которые вот 600 лет назад были, вот 97% людей остались во Флоренции до сих пор главными налогоплательщиками. Да, так-то демократия, свобода, социальные лифты, но что-то почему-то ничего никуда не ездит. Как вот я сегодня утром читал какую-то, что демократия – это воздушный шарик, на который предлагается всем таращиться, пока у них шарят по карманам ловкие граждане. Очень похоже: несут какую-то ахинею, а люди, которые стояли у руля полтысячи лет, они богаты, и они руководят. Полтысячи лет, и это не всё, только Флоренцию посмотрели. Конечно. Ну это не мы посмотрели, это посмотрели тамошние специалисты по экономике, и они удивились. Я говорю: а чему вы удивляетесь-то, дурачки, вообще непонятно? Дурында, да? Да, дурында. Так вот, я к чему – я к тому, что восстанавливая то, что мы восстанавливали при Николае Втором, вот у нас вот это вот всё уже началось в полный рост, почему – я вот вчера, с Максимом Бендусом когда мы разговаривали, почему-то так оказалось, что вот когда была война с Грузией, почему-то ни сын Кириенко, ни сын Матвиенко, ни сын Вовы Кожина, ни сын Рогозина почему-то на танке не оказался впереди маршевой колонны, и в Грозном они тоже почему-то не оказались, и на перевале в составе 6-ой роты они тоже почему-то не оказались, а оказались они все в директорских креслах. Ну, в Грозном, надо отдать должное, воевали, да, генеральских детей там было много. Да, генеральских-то, конечно, детей там было много, а я говорю вот про этих вот, которые находятся у власти фактически. Другим заняты. Ну конечно. Как они могут... они даже в армии оказаться не могут фактически. А вдруг убьют – ты чего? А как там служить, если ты не можешь быть на особом положении? Как – вот среди этого была, что ли? Непонятно. Вдруг тебя бить там будут? Вот это у нас напрямую то, о чём идёт речь: мы должны возродить Россию Николая Второго, но возродить Россию Николая Второго у нас не получится никакими силами... Почему? ...потому что никакие силы не заставят восстановить феодализм, это уже невозможно. Феодализм восстановить нельзя. Считаешь, даже за деньги нельзя? Нет, это физически нельзя, ну никак не выйдет, потому что потребуется гигантский комплекс мероприятий, причём применённых не к России, а ко всему её окружению. Т.е. нам придётся, чтобы феодальными... чтобы одновременно стали ещё ко всему прочему Франция, Германия, Польша (ну Польша – может быть), Чехословакия, Китай, Япония... Мы не осилим такого размера мероприятий, никак, потому что в одиночку такой регресс невозможен. Но попробовать мы можем, и повторюсь – результатом будет построение фашизма, потому что это напрямую он и есть, потому что это власть наиболее реакционных, наиболее шовинистических – ну а каких ещё? Только под православными знамёнами вместо нацистских – кругов... диктатура кругов финансового капитала – это и есть фашизм. Т.е. феодализм сейчас – это фашизм. Ну тут же совершенно очевидно, что на все эти мероприятия кто-то даёт деньги. Понятно, кто – вот перечисленные люди дают деньги, потому что им бы очень хотелось, чтобы такое положение было зафиксировано прочно, навсегда, и на страже него встал новый закон, изданный новым государством. Мы-то отличаемся в данном случае от какого-нибудь Чили только тем, что мы очень сильно больше, и у нас очень дерьмовый климат, вот, т.е. если в Чили там во многих местах тепло, и там можно пережить эксперименты Аугусто Пиночета в картонной коробке, у нас, я вас уверяю, пережить большинству этих экспериментов не получится, потому что мы перемёрзнем, вот и всё. А это всё, третий раз повторю, напрямую связано со всеми идеологическими помоями, которые представляют из себя все эти самые чествования Николая Второго. Это, так сказать, предвестники. Это симптомчики. Т.е. когда мы говорим об этом, мы сразу должны понимать, что с этим связано вот то, о чём я сказал – построение нового издания феодализма. У феодализма в своё время, как и у капитализма в своё время, были несомненные гигантские плюсы, и развитие человечества в т.ч. связано с феодальным этапом. Но когда ребёнку годик, и он запихивает большой палец ноги в рот, это очень умилительно, а когда тем же занимается 25-летний амбал, это значит, пора вызывать специалистов в белых халатов со стетоскопами и молоточками, чтобы по колену постучать. Вот построение феодализма сейчас – это и есть 25-летний амбал, который пытается сосать собственный большой палец на ноге. Это будет не феодализм, это будет фашизм. И не говорите потом, что вам не говорили. Спасибо, Клим Саныч, как всегда, познавательно. Эх... Ну, за Андрея Боголюбского! Да. А на сегодня всё. До новых встреч.

Содержание

Имена, титулования, прозвища

Мальчик получил традиционное романовское имя — «Николай». Кроме того, этот случай можно отнести к числу случаев «имянаречения по дяде» (обычай, известный с Рюриковичей). Он был назван в память умершего молодым старшего брата отца и жениха матери — цесаревича Николая Александровича (1843—1865), при этом совпадали имена, отчества, тезоимённые святые самих цесаревичей (Николай Мирликийский) и их отцов (Александр Невский)[6]. Тезоименитство — 6 декабря по юлианскому календарю (Николая Чудотворца).

С рождения титуловался Его императорское высочество (государь[прим 3]) великий князь Николай Александрович. После гибели вследствие теракта, совершённого народниками, 1 марта 1881 года деда, императора Александра II, и восшествия на престол отца, императора Александра III, стал наследником престола с титулом «наследник цесаревич».

Полный титул Николая II как императора: «Божиею поспе́шествующею милостию, Мы, Николай Вторы́й[прим 4], Император и Самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский; Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Польский, Царь Сибирский, Царь Херсонеса Таврического, Царь Грузинский; Государь Псковский и великий князь Смоленский, Литовский, Волынский, Подольский и Финляндский; Князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Белостокский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных; Государь и Великий Князь Новагорода низовския земли́, Черниговский, Рязанский, Полотский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны́ Повелитель; и Государь Иверския, Карталинския и Кабардинския земли́ и области Арменския; Черкасских и Горских Князей и иных Наследный Государь и Обладатель, Государь Туркестанский; Наследник Норвежский, Герцог Шлезвиг-Голштейнский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский и прочая, и прочая, и прочая»[7][8].

В связи с событиями на Ходынке и 9 января 1905 года прозван радикальной оппозицией «Николаем Кровавым»[9]; с таким прозвищем фигурировал в советской популярной историографии. Супруга лично звала его «Ники».

Детство, образование и воспитание

Дом Романовых (после Петра III)
Пётр III=Екатерина II
Павел I
Александр I
Константин Павлович
Николай I
Александр II
Николай Александрович
Александр III
Николай II
Алексей Николаевич
Георгий Александрович
Михаил Александрович
Владимир Александрович
Кирилл Владимирович
Владимир Кириллович
Борис Владимирович
Андрей Владимирович
Алексей Александрович
Сергей Александрович
Павел Александрович
Дмитрий Павлович
Константин Николаевич
Николай Константинович
Константин Константинович
Дмитрий Константинович
Николай Николаевич Старший
Николай Николаевич Младший
Пётр Николаевич
Михаил Николаевич
Николай Михайлович
Александр Михайлович
Георгий Михайлович
Михаил Павлович
Великий князь Николай Александрович в возрасте 3 лет
Великий князь Николай Александрович в возрасте 3 лет
Николай Александрович в пятилетнем возрасте
Николай Александрович в пятилетнем возрасте
Цесаревич Николай Александрович. 1889 год
Цесаревич Николай Александрович. 1889 год

Николай II — старший сын императора Александра III и императрицы Марии Фёдоровны. Сразу после рождения, 6 (18) мая 1868 года, был наречён Николаем[10]. Крещение младенца было совершено духовником императорской семьи протопресвитером Василием Бажановым в Воскресенской церкви Большого Царскосельского дворца 20 мая того же года; восприемниками были: Александр II, королева Датская Луиза, наследный принц Датский Фридрих, великая княгиня Елена Павловна[11].

В раннем детстве воспитателем Николая и его братьев был живший в России англичанин Карл Осипович Хис (Charles Heath, 1826—1900); его официальным воспитателем как наследника в 1877 году был назначен генерал Г. Г. Данилович. Николай получил домашнее образование в рамках большого гимназического курса; в 1885—1890 годах — по специально написанной программе, соединявшей курс государственного и экономического отделений юридического факультета университета с курсом Академии Генерального штаба. Учебные занятия велись в течение 13 лет: первые восемь лет были посвящены предметам расширенного гимназического курса, где особое внимание уделялось изучению политической истории, русской литературы, английского, немецкого и французского языков (английским Николай Александрович владел как родным[12][13]); последующие пять лет посвящались изучению военного дела, юридических и экономических наук, необходимых для государственного деятеля. Лекции читались учёными с мировым именем: Н. Н. Бекетовым, Н. Н. Обручевым, Ц. А. Кюи, М. И. Драгомировым, Н. Х. Бунге, К. П. Победоносцевым и другими. Все они лишь читали лекции. Спрашивать, чтобы проверить, как усвоен материал, не имели права[14]. Протопресвитер Иоанн Янышев учил цесаревича каноническому праву в связи с историей церкви, главнейшим отделам богословия и истории религии[15].

6 (18) мая 1884 года, по достижении совершеннолетия (для наследника), принёс присягу в Большой церкви Зимнего дворца, о чём извещалось высочайшим манифестом[16]. Первым опубликованным от его имени актом был рескрипт на имя московского генерал-губернатора В. А. Долгорукова: 15 тысяч рублей для распределения, по усмотрению того, «между жителями Москвы, которые наиболее нуждаются в помощи»[16].

Первые два года Николай служил младшим офицером в рядах Преображенского полка. Два летних сезона он проходил службу в рядах лейб-гвардии гусарского полка эскадронным командиром, а затем — лагерный сбор в рядах артиллерии. 6 (18) августа 1892 года был произведён в полковники. В то же время отец вводит его в курс дел по управлению страной, приглашая участвовать в заседаниях Государственного совета и Кабинета министров. По предложению министра путей сообщения С. Ю. Витте, Николай в 1892 году для приобретения опыта в государственных делах был назначен председателем комитета по постройке Транссибирской железной дороги. К 23 годам своей жизни Наследник был человеком, получившим обширные сведения в разных областях знания.

В программу образования входили путешествия по различным губерниям России, которые он совершал вместе с отцом. В довершение образования отец выделил в его распоряжение крейсер «Память Азова» в составе эскадры для путешествия на Дальний Восток. За девять месяцев со свитой посетил Австро-Венгрию, Грецию, Египет, Индию, Таиланд, Китай, Японию, а позднее — сухим путём из Владивостока через всю Сибирь возвратился в столицу России. Во время путешествия Николай вёл личный дневник. В Японии на Николая было совершено покушение (см. Инцидент в Оцу); рубашка с пятнами крови хранится в Эрмитаже[17].

Оппозиционный политик, член Государственной думы первого созыва В. П. Обнинский в своём антимонархическом сочинении «Последний самодержец» утверждал, что Николай «одно время упорно отказывался от престола», но был вынужден уступить требованию Александра III и «подписать при жизни отца манифест о своём вступлении на престол»[18].

Вступление на престол и начало правления

Император Николай II и императрица Александра Феодоровна (1896)
Император Николай II и императрица Александра Феодоровна (1896)

Первые шаги и коронация

Спустя несколько дней по кончине Александра III (20 октября (1 ноября1894 года) и своего вступления на престол (высочайший манифест обнародован 21 октября[прим 5]; в тот же день приносилась присяга сановниками, чиновниками, придворными и в войсках[19]), 14 (26) ноября 1894 года в Большой церкви Зимнего дворца сочетался браком с Александрой Фёдоровной; медовый месяц проходил в атмосфере панихид и траурных визитов[20].

Одними из первых кадровых решений императора Николая II были увольнение в декабре 1894 года конфликтного И. В. Гурко с поста генерал-губернатора Царства Польского и назначение в феврале 1895 года на пост министра иностранных дел А. Б. Лобанова-Ростовского — по смерти Н. К. Гирса.

В результате обмена нотами от 27 марта (8 апреля1895 года[21] было установлено «разграничение сфер влияния России и Великобритании в районе Памира, на восток от озера Зор-Куль (Виктория)», по реке Пяндж; Памирская волость вошла в состав Ошского уезда Ферганской области; Ваханский хребет на русских картах получил обозначение хребта императора Николая II. Первым крупным международным актом императора явилась Тройственная интервенция — одновременное (11 (23) апреля 1895 года), по инициативе русского МИД, предъявление (вместе с Германией и Францией) требований к Японии пересмотреть условия Симоносекского мирного договора с Китаем, отказавшись от притязаний на Ляодунский полуостров.

Первым публичным выступлением императора в Петербурге стала его речь, произнесённая 17 (29) января 1895 года в Николаевском зале Зимнего дворца пред депутациями дворянства, земств и городов, прибывших «для выражения их величествам верноподданнических чувств и принесения поздравления с бракосочетанием»; произнесённый текст речи (речь была заранее написана, но император произносил её, лишь временами заглядывая в бумагу) гласил: «Мне известно, что в последнее время слышались в некоторых земских собраниях голоса людей, увлекавшихся бессмысленными мечтаниями об участии представителей земства в делах внутреннего управления. Пусть все знают, что я, посвящая все свои силы благу народному, буду охранять начала самодержавия так же твёрдо и неуклонно, как охранял его мой незабвенный, покойный родитель»[22].

В начале 1910-х годов представитель левого крыла кадетов В. П. Обнинский писал о речи царя в своём антимонархическом сочинении[23]:

«Уверяли, что в тексте стояло слово „несбыточными“ [Вместо „бессмысленными“][прим 6]. Но как бы там ни было, оно послужило началом не только всеобщего охлаждения к Николаю, но и заложило фундамент будущего освободительного движения, сплотив земских деятелей и внушив им более решительный образ действий. <…> Выступление 17 (29) января 1895 года можно считать первым шагом Николая по наклонной плоскости, по которой он продолжает катиться и доселе, всё ниже спускаясь во мнении и своих подданных, и всего цивилизованного мира».

Историк С. С. Ольденбург писал о речи 17 января: «Русское образованное общество, в своём большинстве, приняло эту речь как вызов себе <…> Речь 17 января рассеяла надежды интеллигенции на возможность конституционных преобразований сверху. В этом отношении она послужила исходной точкой для нового роста революционной агитации, на которую снова стали находить средства»[24]. Яркий представитель консервативных кругов К. П. Победоносцев одобрил речь, но с тревогой отмечал, что «повсюду в молодёжи и интеллигенции идут толки с каким-то раздражением против молодого государя»[25].

Портрет Николая II в 1896 году (художник Илья Репин)
Портрет Николая II в 1896 году (художник Илья Репин)

Коронация императора и его супруги состоялась 14 (26) мая 1896 года. Плохая организация праздника привела к чудовищной давке, в которой, по официальным данным, погибло 1379 человек, ещё несколько сот получили увечья. Трагедия оставила крайне тяжёлое впечатление в обществе (подробнее см. в статье Ходынка). В связи с событиями на Ходынке и последующим 9 января 1905 года Николай II был прозван радикальной оппозицией «Кровавым»[9]. В том же году проходила Всероссийская промышленная и художественная выставка в Нижнем Новгороде, которую Николай II посетил. В апреле 1896 года состоялось формальное признание российским правительством болгарского правительства князя Фердинанда. В 1896 году Николай II также совершил большую поездку в Европу, встретившись с Францем-Иосифом, Вильгельмом II, королевой Викторией (бабка Александры Фёдоровны); завершением поездки стало его прибытие в столицу союзной Франции Париж. В ходе поездки царя сопровождал товарищ (заместитель) министра иностранных дел Н. П. Шишкин, человек малокомпетентный. Сам министр Лобанов-Ростовский скоропостижно скончался 30 августа (11 сентября1896 года.

Ко времени приезда царя в сентябре 1896 года в Великобританию произошло резкое обострение отношений между Великобританией и Османской империей, связанное с резнёй армян в Османской империи, и одновременное сближение Петербурга с Константинополем; гостя́ у королевы Виктории в Балморале, Николай, согласившись в общих чертах на совместную разработку проекта реформ в Османской империи, отверг сделанные ему английским правительством предложения сместить султана Абдул-Гамида, сохранить Египет за Англией, а взамен получить некие уступки по вопросу о Проливах[26]. Затем Николай отправился в Париж, где французам удалось склонить его к утверждению совместных инструкций послам России и Франции в Константинополе. Были, в частности, приняты французские предложения по египетскому вопросу (в том числе «гарантии нейтрализации Суэцкого канала») и по расширению полномочий Управления Оттоманского долга, в которое правительство России должно было отправить своего делегата (ранее это учреждение игнорировалось). В целом, был сделан большой шаг в сторону установления над Турцией международного контроля, «господству над Турцией вшестером», что противоречило намерениям правительства России[27]. Парижские соглашения царя вызвали резкие возражения со стороны Сергея Витте, Ламздорфа, посла в Турции Нелидова и других. Посол в Вене Капнист прямо назвал предложенную в Париже линию поведения «мало согласной со всей внешней политикой России и её интересами». Николай некоторое время отстаивал своё решение и даже обещал французскому послу, что постарается переубедить Витте и Нелидова, однако в конце концов согласился с доводами Витте. По этому поводу Ламздорф с досадой отметил: «Молодой государь меняет свои точки зрения с ужасающей быстротой»[28]. Вскоре последовала новая перемена курса — возврат к соглашениям, заключённым в Бельморале, но отвергнутым после возвращения в Петербург. При этом был подготовлен и на совещании министров 23 ноября (5 декабря1896 года под председательством царя одобрен (с некоторыми оговорками) план высадки российского десанта на Босфоре. После определённой борьбы возобладали более умеренные взгляды, и от высадки десанта решили отказаться[29]. В конечном итоге, после поспешных шагов Николая II и Шишкина, к концу 1896 года русская дипломатия вернулась в русло, определённое Лобановым-Ростовским и Витте: укрепление союза с Францией, прагматичное сотрудничество с Германией по отдельным вопросам, замораживание Восточного вопроса (то есть поддержка султана и оппозиция планам Англии в Египте). Проект реформ в Османской империи, в котором в числе прочего предусматривались меры по облегчению участи армянского населения, так и не был вручён султану[30]. В марте 1897 года российские войска приняли участие в международной миротворческой операции на Крите после греко-турецкой войны.

В течение 1897 года в Петербург прибыли 3 главы государств, чтобы отдать визит российскому императору: Франц-Иосиф, Вильгельм II, президент Франции Феликс Фор; в ходе визита Франца-Иосифа между Россией и Австрией было заключено соглашение на 10 лет.

Манифест от 3 (15) февраля 1899 года о порядке законодательства в Великом княжестве Финляндском[31] был воспринят населением Великого княжества как посягательство на его права автономии и вызвал массовое недовольство и протесты[32].

Манифест от 28 июня (10 июля1899 года (опубликован 30 июня) извещал о кончине того же 28 июня «наследника цесаревича и великого князя Георгия Александровича» (присяга последнему как наследнику престола приносилась ранее вместе с присягой Николаю) и гласил далее: «Отныне, доколе Господу не угодно ещё благословить нас рождением сына, ближайшее право наследования Всероссийского престола, на точном основании основного Государственного Закона о престолонаследии, принадлежит любезнейшему брату нашему великому князю Михаилу Александровичу»[33]. Отсутствие в манифесте слов «наследник цесаревич» в титуле Михаила Александровича возбудило в придворных кругах недоумение, что побудило императора издать 7 июля того же года именной высочайший указ, который повелевал именовать последнего «государем наследником и великим князем»[34].

Николай II на охоте. Середина 1890-х
Николай II на охоте. Середина 1890-х

Состояние образованности

Согласно данным впервые проведённой в январе 1897 года всеобщей переписи, численность населения Российской империи составила 125 миллионов человек; из них для 84 миллионов родным был русский язык. При этом грамотных среди населения России старше 9 лет было 27 % (без Финляндии), среди лиц в возрасте 10—19 лет — 34 %. Разрыв по уровню грамотности населения между Российской империей и развитыми странами к началу XX века достиг своего максимума.

Историк Б. Н. Миронов отмечал, что по состоянию на 1889 и 1913 годы доля грамотного населения составляла[35]:

Грамотность мужчин/женщин в возрасте старше 9—20 лет на 1889 и 1913 годы
(для Российской империи грамотность — умение читать, для других стран — читать и писать)
Российская империя Великобритания Германия США Австрия Япония Франция
31/13 91/89 97/95 88/85 74/60 97/— 89/81
54/26 99/99 99/99 93/93 81/75 98/— 95/94

В то же время Миронов указывает на то, что «сдвиги в отношении народа к грамотности в конце XIX века наметились, прежде всего в среде городского населения и рабочих», хотя и признаёт, что «умение учиться по книгам, руководствоваться прочитанным и усвоенным в своём поведении развивалось медленно и к 1917 году стало внутренней потребностью у меньшинства населения»[36]. Проблема неграмотности населения привела к тому, что в 1906 году Министерством народного просвещения, под руководством графа П. Н. Игнатьева, был выработан проект введения всеобщего начального образования. Основные начала министерского проекта получили 3 мая 1908 года силу закона, и с этого времени начинается планомерное увеличение средств на народное образование, а также открытие школ по все территории империи, конечной целью проекта было обеспечение начального образования всему населению Российской империи, вне зависимости от классовой или национальной принадлежности[37]. В результате к 1916 году в Российской империи было около 140 тысяч школ разных типов, а различные показатели инфраструктурных параметров школьной системы (например, отношение числа школ к количеству населения, равномерность их распределения, пространственная доступность, управляемость и т. д.)превосходили не только большинство государств того времени, но и современную Российскую Федерацию[38]. Правительство поступательно увеличивало расходы на образование: бюджет Министерства народного просвещения с 33,1 млн рублей в 1901 году увеличился до 142,7 млн рублей в 1913 году[39].

Касательно высшего и среднего образования Николай писал: «Я считаю, что Россия нуждается в открытии высших специальных заведений, а ещё больше в средних технических и сельскохозяйственных школах, но что с неё вполне достаточно существующих университетов. Принять эту резолюцию за руководящее моё указание». По мнению министра народного просвещения П. Н. Игнатьева, такой подход должен был обострить и без того тяжёлую ситуацию с преподавательским составом (дефицит которого достигал 40 %), что грозило не только затормозить общий рост народного образования, но и «послужить препятствием к широкому развитию профессиональных знаний»[40]. Однако, при этом в Российской империи происходил непрерывный рост количества людей, получающих высшее образование.

Количество студентов высших учебных заведений на каждые 10000 жителей в 1899—1903 и 1911—1914 годах [41]
Россия Англия Германия Франция
3,5 6 8 9
8 8 11 12

Помимо этого, Российская империя в период правления Николая II достигла выдающихся результатов в естественнонаучном и инженерном образовании, доведя количество студентов в высших технических, военно-инженерных и коммерческих училищах до 40-45 тысяч и, таким образом, к 1904—1914 годам став мировым лидером (наряду с США) в области технического образования, обойдя Германскую империю[42][43][44]. Среди выпускников российских инженерных училищ были множество известных специалистов, которые, после революции и эмиграции, создали целые отрасли и технологические школы в Западной Европе и США (такие как И. И. Сикорский, В. К. Зворыкин, А. Е. Чичибабин, В. Н. Ипатьев, C. П. Тимошенко, Г. А. Ботезат и другие)[44].

Также Россия фактически стала пионером в области «непрерывного образования», сложившегося в 1907—1916 годах в результате реформ П. Н. Игнатьева[45]. В большинстве европейских стран подобные реформы произошли лишь в 1950-х — 1960-х годах[46].

Ещё одной чертой, отличающей европейскую Россию, как от западноевропейских, так и от южных стран является почти полное равенство численности учащихся мужского и женского пола в передовых среднеобразовательных учебных заведениях[47]. Причиной этого являлось то, что Россия имела значительно более развитую, чем в других европейских странах систему среднего (а потом и высшего) образования для женщин. В российских гимназиях уже в начале двадцатого века училось больше девочек, чем мальчиков, тогда как в большинстве европейских государств женское полное среднее образование сильно отставало от мужского вплоть до 1960-х годов (в первые десятилетия ХХ века в ведущих европейских странах девушки составляли не более 20 % учащихся) [48]. Накануне революции 1917 года система гимназического и высшего образования для женщин в Российской империи была гораздо более развита, чем в Германии, Франции и Англии, несколько уступая лишь США. Количество выпускниц женских гимназий было столь велико, что в России наблюдался избыток женщин с высококачественным средним образованием, в результате чего им приходилось поступать в западноевропейские университеты. Это приводило к тому, что значительная часть слушательниц европейских университетов, где разрешалось совместное обучение, были русскими подданными. К примеру, в Швейцарских высших учебных заведениях в некоторые годы в середине XIX века училось больше русских, чем швейцарских женщин[48]. Помимо этого, показатель индекса образовательных возможностей для низших слоёв населения Российской империи в несколько раз превышал аналогичный показатель для стран западной Европы[49].

Экономическая политика

В январе 1897 года была осуществлена денежная реформа, установившая золотой стандарт рубля. Переход на золотой рубль, среди прочего, явился девальвацией национальной валюты: на империалах прежних веса и пробы значилось теперь «15 рублей» — вместо 10; тем не менее, стабилизация рубля по курсу «двух третей», вопреки прогнозам, прошла успешно и без потрясений[50].

Спуск Николаем II на воду крейсера «Аврора» 11 (24) мая 1900 года
Спуск Николаем II на воду крейсера «Аврора» 11 (24) мая 1900 года

Бурное развитие промышленности в России, как и в других странах, сопровождалось появлением и обострением рабочего вопроса. По мере увеличения численности рабочих и роста их самоорганизации, начинается стачечное движение, выдвигаются разнообразные требования к промышленникам, связанные с улучшением условий и оплаты труда. Часть промышленников, вынужденная пойти на уступки рабочим, требовала от правительства распространить правила на всю страну, чтобы другие предприятия не имели конкурентных преимуществ. Консервативные круги с неохотой признавали наличие рабочего вопроса, вплоть до утверждений, что его «у нас на Руси не существует, а… есть фабрики да рабочие». Тем не менее с 1880-х годов в России разрабатывалось рабочее законодательство, появлялись первые правила, ограничивавшие детский и женский труд, работу в ночное время и т. п. После массовых стачек 1896 года правительством Витте 2 (14) июня 1897 года был издан закон об ограничении рабочего времени, которым устанавливался максимальный предел рабочего дня не более 11,5 часов в обычные дни и 10 часов в субботу и предпраздничные дни или если хотя бы часть рабочего дня приходилась на ночное время[51]. На фабриках, имевших более 100 рабочих, вводилась бесплатная медицинская помощь, охватившая 70 % общего числа фабричных рабочих (по состоянию на 1898 год). В июне 1903 года были утверждены «Правила о вознаграждении потерпевших от несчастных случаев на производстве»[52], обязавшие предпринимателя выплачивать пособие и пенсию потерпевшему или его семье в размере 50-66 % содержания потерпевшего. Для того чтобы подорвать влияние революционных партий в рабочей среде, предпринимались попытки создания подконтрольных полиции рабочих организаций (официально профессиональные организации на тот момент были запрещены), которые улаживали бы мелкие конфликты с предпринимателями, но не выдвигали политических требований и поддерживали существующий государственный строй. Результаты таких попыток были неоднозначны[53]. В 1905 году, в условиях революционного подъёма, началось массовое создание нелегальных профсоюзов, и 4 марта 1906 года правительство выпустило Временные правила об обществах и союзах, разрешив существование профсоюзных организаций, но поставив их под строгий надзор полиции и категорически запретив всероссийские объединения. После спада революционного движения начались репрессии, в 1906—1910 годах было закрыто 497 профсоюзов, арестовано 906 деятелей профсоюзного движения, число членов профсоюзов сократилось с 246 тысяч (начало 1907 года) до 13 тысяч (конец 1909 года)[54]. Законом от 23 июня (6 июля1912 года в России вводилось обязательное страхование рабочих от болезней и несчастных случаев. Подробнее см. фабричное законодательство Российской империи.

Был отменён особый налог на землевладельцев польского происхождения в Западном крае, введённый в наказание за Польское восстание 1863 года. Указом 12 (25) июня 1900 года была отменена уголовная ссылка в Сибирь, при сохранении политической[55].

Царствование Николая II явилось периодом экономического роста: в 1885—1913 годы темпы роста сельскохозяйственного производства составляли в среднем 2 %, а темпы роста промышленного производства — 4,5-5 % в год. Добыча угля в Донбассе увеличилась с 4,8 млн тонн в 1894 году до 24 млн тонн в 1913. Началась добыча угля в Кузнецком угольном бассейне. Развивалась добыча нефти в окрестностях Баку, Грозного и на Эмбе. Подробнее см. индустриализация в Российской империи.

Продолжалось строительство железных дорог, суммарная протяжённость которых, составлявшая 44 тыс. км в 1898 году, к 1913 году превысила 70 тыс. километров. По суммарной протяжённости железных дорог Россия превосходила любую другую европейскую страну и уступала только США, однако по обеспеченности железными дорогами на душу населения уступала как США, так и крупнейшим европейским странам[40]. Бурное развитие железных дорог в начале царствования (2751 верста в год в пятилетие 1895—1899 годов) впоследствии серьёзно замедлилось: за всё пятилетие 1907—1912 годов было построено только 2952 версты (менее 600 вёрст в год), что не соответствовало спросу — за период 1902—1912 годов густота движения увеличилась на 36 %, а дорожная сеть — лишь на 20 %. В докладе Совета съездов представителей промышленности и торговли от 9 мая 1913 года предупреждали: «Если дело пойдёт так и дальше, то мы, очевидно, не справимся со всеми грузами, которые будут предъявляться к перевозке, и страна естественно будет охвачена кризисом, тем более тяжёлым, что он будет вызван искусственно». По оценкам генерал-инженера Петрова, для того чтобы привести ситуацию в соответствие с экономическими интересами страны, необходимо было строить по 5000 вёрст в год. Отрицательную роль сыграло сдерживание частной инициативы — несмотря на активное проведение изысканий (и серьёзные деньги, в них вложенные), сами ходатайства о строительстве новых железных дорог удовлетворялись крайне скупо[56].

Социальная политика

На территории Великого княжества Финляндского, формально входившего в состав Российской империи, было впервые в Европе введено женское избирательное право и там же впервые в мире женщины были избраны в парламент: 19 женщин были избраны в сейм в результате выборов 1907года.[57]

В начале ХХ века в Российской империи был один из самых высоких в мире уровень младенческой смертности — 30 % детей умирали в возрасте до 5 лет[58]. По потреблению хлеба на душу населения Россия была на первом месте в мире, по средней зарплате фабричного рабочего отставала от развитых стран примерно в два раза, по расходам на образование примерно в 10 раз; средняя продолжительность жизни в России была примерно в полтора раза меньше развитых стран.[59]

Российская империя имела в 1914 году самый большой в мире государственный долг, самый большой в мире золотой запас, а также очень высокий уровень социального неравенства (10 % самых богатых владели 50 % всех активов империи).[60]

По мнению исследователей (П. А. Сорокин «Социология революции»), основной причиной Февральской революции была невозможность большинства населения реализовать свои базовые потребности, в том числе невозможность людей из низов занять статус, соответствующий их талантам в силу сословной структуры Российской империи, что резко ограничивало возможности развития России.

Движение на восток и русско-японская война

Основная статья: Русско-японская война
Изображение Ополченского креста с девизом и монограммой на ополченском билете времён Николая II.
Изображение Ополченского креста с девизом и монограммой на ополченском билете времён Николая II.

Придворный историк С. С. Ольденбург отмечал, что ещё в 1895 году император предвидел возможность столкновения с Японией за приоритет на Дальнем Востоке и готовился к этой борьбе — как в дипломатическом, так и в военном отношении[61]. Из резолюции царя 2 (14) апреля 1895 года на докладе министра иностранных дел явствовало его желание дальнейшей экспансии России на Юго-Востоке (Корея)[62].

22 мая (3 июня1896 года в Москве был заключён русско-китайский договор о военном союзе против Японии; Китай согласился на сооружение железной дороги через Северную Маньчжурию на Владивосток, строительство и эксплуатация которой предоставлялось Русско-Китайскому банку. 8 (20) сентября 1896 года между китайским правительством и Русско-Китайским банком был подписан концессионный договор о строительстве Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). 15 (27) марта 1898 года Россией и Китаем в Пекине была подписана Русско-китайская конвенция 1898, согласно которой России предоставлялись в арендное пользование на 25 лет порты Порт-Артура (Люйшуня) и Дальнего (Даляня) с прилегающими территориями и водным пространством; кроме того, китайское правительство давало согласие распространить концессию, дарованную им Обществу КВЖД, на постройку ветки железной дороги (Южно-Маньчжурская железная дорога) от одного из пунктов КВЖД к Дальнему и Порт-Артуру.

12 (24) августа 1898 года, согласно повелению Николая II, министр иностранных дел граф М. Н. Муравьёв вручил всем пребывающим в Петербурге представителям иностранных держав правительственное сообщение (циркулярную ноту), гласившее среди прочего: «Положить предел непрерывным вооружениям и изыскать средства предупредить угрожающие всему миру несчастия — таков ныне высший долг для всех Государств. Преисполненный этим чувством, государь император повелеть мне соизволил обратиться к Правительствам государств, Представители коих аккредитованы при Высочайшем Дворе, с предложением о созвании конференции в видах обсуждения этой важной задачи»[63][64]. В 1899 и 1907 годах состоялись Гаагские конференции мира, отдельные решения которых действуют и по сей день (в частности, был создан Постоянный арбитражный суд в Гааге). За инициативу по созыву Гаагской мирной конференции и вклад в её проведение Николай II (и известный русский дипломат Мартенс Фёдор Фёдорович) были номинированы в 1901 году на Нобелевскую премию мира[65]. В Секретариате ООН по сей день стоит бюст Николая II и помещено его Обращение к державам мира о созыве первой Гаагской конференции.

В 1900 году Николай II отправил русские войска на подавление Ихэтуаньского восстания совместно с войсками других европейских держав, Японии и США.

Аренда Россией Ляодунского полуострова, постройка Китайско-Восточной железной дороги и основание морской базы в Порт-Артуре, растущее влияние России в Манчжурии сталкивались с устремлениями Японии, которая также претендовала на Манчжурию.

24 января (6 февраля1904 года японский посол вручил русскому министру иностранных дел В. Н. Ламздорфу ноту, которая извещала о прекращении переговоров, которые Япония полагала «бесполезными», о разрыве дипломатических сношений с Россией; Япония отзывала свою дипломатическую миссию из Петербурга и оставляла за собой право прибегнуть для защиты своих интересов к «независимым действиям», какие она сочтёт нужными. Вечером 26 января (8 февраля1904 японский флот без объявления войны атаковал порт-артурскую эскадру. Высочайший манифест, данный Николаем II 27 января (9 февраля1904 года, объявлял Японии войну.

За пограничным сражением на реке Ялу последовали сражения под Ляояном, на реке Шахэ, под Сандепу и Мукденом; все они завершились безуспешно для русской армии.

20 декабря 1904 (2 января 1905) года был сдан Порт-Артур. К. Н. Рыдзевский, согласно дневнику Александры Богданович, так описал реакцию Николая II на это событие[прим 7]:

«Новость, которая удручила всех, любящих своё отечество, царём была принята равнодушно, не видно на нём ни тени грусти. Тут же начались рассказы Сахарова, его анекдоты, и хохот не переставал. Сахаров умел забавлять царя. Это ли не печально и не возмутительно!»[66]

Воспоминания Юрия Данилова описывают другое отношение Николая к подобным событиям («холодное, каменное, ледяное спокойствие»); о ситуации перед неизбежной (судя по донесениям) сдачей Порт-Артура Ю. Данилов пишет[67]:

«В царском поезде большинство было удручено событиями, сознавая их важность и тяжесть. Но Император Николай II почти один хранил холодное, каменное спокойствие. Он по-прежнему интересовался общим количеством вёрст, сделанных им в разъездах по России, вспоминал эпизоды из разного рода охот, подмечал неловкость встречавших его лиц, и т. д.… Свидетелем того же ледяного спокойствия Царя мне пришлось быть и позднее; в 1915-м году в трудный период отхода наших войск из Галичины; в следующем году, когда назревал окончательный разрыв Царя с общественными кругами, и в мартовские дни отречения во Пскове в 17-м году».

Николай II (1913 год)
Николай II (1913 год)

Сам же Николай II в дневнике писал об этом событии так[68]:

«21-го декабря. Вторник. Получил ночью потрясающее известие от Стесселя о сдаче Порт-Артура японцам ввиду громадных потерь и болезненности среди гарнизона и полного израсходования снарядов! Тяжело и больно, хотя оно и предвиделось, но хотелось верить, что армия выручит крепость. Защитники все герои и сделали более того, что можно было предполагать. На то значит воля Божья!»

После падения крепости Порт-Артура мало кто уже верил в благоприятный исход военной кампании. Патриотический подъём сменился раздражением и унынием. Эта ситуация способствовала усилению антиправительственной агитации и критических настроений. Император долго не соглашался признать провал кампании, считая, что это лишь временные неудачи. Он, несомненно, хотел мира, только лишь почётного мира, который могла обеспечить сильная военная позиция. К концу весны 1905 года стало очевидным, что возможность изменения военной ситуации существует лишь в отдалённой перспективе.

Исход войны решило морское сражение при Цусиме 14-15 (28) мая 1905 года, которое завершилось почти полным уничтожением русского флота. 23 мая (5 июня1905 года император получил через посла США в Петербурге Мейера предложение президента Т. Рузвельта о посредничестве для заключения мира. Ответ не заставил себя долго ждать. 30 мая (12 июня1905 года министр иностранных дел В. Н. Ламздорф официальной телеграммой информировал Вашингтон о принятии посредничества Т. Рузвельта. Русскую делегацию возглавил уполномоченный царя С. Ю. Витте, в США к нему присоединился русский посол в США барон Р. Р. Розен. 23 августа (5 сентября1905 года в Портсмуте русскими представителями С. Ю. Витте и Р. Р. Розеном был подписан мирный договор. По условиям последнего, Россия признала Корею сферой влияния Японии, уступала Японии Южный Сахалин и права на Ляодунский полуостров с городами Порт-Артур и Дальний.

Американский исследователь эпохи Т. Деннетт в 1925 году утверждал: «Мало кто теперь считает, что Япония была лишена плодов предстоявших побед. Преобладает обратное мнение. Многие полагают, что Япония была истощена уже к концу мая, и что только заключение мира спасло её от крушения или полного поражения в столкновении с Россией»[69]. Япония потратила на войну около 2 млрд иен, а её государственный долг возрос с 600 млн иен до 2,4 млрд иен. Только по процентам японскому правительству предстояло ежегодно выплачивать 110 млн иен. Полученные на проведение войны четыре иностранных займа тяжёлым грузом легли на японский бюджет. В середине года Япония была вынуждена взять новый заём. Понимая, что продолжение войны по причине отсутствия финансирования становится невозможным, японское правительство под видом «личного мнения» военного министра Тэраути через американского посла ещё в марте 1905 года довело до сведения Т. Рузвельта желание войну закончить. Расчёт делался на посредничество США, что в итоге и произошло.

Поражение в русско-японской войне (первое за полвека) и последующее подавление смуты 1905—1907 годов (впоследствии усугубившееся появлением слухов о влияниях Распутина) привели к падению авторитета императора в правящих и интеллигентских кругах[прим 8].

Революция 1905—1907 годов

Николай II и Георг V
Николай II и Георг V

С началом русско-японской войны Николай II пошёл на некоторые уступки либеральным кругам: после убийства эсеровским боевиком министра внутренних дел В. К. Плеве он назначил на его пост считавшегося либералом П. Д. Святополк-Мирского; 12 (25) декабря 1904 года был дан высочайший указ Сенату «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка», обещавший расширение прав земств, страхование рабочих, эмансипацию инородцев и иноверцев, устранение цензуры[70]. При обсуждении текста Указа от 12 (25) декабря 1904 года, он, однако, лично сказал графу Витте (согласно воспоминаниям последнего)[прим 9]: «Я никогда, ни в каком случае не соглашусь на представительный образ правления, ибо я его считаю вредным для вверенного мне Богом народа».

6 (19) января 1905 года (в праздник Крещения), во время водосвятия на иордани (на льду Невы), перед Зимним дворцом, в присутствии императора и членов его семьи, в самом начале пения тропаря, раздался выстрел из орудия, в котором случайно (согласно официальной версии) остался заряд картечи после учений 4 января. Бо́льшая часть пуль попала в лёд рядом с царским павильоном и в фасад дворца, в 4-х окнах которого были разбиты стёкла[71]. В связи с инцидентом редактор синодального издания писал, что «нельзя не видеть чего-то особенного» в том, что смертельно был ранен один лишь полицейский по фамилии «Романов» и было прострелено древко знамени «питомника нашего злосчастного флота» — знамени морского корпуса[72].

События 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге

9 (22) января 1905 года в Петербурге по инициативе священника Георгия Гапона состоялось шествие рабочих к Зимнему дворцу. 6—8 января священником Гапоном и группой рабочих была составлена на имя императора Петиция о рабочих нуждах, в которой наряду с экономическими содержался ряд политических требований. Главным требованием петиции было устранение власти чиновников и введение народного представительства в форме Учредительного собрания[73]. Составление петиции и попытка вручить её царю стала следствием массовых забастовок, в ходе которых бастующие не получили поддержки властей. Это вызвало разочарование рабочих, которые в массе своей были промонархически настроены, и повлекло рост радикальных настроений. Когда правительству стало известно о политическом содержании петиции[74], было принято решение не допускать рабочих к Зимнему дворцу, а при необходимости задерживать их силой[75][76]. Вечером 6 января был создан военный штаб под командованием великого князя Владимира Александровича, и началось стягивание войск в столицу (серьёзную озабоченность вызвал инцидент со случайным выстрелом картечного снаряда на торжествах по случаю водосвятия). На следующий день обстановка прояснилась и на совещании министров было решено не объявлять военного положения и не арестовывать Гапона[77]. Однако 8 января министр двора Фредерикс, близкий друг императора, прибыл из Царского села и отчитал министра внутренних дел П. Д. Святополк-Мирского, передав приказ объявить военное положение и арестовать Гапона. После этого Святополк-Мирский созвал новое совещание, утвердил диспозицию войск, отказался общаться с Гапоном[78], а вечером 8 января известил императора о принятых мерах[79], уговорив, однако, не вводить военного положения[80]. Вопреки утверждениям советской историографии, неизвестно, отдавал ли Николай II приказ о стрельбе, поскольку личные доклады министров царю не протоколировались[81]. Никаких дополнительных указаний, помимо приказа не допускать демонстрантов на Дворцовую площадь, войска не получили. Общий настрой правительственного аппарата выразил начальник штаба войск гвардии и Санкт-Петербургского военного округа генерал Н. Ф. Мешетич, который впоследствии заявил: «Что же касается стрельбы, то это неизбежное последствие вызова войск. Ведь не для парада их вызывали?»[82].

9 (22) января 1905 года многотысячные колонны рабочих с крестами, хоругвями, иконами и портретами императора двинулись с разных концов города к Зимнему дворцу, одной из колонн предводительствовал сам Гапон. На заставах колонны были встречены войсками. Если толпу не удавалось рассеять атаками кавалерии, следовали винтовочные залпы. Часть рабочих прорвалась к Дворцовой площади, чтобы вручить петицию царю (который уехал в Царское Cело ещё вечером 6 января), и после уговоров разойтись была рассеяна залпами. На Невском проспекте при известии о расстрелах стали возникать стихийные митинги с радикальными лозунгами, разгорячённая толпа начала избивать полицейских, но действиями отряда под руководством полковника Римана Н. К. была рассеяна огнём. На 4-й линии Васильевского острова построили баррикаду с красным знаменем.

В официальном докладе директора Департамента полиции Лопухина вина за произошедшее возлагалась на рабочих, утверждалось, что они, «наэлектризованные пропагандой», упорно стремились к центру города, невзирая на предупреждения и даже атаки кавалерии[83], и войска вынуждены были произвести по колоннам ружейные залпы[83], чтобы предотвратить скопление 150-тысячной толпы в центре города[74]. В отчёте упоминается также стрельба по войскам, однако, как выяснилось, оба полицейских, погибших у Нарвских ворот, были убиты залпами 93-го пехотного Иркутского полка[84][85]. По официальным правительственным данным, за день 9 (22) января 1905 года было убито 130 и ранено 299 человек. Известно, что часть убитых срочно похоронили утром 10 января в общей могиле на Преображенском кладбище, несмотря на протесты и попытки помешать могильщикам[83]. По подсчётам советского историка В. И. Невского, убитых было до 200, а раненых — до 800 человек[86]. Вечером 9 (22) января 1905 года Николай II записал в своём дневнике: «Тяжёлый день! В Петербурге произошли серьёзные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!»[87]

События 9 (22) января 1905 года стали поворотным моментом в русской истории и положили начало Первой русской революции. Либеральная и революционная оппозиция возложила всю вину за случившиеся события на императора Николая. Священник Гапон, скрывшийся от преследований полиции, написал вечером 9 (22) января 1905 года воззвание, в котором призвал рабочих к вооружённому восстанию и свержению династии. «Зверь-царь, его чиновники-казнокрады и грабители русского народа сознательно хотели быть и сделались убийцами безоружных наших братьев, жён и детей. Пули царских солдат, убивших за Нарвской заставой рабочих, нёсших царские портреты, простреливали эти портреты и убили нашу веру в царя. Так отомстим же, братья, проклятому народом царю, всему его змеиному царскому отродью, его министрам и всем грабителям несчастной русской земли! Смерть им всем!»[88] Редактор либерального журнала «Освобождение» П. Б. Струве в статье «Палач народа» писал: «Народ шёл к нему, народ ждал его. Царь встретил свой народ. Нагайками, саблями и пулями он отвечал на слова скорби и доверия. На улицах Петербурга пролилась кровь и разорвалась навсегда связь между народом и этим царём. Всё равно, кто он, надменный деспот, не желающий снизойти до народа, или презренный трус, боящийся стать лицом к лицу с той стихией, из которой он почерпал силу, — после событий 9 (22) января 1905 года царь Николай стал открыто врагом и палачом народа»[89]. В революционной печати день 9 января получил название «Кровавого воскресенья»[90]. Впоследствии это название было закреплено Кратким курсом истории ВКП(б)[91] и вошло в советскую и российскую историографию.

Показательным примером отношения Николая II к трагедии[92] стал приём делегации рабочих, специально отобранных новым градоначальником Треповым. Николай заявил делегатам, что «мятежную толпою заявлять Мне о своих нуждах — преступно», но затем простил их вину.

Нарастание революции. Манифест 17 октября

4 (17) февраля 1905 года в Московском Кремле бомбой террориста был убит великий князь Сергей Александрович, исповедовавший крайне правые политические взгляды и имевший определённое влияние на своего племянника.

17 (30) апреля 1905 года был дан указ «Об укреплении начал веротерпимости», отменявший ряд вероисповедных ограничений, в частности в отношении «раскольников» (старообрядцев).

В стране продолжались стачки; начались волнения на окраинах империи: в Курляндии «лесные братья» начали вырезать местных немецких помещиков, на Кавказе началась армяно-татарская резня. Революционеры и сепаратисты получали поддержку деньгами и оружием от Англии и Японии[93]. Так, летом 1905 года в Балтийском море был задержан севший на мель английский пароход «Джон Графтон», перевозивший несколько тысяч винтовок для финских сепаратистов и боевиков-революционеров. Произошло несколько восстаний на флоте и в различных городах. Самым крупным стало декабрьское восстание в Москве. Одновременно большой размах получил эсеровский и анархистский индивидуальный террор. Всего за пару лет революционерами были убиты тысячи чиновников, офицеров и полицейских — за один 1906 год было убито 768 и ранено 820 представителей и агентов власти[94]. Вторая половина 1905 года была отмечена многочисленными волнениями в университетах и в духовных семинариях: из-за беспорядков было закрыто почти 50 средних духовно-учебных заведений. Принятие 27 августа (9 сентября1905 года временного закона об автономиях университетов вызвало всеобщую забастовку учащихся и всколыхнуло преподавателей университетов и духовных академий. Оппозиционные партии воспользовались расширением свобод для усиления атак на самодержавие в печати[95].

Письмо императора Николая II императрице Марии Фёдоровне. 14 января 1906. Автограф: «Трепов для меня незаменимый, своего рода, секретарь. Он опытен, умён и осторожен в советах. Я ему даю читать толстые записки от Витте и затем он мне их докладывает скоро и ясно. Это конечно секрет для всех!»
Письмо императора Николая II императрице Марии Фёдоровне. 14 января 1906. Автограф: «Трепов для меня незаменимый, своего рода, секретарь. Он опытен, умён и осторожен в советах. Я ему даю читать толстые записки от Витте и затем он мне их докладывает скоро и ясно. Это конечно секрет для всех!»

6 (19) августа 1905 года были подписаны манифест об учреждении Государственной думы («как законосовещательного установления, коему предоставляется предварительная разработка и обсуждение законодательных предложений и рассмотрение росписи государственных доходов и расходов» — булыгинской Думы), закон о Государственной думе и положение о выборах в Думу. Но набиравшая силы революция перешагнула через акты 6 августа: в октябре началась всероссийская политическая стачка, бастовало свыше 2 млн человек. 17 (30) октября 1905 года Николай, после долгих колебаний, решился подписать манифест, повелевавший, среди прочего: «1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов. <…> 3. Установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог восприять силу без одобрения Государственной Думы и чтобы выбранным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей»[96]. 23 апреля (6 мая1906 года были утверждены Основные государственные законы Российской империи, предусматривавшие новую роль Думы в процессе законодательства. С точки зрения либеральной общественности, манифест знаменовал конец русского самодержавия как неограниченной власти монарха.

Через три недели после манифеста были амнистированы политические заключённые, кроме осуждённых за терроризм; указ 24 ноября (7 декабря1905 года отменял предварительную как общую, так и духовную цензуру для периодических изданий, выходящих в городах империи (26 апреля (9 мая1906 года была отменена всякая цензура).

После опубликования манифестов забастовки пошли на убыль; вооружённые силы (кроме флота, где имели место волнения) сохранили верность присяге; возникла и негласно поддерживалась Николаем крайне правая монархическая общественная организация — Союз русского народа.

Десятилетие между двумя революциями

Вехи внутренней и внешней политики

18 (31) августа 1907 года был подписан договор с Великобританией по разграничению сфер влияния в Китае, Афганистане и Персии, который в целом завершил процесс формирования союза трёх держав — Тройственного согласия, известного как Антанта (Triple-Entente)[97]; при этом взаимные военные обязательства на тот период существовали только между Россией и Францией[97] — по соглашению 1891 года и военной конвенции 1892 года[98]. 27 — 28 мая (10 июня1908 года состоялась встреча британского Короля Эдуарда VII с царём — на рейде в гавани Ревеля; царь принял от короля мундир адмирала британского флота[3][4]. Ревельское свидание монархов было истолковано в Берлине как шаг к образованию антигерманской коалиции[99] — несмотря на то, что Николай был убеждённым противником сближения с Англией против Германии[100]. Заключённое между Россией и Германией 6 (19) августа 1911 года соглашение (Потсдамское соглашение) не изменило общий вектор вовлечения России и Германии в противостоящие друг другу военно-политические союзы.

17 (30) июня 1910 года был высочайше утверждён одобренный Государственным Советом и Государственной Думой закон о порядке издания законов, касающихся княжества Финляндского, — известный как закон о порядке общеимперского законодательства[101] (см.: Русификация Финляндии#Русификация в 1908—1917 гг.).

Находившийся в Персии с 1909 года в связи с нестабильной политической обстановкой российский военный контингент в 1911 году был усилен.

В 1912 году фактическим протекторатом России стала Монголия, получившая независимость от Китая в результате произошедшей там революции. После этой революции в 1912—1913 годах тувинские нойоны (амбын-нойон Комбу-Доржу, Чамзы Хамбы-лама, нойон Даа-хо.шуна Буян-Бадыргы и другие) несколько раз обращались к царскому правительству с просьбой принять Туву под протекторат Российской империи. 4 (17) апреля 1914 года резолюцией на докладе министра иностранных дел был установлен российский протекторат над Урянхайским краем: край был включён в состав Енисейской губернии с передачей ведения в Туве политических и дипломатических дел Иркутскому генерал-губернатору.

Николай II на праздновании 300-летия дома Романовых
Николай II на праздновании 300-летия дома Романовых

Начало военных действий Балканского союза против Турции осенью 1912 года ознаменовало крах дипломатических усилий, предпринимавшихся после Боснийского кризиса министром иностранных дел С. Д. Сазоновым в направлении союза с Портой[прим 10] и одновременного удержания под своим контролем балканских государств: вопреки ожиданиям русского правительства, войска последних успешно теснили турок и в ноябре 1912 года болгарская армия была в 45 км от османской столицы Константинополя (см. Чаталджинское сражение).

В связи с Балканской войной всё более вызывающим в отношении России становилось поведение Австро-Венгрии, и в связи с этим в ноябре 1912 года на совещании у императора рассматривался вопрос о мобилизации войск трёх российских военных округов. За эту меру выступал военный министр В. Сухомлинов, но премьер-министру В. Коковцову удалось убедить императора не принимать такого решения, угрожавшего втягиванием России в войну[102].

После фактического перехода турецкой армии под германское командование (немецкий генерал Лиман фон Сандерс в конце 1913 года занял пост главного инспектора турецкой армии) вопрос о неизбежности войны с Германией был поднят в записке Сазонова императору от 23 декабря 1913 (5 января 1914) года; записка Сазонова также обсуждалась в заседании Совета министров[103].

Юбилейный рубль 300 лет дома Романовых с изображениями первого царя династии Михаила и здравствующего Николая II. Серебро, 1913, выпуклый чекан
Юбилейный рубль 300 лет дома Романовых с изображениями первого царя династии Михаила и здравствующего Николая II. Серебро, 1913, выпуклый чекан

В 1913 году состоялось широкое празднование 300-летия династии Романовых: императорская семья совершила поездку в Москву, оттуда во Владимир, Нижний Новгород, а затем по Волге в Кострому, где в Ипатьевском монастыре 14 (24) марта 1613 года был призван на царство первый царь из Романовых — Михаил Фёдорович; в январе 1914 года состоялось торжественное освящение в Петербурге Фёдоровского собора, воздвигнутого в ознаменование юбилея династии.

Николай II и Дума

Две первые Государственные думы оказались неспособны вести регулярную законодательную работу: противоречия между депутатами, с одной стороны, и императором, с другой, были непреодолимы. Так, сразу после открытия, в ответном адресе на тронную речь Николая II левые думцы потребовали ликвидации Государственного совета (верхней палаты парламента), передачи крестьянам монастырских и казённых земель. 19 мая (1 июня1906 года 104 депутата Трудовой группы выдвинули проект земельной реформы (проект 104-х), содержание которого сводилось к конфискации помещичьих земель и национализации всей земли.

Дума первого созыва была распущена императором Именным указом Сенату от 8 (21) июля 1906 года (опубликован в воскресенье 9 июля[104]), который назначал время созыва вновь избранной Думы на 20 февраля (5 марта1907 года; последовавший высочайший манифест от 9 июля изъяснял причины, среди которых значилось: «Выборные от населения, вместо работы строительства законодательного, уклонились в непринадлежащую им область и обратились к расследованию действий поставленных от нас местных властей, к указаниям Нам на несовершенства Законов Основных, изменения которых могут быть предприняты лишь нашею монаршею волею, и к действиям явно незаконным, как обращение от лица Думы к населению»[105][106]. Указом от 10 июля того же года приостанавливались занятия Государственного совета[105].

Одновременно с роспуском Думы, вместо И. Л. Горемыкина на пост председателя Совета министров был назначен П. А. Столыпин. Аграрная политика Столыпина, успешное подавление смуты, яркие речи во II Думе сделали его кумиром некоторых правых.

Автограф Николая II в Золотой книге почётных посетителей Государственной думы 9 февраля 1916 года
Автограф Николая II в Золотой книге почётных посетителей Государственной думы 9 февраля 1916 года

Вторая дума оказалась ещё более левой, чем первая, так как в выборах участвовали социал-демократы и эсеры, бойкотировавшие первую думу. В правительстве созревала идея о роспуске Думы и изменении избирательного закона; Столыпин собирался не уничтожить Думу, но изменить её состав. Поводом для роспуска стали действия социал-демократов: 5 мая на квартире члена Думы от РСДРП Озоля была обнаружена полицией сходка 35 социал-демократов и около 30 солдат петербургского гарнизона; кроме того, полицией были обнаружены различные пропагандистские материалы, призывающие к насильственному свержению государственного строя, различные наказы от солдат воинских частей и фальшивые паспорта. 1 июня Столыпин и председатель Санкт-Петербургской судебной палаты потребовали от Думы отстранения всего состава социал-демократической фракции от заседаний и снятия неприкосновенности с 16 членов РСДРП. Дума ответила на требования правительства отказом; следствием противостояния явился манифест Николая II о роспуске II Думы, опубликованный 3 (16) июня 1907 года, — вместе с Положением о выборах в Думу, то есть новым избирательным законом. В манифесте указывался также и срок открытия новой Думы — 1 (14) ноября 1907 года. Акт 3 июня 1907 года в советской историографии именовался «третьеиюньским переворотом», так как он вступал в противоречие с манифестом 17 октября 1905 года, по которому ни один новый закон не мог быть принят без одобрения Государственной думы.

По мнению генерала А. А. Мосолова, Николай II смотрел на членов Думы не как на представителей народа, а как на «просто интеллигентов», и добавлял, что совсем иным было его отношение к крестьянским делегациям: «Царь встречался с ними охотно и подолгу говорил, без утомления, радостно и приветливо»[107].

Земельная реформа

С 1902 по 1905 год разработкой нового аграрного законодательства на государственном уровне занимались и государственные деятели, и учёные России: Вл. И. Гурко, С. Ю. Витте, И. Л. Горемыкин, А. В. Кривошеин, П. А. Столыпин, П. П. Мигулин, Н. Н. Кутлер и А. А. Кауфман. Вопрос упразднения общины ставился самой жизнью. В разгар революции Н. Н. Кутлер предлагал даже проект отчуждения части помещичьих земель.

С 1907 года начала осуществляться так называемая «столыпинская» аграрная реформа. Основным направлением реформы было закрепление земель, прежде находившихся в коллективной собственности сельской общины, за крестьянами-собственниками. Государство также оказывало широкое содействие покупке крестьянами помещичьих земель (через кредитование Крестьянским поземельным банком), субсидировало агрономическую помощь. При проведении реформы большое внимание уделялось борьбе с чересполосицей (явление, при котором крестьянин обрабатывал множество мелких полосок земли в разных полях), поощрялось выделение крестьянам участков «к одному месту» (отруба, хутора), приводившее к существенному повышению эффективности хозяйства. Реформа, требовавшая огромного объёма землеустроительных работ, разворачивалась достаточно медленно. До Февральской революции в собственности крестьян было закреплено не более 20 % общинных земель; так что результаты реформы, очевидно заметные и положительные, не успели проявиться в полной мере.

В 1913 году Россия (без учёта привислинских губерний) находилась на первом в мире месте по производству ржи, ячменя и овса, на третьем (после Канады и США) по производству пшеницы, на четвёртом (после Франции, Германии и Австро-Венгрии) по производству картофеля[108]. Россия стала главным экспортёром сельскохозяйственной продукции, на её долю приходилось 2/5 всего мирового экспорта сельхозпродукции. Урожайность зерна была в три раза ниже английской или германской, урожайность картофеля — ниже в два раза.

Преобразования в военной сфере

Военные преобразования 1905—1912 годов, проводились после поражения России в русско-японской войне 1904—1905 годов, выявившей серьёзные недостатки в центральном управлении, организации, системе комплектования, боевой подготовке и техническом оснащении армии.

В первый период военных преобразований (1905—1908) было децентрализовано высшее военное управление (учреждено независимое от Военного министерства Главное управление Генерального штаба, создан Совет государственной обороны, генерал-инспекторы были напрямую подчинены императору), сокращены сроки действительной службы (в пехоте и полевой артиллерии с 5 до 3 лет, в других родах войск с 5 до 4 лет, на флоте с 7 до 5 лет), омоложён офицерский состав; улучшены быт солдат и матросов (питание и вещевое довольствие) и материальное положение офицеров и сверхсрочнослужащих.

Николай II во время визита в Ригу (3 июля 1910 года)
Николай II во время визита в Ригу (3 июля 1910 года)

Во второй период (1909—1912) была проведена централизация высшего управления (Главное управление Генштаба включено в состав Военного министерства, упразднён Совет государственной обороны, генерал-инспекторы подчинены военному министру); за счёт слабых в боевом отношении резервных и крепостных войск усилены полевые войска (число армейских корпусов увеличилось с 31 до 37), создан при полевых частях запас, который при мобилизации выделялся для развёртывания второочередных частей (включая полевую артиллерию, инженерные и железнодорожные войска, части связи), созданы пулемётные команды в полках и корпусные авиаотряды, юнкерские училища преобразованы в военные училища, получившие новые программы, введены новые уставы и наставления. В 1910 году был создан Императорский военно-воздушный флот.

Первая мировая война

20 июля 1914. Николай II объявляет войну Германии
20 июля 1914. Николай II объявляет войну Германии

19 июля (1 августа1914 года Германия объявила войну России: Россия вступила в Первую мировую войну, которая для неё закончилась крахом империи и династии.

Николай II прилагал усилия для предотвращения войны и во все предвоенные годы, и в последние дни перед её началом, когда (15 (28) июля 1914) Австро-Венгрия объявила войну Сербии и начала бомбардировки Белграда. 16 (29) июля 1914 года Николай II отправил Вильгельму II телеграмму с предложением «передать австро-сербский вопрос на Гаагскую конференцию»[109] (в Международный третейский суд в Гааге)[110][прим 11]. Вильгельм II не ответил на эту телеграмму[110][111][112][113].

Оппозиционные партии и в странах Антанты, и в России (в том числе социал-демократы) в начале войны считали агрессором именно Германию. В. И. Ленин осенью 1914 года писал, что именно Германия развязала войну, в удобное для неё время[прим 12].

20 июля (2 августа1914 года императором был дан и к вечеру того же дня опубликован манифест о войне, а также именной высочайший указ, в котором он, «не признавая возможным, по причинам общегосударственного характера, стать теперь во главе наших сухопутных и морских сил, предназначенных для военных действий», повелевал великому князю Николаю Николаевичу быть Верховным главнокомандующим (начальником штаба при нём стал генерал Янушкевич).

Николай II, министр двора и уделов граф В. Б. Фредерикс (в центре) и великий князь Николай Николаевич (справа) в Ставке. Сентябрь 1914
Николай II, министр двора и уделов граф В. Б. Фредерикс (в центре) и великий князь Николай Николаевич (справа) в Ставке. Сентябрь 1914

Указами от 24 июля (6 августа1914 года прерывались с 26 июля заседания Государственного совета и Думы[114]. 26 июля (8 августа1914 вышел манифест о войне с Австрией. В тот же день состоялся высочайший приём членов Государственного совета и Думы: император прибыл к Зимнему дворцу на яхте вместе с Николаем Николаевичем и, войдя в Николаевский зал, обратился к собравшимся со следующими словами[115]:

«Германия, а затем Австрия объявили войну России. Тот огромный подъём патриотических чувств любви к Родине и преданности престолу, который как ураган пронёсся по всей земле нашей, служит в моих глазах и, думаю, в ваших, ручательством в том, что наша великая матушка-Россия доведёт ниспосланную Господом Богом войну до желанного конца. <…> Уверен, что вы все и каждый на своём месте поможете мне перенести ниспосланное мне испытание и что все, начиная с меня, исполнят свой долг до конца. Велик Бог Земли Русской!»

В заключение своей ответной речи председатель Думы камергер М. В. Родзянко сказал:

«Без различия мнений, взглядов и убеждений Государственная Дума от лица Русской Земли спокойно и твёрдо говорит своему царю: „Дерзайте, государь, русский народ с вами и, твёрдо уповая на милость Божию, не остановится ни перед какими жертвами, пока враг не будет сломан и достоинство Родины не будет ограждено“»[116].

5 (18) августа началась Галицийская битва — огромное по масштабу задействованных сил сражение между русскими войсками Юго-Западного фронта под командованием генерала Иванова и четырьмя австро-венгерскими армиями под командованием эрцгерцога Фридриха. Русская армия в ходе наступления захватила огромную, стратегически важную территорию — Восточную Галицию и часть Буковины. К 13 (26) сентября фронт стабилизировался на расстоянии 120—150 км западнее Львова. Сильная австрийская крепость Перемышль оказалась в осаде в тылу у русской армии. Захват Галиции воспринимался в России как возвращение отторгнутой части исторической Руси.

В то же время русская армия потерпела тяжёлое поражение в Восточной Пруссии. 2-я армия генерала Самсонова потеряла два корпуса из шести, входивших в её состав, — они были окружены и взяты в плен. Командующий фронтом генерал Жилинский был снят с должности. Действия командовавшего 1-й армией генерала Ренненкампфа были сочтены неудачными, что стало первым эпизодом характерного в дальнейшем недоверия к военачальникам с немецкими фамилиями.

Манифестом от 20 октября (2 ноября1914 года Россия объявила войну Османской империи[117]:

«В безуспешной доселе борьбе с Россией, стремясь всеми способами умножить свои силы, Германия и Австро-Венгрия прибегли к помощи оттоманского правительства и вовлекли в войну с нами ослеплённую ими Турцию. Предводимый германцами турецкий флот осмелился вероломно напасть на наше Черноморское побережье. Немедленно после сего повелели мы Российскому послу в Цареграде, со всеми чинами посольскими и консульскими, оставить пределы Турции. <…> Вместе со всем народом русским мы непреклонно верим, что нынешнее безрассудное вмешательство Турции в военные действия только ускорит роковой для неё ход событий и откроет России путь к разрешению завещанных ей предками исторических задач на берегах Чёрного моря».

Правительственный орган печати сообщал, что 21 октября, «день восшествия на престол государя императора принял в Тифлисе, в связи с войною с Турциею, характер народного праздника»[118]; в тот же день наместником была принята депутация 100 виднейших армян во главе с епископом: депутация «просила графа повергнуть к стопам монарха Великой России <…> чувства беспредельной преданности и горячей любви верноподданного армянского народа»[118]; затем представилась депутация мусульман-суннитов и шиитов.

В период командования Николая Николаевича царь несколько раз ездил в Ставку для совещаний с командованием (21—23 сентября, 22—24 октября, 18—20 ноября); в ноябре 1914 года также ездил на юг России и Кавказский фронт.

Германское командование поменяло стратегию на 1915 год, решив перенести главный удар с Западного фронта на Восточный, чтоб нанести России военное поражение и принудить её к сепаратному миру. Командование германской армии намеревалось нанесением последовательных мощных фланговых ударов из Восточной Пруссии и Галиции прорвать оборону Русской армии, окружить и разгромить в Варшавском выступе её основные силы. В результате этого положение на фронтах резко ухудшилось (см. Великое отступление 1915 года).

К концу марта русскими войсками была потеряна большая часть Буковины с Черновцами. 22 марта пала осаждённая австрийская крепость Перемышль, сдалось более 120 тыс. человек, однако взятие Перемышля стало последним крупным успехом русской армии в 1915 году. Уже в начале июня Перемышль был сдан. В конце июня был оставлен Львов. Все военные приобретения были утрачены, начались потери собственной территории Российской империи. В обществе заговорили о неспособности правительства справиться с положением.

Как со стороны общественных организаций, Государственной думы, так и со стороны других группировок, даже многих великих князей заговорили о создании «министерства общественного доверия».

В начале 1915 года войска на фронте стали испытывать большую нужду в оружии и боеприпасах. Стала ясной необходимость полной перестройки экономики в соответствии с требованиями войны. 17 (30) августа 1915 Николай II утвердил документы об образовании четырёх Особых совещаний: по обороне, топливу, продовольствию и перевозкам. Эти совещания, состоявшие из представителей правительства, частных промышленников, членов Госдумы и Госсовета и возглавлявшиеся соответствующими министрами, должны были объединить усилия правительства, частной промышленности и общественности в мобилизации промышленности под военные нужды. Главнейшим из них было Особое совещание по обороне.

Наряду с созданием особых совещаний, в 1915 стали возникать Военно-промышленные комитеты — общественные организации буржуазии, носившие полуоппозиционный характер.

Император Николай II и командующие фронтами на заседании Ставки
Император Николай II и командующие фронтами на заседании Ставки

Принятие Николаем II на себя Верховного главнокомандования Русской армией

Переоценка великим князем Николаем Николаевичем своих способностей привела к ряду крупных военных ошибок, а попытки отвести от себя соответствующие обвинения повлекли раздувание германофобии и шпиономании. Одним из наиболее значимых эпизодов стало завершившееся казнью дело подполковника Мясоедова, ведению которого Николай Николаевич не препятствовал[119]. Это дело повлекло усиление подозрительности общества и сыграло свою роль, в том числе, в немецком погроме в Москве в мае 1915 года[120]. Военный историк Антон Керсновский констатирует, что к лету 1915 года «на Россию надвинулась военная катастрофа» и именно эта угроза стала главной причиной Высочайшего решения об устранении великого князя с поста Главковерха[121].

Приехавший 5 (18) мая 1915 года в Ставку Николай II отложил свой отъезд домой[122][123]:

Мог ли я уехать отсюда при таких тяжёлых обстоятельствах. Это было бы понято так, что я избегаю оставаться с армией в серьёзные моменты. Бедный Н., рассказывая мне всё это, плакал в моём кабинете и даже спросил меня, не думаю ли я заменить его более способным человеком. Он нисколько не был возбуждён, я чувствовал, что он говорит именно то, что думает. Он всё принимался меня благодарить за то, что я остался здесь, потому что моё присутствие успокаивало его лично.

Неудачи на фронте продолжались: 22 июля была сдана Варшава, затем Ковно, взорваны укрепления Бреста, немцы приближались к Западной Двине, была начата эвакуация Риги. В таких условиях Николай II решил отстранить не справлявшегося великого князя и сам встать во главе армии. По оценке Керсновского, такое решение императора было единственным выходом[121]:

Это было единственным выходом из создавшейся критической обстановки. Каждый час промедления грозил гибелью. Верховный главнокомандующий и его сотрудники не справлялись больше с положением — их надлежало срочно заменить. А за отсутствием в России полководца заменить Верховного мог только Государь.

23 августа (5 сентября1915 года Николай II принял на себя звание Верховного главнокомандующего, сменив Николая Николаевича, который был назначен командующим Кавказским фронтом. Начальником штаба ставки Верховного главнокомандующего был назначен генерал Алексеев. Решение Николая вызвало неоднозначную реакцию, учитывая что против этого шага выступали все министры, а безоговорочно поддержала его лишь Александра Фёдоровна[124]. Министр Александр Кривошеин говорил:

Россия переживала и более тяжёлые времена, но никогда не было времени, когда бы всё возможное было бы сделано для усложнения уже невозможной ситуации… Мы сидим на бочке с порохом. Нужна единственная искра, чтобы всё взлетело в воздух… Принятие императором командования армией — это не искра, а целая свеча, брошенная в пушечный арсенал.

Решение Николая II принять на себя звание Верховного главнокомандующего на фоне постоянных военных поражений стало для самодержавия самоубийственным шагом. Изолированный в своём поезде в Ставке, Николай II с осени 1915 года в действительности уже не принимал непосредственного участия в управлении страной, зато резко возросла роль его непопулярной жены, императрицы Александры Фёдоровны[125].

Солдаты Русской армии встретили решение Николая о занятии им поста Верховного главнокомандующего без энтузиазма[126]. Генералитет и офицерство, по мнению генерала Деникина, понимали, что личная роль царя будет чисто внешней, переживали главным образом о личности начальника штаба Верховного и были успокоены, узнав о назначении Алексеева[127]. В то же время германское командование было удовлетворено уходом князя Николая Николаевича с поста Верховного главнокомандующего — оно считало его жёстким и умелым противником. Ряд его стратегических идей были оценены Эрихом Людендорфом как в высшей степени смелые и блестящие[124].

Через четыре дня после вступления Николая в должность Верховного главнокомандующего начался Свенцянский прорыв, и на следующий день, 28 августа (10 сентября1915 года, русская оборона была взломана. Царь пытался участвовать в руководстве операциями: «Государь полагает, что необходимо осадить фронт 5-го и 2-го корпусов, хотя бы на линию Солы, Ошмяны», — передавал Алексеев. Командующий Западным фронтом Алексей Эверт отвечал: «Отвод правого фланга 10-й армии на линию Солы, Ошмяны с оставлением всех армий фронта на занимаемой линии я полагал бы нежелательным. Нам необходимо не уклонять правый фланг, а по возможности его выдвигать». Алексеев отвечал: «Завтра доложу Вашу телеграмму государю; полагаю, он согласится с Вашими соображениями». После этого обмена сообщениями был принят план Эверта[128]. В итоге русские войска были вынуждены оставить Вильно и отступить по всей линии Западного фронта, однако, благодаря своевременным решениям командования, 10-я армия смогла избежать окружения, а передовые части немцев, прорвавшиеся на стыке двух фронтов, были контратакованы и оттеснены назад. Последующие попытки Ставки организовать наступление в этом районе окончились неудачей. К зиме обе стороны, до крайности истощённые, перешли к позиционной войне, и общая линия фронта оставалась малоподвижна до 1917 года, за редкими исключениями (см., например, Брусиловский прорыв). Осенний призыв 1916 года поставил под ружьё 13 миллионов человек, а потери в войне перевалили за 2 миллиона.

Михаил Лемке, руководитель пресс-бюро Ставки, свидетельствовал об удивительно безучастном отношении царя к человеческим потерям. В 1916 году его реакцией на сообщение о громадных потерях (до 50 %) в 5-м армейском корпусе было: «…такие ли ещё погибали, обойдёмся с другими, ещё хватит»[129][130].

Император Николай II с визитом в Бендерах посещает лазарет
Император Николай II с визитом в Бендерах посещает лазарет

Потери

По данным западных источников, к моменту выхода из войны общие потери Русской императорской армии составили 1,7 миллиона убитыми и умершими от ран; 4,95 миллиона ранеными и 2,5 миллиона военнопленными.[131]

Падение монархии

Нарастание революционных настроений

Основная статья: Февральская революция

Война, в ходе которой происходила широкая мобилизация трудоспособного мужского населения, лошадей и массовая реквизиция скота и сельскохозяйственных продуктов, пагубно сказывалась на экономике, особенно на селе. В среде политизированного петроградского общества власть оказалась дискредитирована скандалами (в частности, связанными с влиянием Григория Распутина и его ставленников — «тёмных сил») и подозрениями в измене; декларативная приверженность Николая идее «самодержавной» власти вступала в острое противоречие с либеральными и левыми устремлениями значительной части думцев и общества.

О настроениях в армии свидетельствовал после революции генерал А. И. Деникин[132]:

«Что касается отношения к трону, то, как явление общее, в офицерском корпусе было стремление выделить особу государя от той придворной грязи, которая его окружала, от политических ошибок и преступлений царского правительства, которое явно и неуклонно вело к разрушению страну и к поражению армию. Государю прощали, его старались оправдать… К 1917 году и это отношение в известной части офицерства поколебалось, вызвав то явление, которое князь Волконский называл „революцией справа“, но уже на почве чисто политической».

Современный российский историк А. Б. Зубов отмечает[133]:

«Силы, оппозиционные Николаю II, готовили государственный переворот, начиная с 1915 года. Это были и лидеры различных политических партий, представленных в Думе, и крупные военные, и верхушка буржуазии, и даже некоторые члены Императорской Фамилии. Предполагалось, что после отречения Николая II на престол взойдет его несовершеннолетний сын Алексей, а регентом станет младший брат царя — Михаил. В ходе Февральской революции этот замысел начал осуществляться».

19 января (1 февраля1917 года в Петрограде открылась встреча высокопоставленных представителей союзных держав, вошедшая в историю как Петроградская конференция: от союзников России на ней присутствовали делегаты Великобритании, Франции и Италии, которые также посетили Москву и фронт, имели встречи с политиками разных политических ориентаций, с руководителями фракций Думы; последние единодушно говорили главе британской делегации о неминуемой революции — либо снизу, либо сверху (в форме дворцового переворота)[134].

К началу Февральской революции действовавшая на тот момент Госдума IV созыва фактически превратилась в основной центр оппозиции царскому правительству. Умеренное либеральное большинство Думы ещё в 1915 году объединилось в Прогрессивный блок, открыто противостоявший царю; ядром парламентской коалиции стали партии кадетов (лидер П. Н. Милюков) и октябристов. Основным требованием Думы стало введение в России ответственного министерства, то есть правительства, назначаемого Думой и ответственного перед Думой. На практике это означало трансформацию государственного строя из самодержавного в конституционную монархию по образцу Великобритании.

В течение всего 1916 года распад власти продолжался. Государственная дума — единственный выборный орган — собиралась на заседания всего на несколько недель в году, министры сменялись беспрестанно, при этом на смену одним, малокомпетентным и непопулярным, приходили другие, ничуть не лучше[125]. За 1916 год Николай II сменил четырёх председателей Совета министров (Ивана Горемыкина, Бориса Штюрмера, Александра Трепова и князя Николая Голицына), четырёх министров внутренних дел (Алексея Хвостова, Штюрмера, ещё раз Хвостова и Александра Протопопова), трёх министров иностранных дел (Сергея Сазонова, Штюрмера и Николая Покровского), двух военных министров (Алексея Поливанова, Дмитрия Шуваева) и трёх министров юстиции (Хвостова, Александра Макарова и Добровольского).

Революция

Февральская революция 1917 года началась как стихийный порыв народных масс, однако её успеху способствовал и острый политический кризис в верхах, резкое недовольство либерально-буржуазных кругов единоличной политикой царя. Хлебные бунты, антивоенные митинги, демонстрации, стачки на промышленных предприятиях города наложились на недовольство и брожение среди многотысячного столичного гарнизона, присоединившегося к вышедшим на улицы революционным массам. 27 февраля (12 марта1917 всеобщая забастовка переросла в вооружённое восстание; войска, перешедшие на сторону восставших, заняли важнейшие пункты города, правительственные здания. В сложившейся обстановке царское правительство проявило неспособность к быстрым и решительным действиям. Разрозненные и немногочисленные силы, сохранявшие ему верность, оказались не в состоянии самостоятельно справиться с анархией, охватившей столицу, а несколько частей, снятых с фронта для подавления восстания, не смогли пробиться к городу.

Сам Николай II в это время находился в Могилёве в Ставке Верховного главнокомандующего, куда он уехал 22 февраля (7 марта1917, получив перед отъездом заверения министра внутренних дел А. Д. Протопопова в том, что ситуация в столице полностью под его контролем. О начале революции он узнал вечером 25 февраля (10 марта1917.

Вечером 26 февраля (11 марта1917, после произошедших в Петрограде массовых расстрелов участников демонстраций, председатель Совета министров князь Н. Д. Голицын решил объявить перерыв в работе Государственной думы и Государственного совета до апреля, доложив об этом Николаю II. Депутаты (за исключением правых партий) решили, однако, формально подчинившись указу о роспуске, собраться 27 февраля (12 марта1917 под видом «частного совещания». Был сформирован орган власти — Временный комитет Государственной думы («Комитет членов Государственной думы для водворения порядка в столице и для сношения с лицами и учреждениями»), председателем которого стал октябрист Михаил Родзянко[135]. Практически одновременно образовался второй центр власти — Исполком Петроградского совета рабочих депутатов, руководство в котором осуществляли эсеры и меньшевики.

Отречение

Основная статья: Отречение Николая II
Отречение от престола императора Николая II. 2 марта 1917 Машинопись. 35 × 22. В правом нижнем углу карандашом подпись Николая II: Николай; в левом нижнем углу чёрными чернилами поверх карандаша заверительная надпись рукой Владимира Фредерикса: министр императорского двора генерал-адъютант граф Фредерикс
Отречение от престола императора Николая II. 2 марта 1917 Машинопись. 35 × 22. В правом нижнем углу карандашом подпись Николая II: Николай; в левом нижнем углу чёрными чернилами поверх карандаша заверительная надпись рукой Владимира Фредерикса: министр императорского двора генерал-адъютант граф Фредерикс
Манифест об отречении. Цена 6 коп.
Манифест об отречении. Цена 6 коп.
Псков. Памятная доска на здании вокзала
Псков. Памятная доска на здании вокзала

27 февраля (12 марта1917 в Ставку пришла телеграмма военного министра Беляева, заявлявшего о практически поголовном переходе Петроградского гарнизона на сторону революции и требовавшего присылки лояльных царю войск. Восстание столичного гарнизона сильно осложнило положение царя, однако в распоряжении Николая II как Верховного главнокомандующего всё ещё находилась многомиллионная армия на фронте. Генерал Алексеев, доложив Николаю II о развитии ситуации в Петрограде, предложил для восстановления спокойствия в столице направить туда сводный отряд во главе с начальником, наделённым чрезвычайными полномочиями. Николай II приказал генерал-адъютанту Иванову взять под охрану царскую семью и навести порядок в Петрограде.

Тем временем в Петрограде правительство фактически прекратило своё существование. Временный комитет Государственной думы самочинно объявил, что берёт власть в свои руки ввиду прекращения правительством князя Голицына своей деятельности.

Утром 28 февраля (13 марта1917 императорские поезда покинули Могилёв, которым предстояло преодолеть около 950 вёрст по маршруту Могилёв — Орша — Вязьма — Лихославль — Тосно — Гатчина — Царское Село. К утру 1 марта литерные поезда смогли добраться через Бологое лишь до Малой Вишеры, где они были вынуждены развернуться и отправиться обратно на Бологое, откуда лишь к вечеру 1 марта прибыли в Псков, где находился штаб Северного фронта. За это время беспорядки в Петрограде фактически закончились победой восставших, подавивших оба центра прежней власти — Совет министров и штаб Петроградского военного округа. В ночь на 28 февраля (13 марта1917 был захвачен Мариинский дворец, в котором ранее заседало правительство, а к полудню остатки войск, сохранявшие верность правительству, были распущены из здания Адмиралтейства по казармам.

В сложившейся ситуации на первое место вышло настроение царского генералитета, его готовность организовать подавление революции. Ключевыми фигурами стали командующие фронтами и флотами и в первую очередь — начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Алексеев. Именно Алексеев отказался от намерения установить контроль над министерством путей сообщения, а после этого циркулярной телеграммой остановил все боеспособные части, направлявшиеся к Петрограду, сообщив им, что беспорядки в Петрограде пошли на убыль и надобность в подавлении мятежа отпала. Генерал Иванов получил приказ Алексеева уже в Царском Селе.

Вечером 1 (14) марта 1917 царский поезд прибыл в Псков, где находился штаб армий Северного фронта, которым командовал генерал Рузский. Генерал Рузский по своим политическим убеждениям считал самодержавную монархию анахронизмом и недолюбливал Николая II лично.

К этому времени поступили сообщения о дальнейшем ухудшении обстановки — начале беспорядков в Москве и Кронштадте, убийстве военного губернатора Кронштадта вице-адмирала Р. Н. Вирена. Генерал Алексеев, на которого в отсутствие царя в Ставке легли обязанности Верховного главнокомандующего, направил Николаю II телеграмму, в которой предупредил его об опасности того, что беспорядки могут перекинуться и на армию, что может привести к «позорному окончанию войны со всеми тяжёлыми для России последствиями». Генерал призвал царя немедленно «принять меры к успокоению населения и восстановить нормальную жизнь в стране», предупредив, что «подавление беспорядков силою, при нынешних условиях, опасно и приведёт Россию и армию к гибели»:

«Пока Государственная дума старается водворить возможный порядок, но если от Вашего Императорского Величества не последует акта, способствующего общему успокоению, власть завтра же перейдёт в руки крайних элементов и Россия переживёт все ужасы революции. Умоляю Ваше Величество, ради спасения России и династии, поставить во главе правительства лицо, которому бы верила Россия и поручить ему образовать кабинет.
В настоящее время это единственное спасение. Медлить невозможно и необходимо это провести безотлагательно.
Докладывающие Вашему Величеству противное, бессознательно и преступно ведут Россию к гибели и позору и создают опасность для династии Вашего Императорского Величества»[136].

После получения этой телеграммы Николай II принял генерала Рузского, который также стал убеждать его в необходимости учреждения правительства, ответственного перед Думой. Переговоры затянулись до поздней ночи. Переломным моментом, несомненно, стало получение в 22:20 проекта предполагаемого манифеста об учреждении ответственного правительства, который был подготовлен в Ставке и направлен в Псков за подписью генерала Алексеева[137][138][уточните ссылку (уже 724 дня)]. В час ночи 2 (15) марта 1917 Николай II передал генералу Иванову указание не предпринимать никаких действий и поручил Рузскому сообщить Алексееву и Родзянко, что он согласен на формирование ответственного правительства[136]. Тогда же генерал Рузский приказал остановить продвижение выделенных им войск к Петрограду и возвратить их на фронт и телеграфировал в Ставку об отозвании войск, посланных с Западного фронта. Вооружённое подавление мятежа в столице не состоялось.

Позднее Николай II в общении с близкими жаловался на грубость и давление со стороны генерала Рузского, благодаря которым тот принудил его изменить своим нравственным и религиозным убеждениям и согласиться на уступки, которых он не собирался делать. Для Николая II и для его супруги просто отречение представлялось нравственно гораздо более приемлемым, чем добровольный отказ от взятой на себя ответственности за Россию и создание «правительства, ответственного перед Думой»[139].

Связавшись с Родзянко рано утром 2 (15) марта 1917, Рузский сообщил, что в результате длительных переговоров Николай II в конце концов согласился поручить ему формирование правительства, ответственного «перед законодательными палатами», и предложил передать ему текст соответствующего царского манифеста. Родзянко, однако, заявил, что ситуация в столице настолько радикально изменилась, что требование ответственного министерства себя уже изжило и на повестку дня выходит «требование отречения в пользу сына, при регентстве Михаила Александровича».

Генерал Алексеев, получив в ставке телеграмму с изложением этого разговора, по собственной инициативе отправил его краткое изложение всем главнокомандующим фронтами, кроме Северного, попросив их срочно подготовить и направить в Ставку своё мнение:

Обстановка, по-видимому, не допускает иного решения… Необходимо спасти действующую армию от развала, продолжать до конца борьбу с внешним врагом, спасти независимость России и судьбу династии. Это нужно поставить на первый план хотя бы ценою дорогих уступок. Повторяю, что потеря каждой минуты может стать роковой для существования России и что между высшими начальниками действующей армии нужно установить единство мыслей и спасти армию от колебаний и возможных случаев измены долгу. Армия должна всеми силами бороться со внешним врагом, а решения относительно внутренних дел должны избавить её от искушения принять участие в перевороте, который безболезненно совершится при решении сверху. Если вы разделяете этот взгляд, то не благоволите ли телеграфировать спешно свою верноподданническую просьбу Его Величеству через Главкосева. Между высшими начальниками действующей армии нужно установить единство мыслей и целей и спасти армии от колебаний и возможных случаев измены долгу. 2 марта 1917 г.

2 марта в 14:00 — 14:30 начали поступать ответы от командующих фронтами. Великий князь Николай Николаевич заявил, что «как верноподданный считаю по долгу присяги и по духу присяги коленопреклонённо молить государя отречься от короны, чтобы спасти Россию и династию»; за отречение высказались также генералы Эверт (Западный фронт), Брусилов (Юго-Западный фронт), Сахаров (Румынский фронт), командующий Балтийским флотом адмирал Непенин (по собственной инициативе, вечером 2 марта).

Фотография Николая Романова, сделанная после его отречения в 1917 году в Царском Селе[прим 13]
Фотография Николая Романова, сделанная после его отречения в 1917 году в Царском Селе[прим 13]

После некоторого раздумья Николай II объявил о своём отречении в пользу наследника-цесаревича, при котором великий князь Михаил Александрович назначался регентом. Для царской свиты, следовавшей с императором в поезде, отречение стало большой неожиданностью. Николай показал коменданту Воейкову В. Н. стопку телеграмм командующих фронтами и сказал: «А что мне осталось делать — меня все предали, даже Николаша» (великий князь Николай Николаевич).

Во второй половине дня Рузскому сообщили, что в Псков выезжают представители Государственной думы А. И. Гучков и В. В. Шульгин. Они прибыли поздно вечером, и это дало членам свиты возможность обсудить с Николаем сложившееся положение. Узнав, что после его отречения в пользу сына наследнику, скорее всего, придётся жить в семье регента, Николай пришёл к новому решению — отречься сразу и за своего сына, с тем, чтобы оставить его с собой. Об этом своём решении он заявил во время переговоров с думскими посланниками.

Гучков сказал, что они должны уважать отцовские чувства царя и принять его решение. Представители Думы предложили проект акта об отречении, который они привезли с собой. Император, однако, сказал, что у него есть его собственная редакция, и показал текст, который по его указанию был составлен в Ставке. Он уже внёс в него изменения относительно преемника; фраза о присяге нового императора была тут же согласована и тоже внесена в текст[139].

2 (15) марта 1917 в 23 часа 40 минут Николай передал Гучкову и Шульгину манифест об отречении, который, в частности, гласил: «Заповедуем брату нашему править делами государства в полном и нерушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях, на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу»[137][138].

Кроме Акта об отречении Николай II подписал ряд других документов: указ Правительствующему сенату об увольнении в отставку прежнего состава Совета министров и о назначении князя Г. Е. Львова председателем Совета министров, приказ по Армии и Флоту о назначении великого князя Николая Николаевича Верховным главнокомандующим. Официально указывалось, что отречение имело место в 15:05, то есть именно в тот момент, когда фактически принято было решение о нём, — чтобы не создалось впечатление, что отречение произошло под давлением делегатов Думы; время указов о назначении было проставлено как 14:00, чтобы они имели законную силу как сделанные законным императором до момента отречения и для соблюдения принципа преемственности власти[140].

В 6 часов утра 3 (16) марта 1917 Временный комитет Государственной думы связался с великим князем Михаилом Александровичем, сообщив ему об отречении уже бывшего императора в его пользу.

Во время встречи утром 3 (16) марта 1917 с великим князем Михаилом Родзянко заявил, что в случае принятия им престола немедленно разразится новое восстание, и следует передать рассмотрение вопроса о монархии Учредительному собранию. Его поддержал Александр Керенский. Выслушав представителей Думы, великий князь потребовал разговора с Родзянко наедине и спросил, может ли Дума гарантировать его личную безопасность. Выслушав, что не может, великий князь Михаил подписал манифест об отказе от престола[137][138].

Согласно мемуарам генерала А. И. Деникина[141], Алексеев доверительно сообщил ему, что, прибыв в Ставку, император сказал ему, что переменил своё прежнее решение и просит известить Временное правительство, что он теперь хочет отречься в пользу сына. Николай II якобы дал Алексееву соответствующую телеграмму, адресованную Временному правительству. Телеграмма, однако, так и не была отправлена Алексеевым[139]. Алексеев, не выполнив просьбу императора и намеренно её скрыв, объяснял это впоследствии тем, что было уже слишком поздно что-то менять, так как уже были опубликованы два манифеста об отречении — Николая II и Михаила Александровича (историк В. М. Хрусталёв назвал эти объяснения «неубедительными», поскольку документы об обоих отречениях — Николая и Михаила — были опубликованы только на следующий день, 4 марта). По словам Деникина, этот документ хранился у Алексеева до конца мая 1918 года, когда он, передавая верховное командование Добровольческой армией, передал Деникину и упомянутую телеграмму. С. Мельгунов, однако, подвергал сомнению версию Деникина о некой новой телеграмме. Он указывал на то, что телеграмма с извещением об отречении в пользу сына была составлена Николаем II сразу после полудня 2 марта в Пскове, но не была отправлена и впоследствии действительно была обнаружена советскими историками в архивах Ставки. Когда к вечеру того же дня в Псков прибыли думские депутаты Гучков и Шульгин, Николай II к этому времени уже переменил решение и объявил об отречении в пользу брата. Мельгунов считает, таким образом, что телеграмма, о которой Алексеев говорил Деникину, была именно та, которую император составил 2 марта[139].

8 (21) марта 1917 исполком Петросовета, когда стало известно о планах царя отъехать в Англию, постановил арестовать царя и его семью, конфисковать имущество и лишить гражданских прав. В Царское Село прибыл новый командующий Петроградским округом генерал Л. Г. Корнилов, арестовавший императрицу и расставивший караулы, в том числе для защиты царя от взбунтовавшегося царскосельского гарнизона[137][138].

8 (21) марта 1917 перед отъездом Николай II попытался в последний раз обратиться к войскам, это обращение более известно как «Последний приказ». Генерал Алексеев передал этот приказ в Петроград с некоторыми правками (см. ниже), однако Временное правительство под давлением Петросовета отказалось публиковать его[142].

«В последний раз обращаюсь к Вам, горячо любимые мною войска. После отречения моего за себя и за сына моего от престола Российского, власть передана Временному правительству, по почину Государственной Думы возникшему. Да поможет ему Бог вести Россию по пути славы и благоденствия. Да поможет Бог и Вам, доблестные войска, отстоять Россию от злого врага. В продолжении двух с половиной лет Вы несли ежечасно тяжёлую боевую службу, много пролито крови, много сделано усилий, и уже близок час, когда Россия, связанная со своими доблестными союзниками одним общим стремлением к победе, сломит последнее усилие противника. Эта небывалая война должна быть доведена до полной победы.

Кто думает о мире, кто желает его — тот изменник Отечества, его предатель. Знаю, что каждый честный воин так мыслит. Исполняйте же Ваш долг, защищайте доблестную нашу Великую Родину, повинуйтесь Временному правительству, слушайте Ваших начальников, помните, что всякое ослабление порядка службы только на руку врагу.

Твёрдо верю, что не угасла в Ваших сердцах беспредельная любовь к нашей Великой Родине. Да благословит Вас Господь Бог и да ведёт Вас к победе Святой Великомученик и Победоносец Георгий.

8-го марта 1917 г.

Ставка. НИКОЛАЙ.»

В Гос. архиве РФ имеется несколько другой документ: письмо генерал-квартирмейстера при Верховном главнокомандующем генерал-лейтенанта А. С. Лукомского дежурному генералу при Верховном главнокомандующем с приложением обращения, написанного Николаем II к войскам:

Генерал-квартирмейстеру при Верховном Главнокомандующем 10 марта 1917 года. № 2129. Ставка.

Дежурному генералу при Верховном Главнокомандующем.

По приказанию Начальника Штаба Верховного Главнокомандующего препровождаю при сем собственноручную записку отрекшегося от Престола Императора Николая II Александровича, каковую записку Начальник Штаба приказал подшить к делу Штаба Верховного Главнокомандующего для хранения, как исторический документ.

Приложение: записка.

Генерал-лейтенант Лукомский. Генерального штаба подполковник Барановский.

Приложение: В последний раз обращаюсь к вам горячо любимые войска. В продолжении двух с половиной лет несли вы ежечасно тяжёлую боевую службу.

К вам, горячо любимые мною войска, обращаюсь с настоятельным призывом отстоять нашу родную землю от злого противника. Россия связана со своими доблестными союзниками одним общим стремлением к победе. Нынешняя небывалая война должна быть доведена до полного поражения врагов. Кто думает теперь о мире и желает его, тот изменник своего Отечества — предатель его. Знаю, что каждый честный воин так понимает и так мыслит. Исполняйте ваш долг как до сих пор. Защищайте нашу великую Россию изо всех сил. Слушайте ваших начальников. Всякое ослабление порядка службы (дисциплины) только на руку врагу. Твёрдо верю, что не угасла в ваших сердцах беспредельная любовь к Родине. Да благословит вас Господь Бог на дальнейшие подвиги и да ведёт вас от победы к победе Святой Великомученик и Победоносец Георгий.[143]

Перед отъездом Николая из Могилёва представитель Думы в Ставке заявил ему, что он «должен считать себя как бы арестованным».

8 (21) марта 1917 Николай записал в своём дневнике:

«Последний день в Могилёве. В 10 ч. подписал прощальный приказ по армиям. В 10½ ч. пошёл в дом дежурства, где простился с со всеми чинами штаба и управлений. Дома прощался с офицерами и казаками конвоя и Сводного полка — сердце у меня чуть не разорвалось! В 12 час. приехал к мам’а в вагон, позавтракал с ней и её свитой и остался сидеть с ней до 4½ час. Простился с ней, Сандро, Сергеем, Борисом и Алеком. Бедного Нилова не пустили со мною. В 4.45 уехал из Могилёва, трогательная толпа людей провожала. 4 члена Думы сопутствуют в моём поезде! Поехал на Оршу и Витебск. Погода морозная и ветреная. Тяжело, больно и тоскливо».

9 (22) марта 1917 в 11:30 царь прибыл в Царское Село как «полковник Романов».

Ссылка и расстрел

Основная статья: Расстрел царской семьи

С 9 (22) марта 1917 по 1 (14) августа 1917 года Николай II, его жена и дети жили под арестом в Александровском дворце Царского Села.

Николай Романов с дочерьми Ольгой, Анастасией и Татьяной в Тобольске зимой 1917 года[144]
Николай Романов с дочерьми Ольгой, Анастасией и Татьяной в Тобольске зимой 1917 года[144]

В конце марта министр Временного правительства П. Н. Милюков пытался отправить Николая и его семью в Англию, на попечение Георга V[145], на что было получено предварительное согласие британской стороны; но в апреле, вследствие нестабильной внутриполитической ситуации в самой Англии, король предпочёл отказаться от такого плана — согласно некоторым свидетельствам[146], вопреки совету премьер-министра Ллойда Джорджа. Тем не менее, в 2006 году стали известны некоторые документы[147], говорящие о том, что вплоть до мая 1918 года подразделение MI 1 британского военного разведывательного управления осуществляло подготовку к операции по спасению Романовых, которая так и не была доведена до стадии практического осуществления[148].

Ввиду усиления революционного движения и анархии в Петрограде, Временное правительство, опасаясь за жизнь арестантов, решило перевести их вглубь России, в Тобольск; им разрешили взять из дворца необходимую мебель, личные вещи, а также предложить обслуживающему персоналу по желанию добровольно сопровождать их к месту нового размещения и дальнейшей службы. Накануне отъезда приехал глава Временного Правительства А. Ф. Керенский и привёз с собой брата бывшего императора — Михаила Александровича (Михаил Александрович был выслан в Пермь, где в ночь на 13 июня 1918 года был убит местными большевистскими властями).

1 (14) августа 1917 года в 6 часов 10 минут состав с членами императорской семьи и обслуги под вывеской «Японская миссия Красного Креста» отправился из Царского Сёла (с железнодорожной станции Александровская). 4 (17) августа 1917 состав прибыл в Тюмень, далее арестованных на пароходах «Русь», «Кормилец» и «Тюмень» по реке перевезли в Тобольск. Семья Романовых разместилась в специально отремонтированном к их приезду доме губернатора. Семье разрешили ходить через улицу и бульвар на богослужение в церковь Благовещения. Режим охраны здесь был гораздо более лёгкий, чем в Царском Селе. Семья вела спокойную, размеренную жизнь.

Фрагмент большевистского агитационного плаката «Царь, поп и кулак»[прим 14]
Фрагмент большевистского агитационного плаката «Царь, поп и кулак»[прим 14]

В начале апреля 1918 года Президиум Всероссийского Центрального исполнительного комитета (ВЦИК) санкционировал перевод Романовых в Москву с целью проведения суда над ними[149][150]. В конце апреля 1918 года арестанты были перевезены в Екатеринбург, где для размещения Романовых был реквизирован частный дом. Здесь же с ними проживали пять человек обслуживающего персонала: врач Боткин, лакей Трупп, комнатная девушка Демидова, повар Харитонов и поварёнок Седнёв.

Николай II, Александра Фёдоровна, их дети, доктор Боткин и три человека прислуги (кроме поварёнка Седнёва) были убиты с применением холодного и огнестрельного оружия в «Доме особого назначения» — особняке Ипатьева в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 года[151][152][153].

Религиозность и взгляд на свою власть. Церковная политика

Бывший членом Святейшего синода в предреволюционные годы протопресвитер Георгий Шавельский (тесно общался с императором в Ставке во время мировой войны), находясь в эмиграции, свидетельствовал о «смиренной, простой и непосредственной» религиозности царя, о неукоснительном посещении им воскресных и праздничных богослужений, о «щедром излиянии многих благодеяний для Церкви»[154]. О его «искренней набожности, проявляемой при всяком богослужении» писал также оппозиционный политик начала XX века Виктор Обнинский[155]. Генерал Мосолов отмечал: «Царь вдумчиво относился к своему сану помазанника Божия. Надо было видеть, с каким вниманием он рассматривал просьбы о помиловании осуждённых на смертную казнь. <…> Он воспринял от отца, которого почитал и которому старался подражать даже в житейских мелочах, незыблемую веру в судьбоносность своей власти. Его призвание исходило от Бога. Он ответствовал за свои действия только пред совестью и Всевышним. <…> Царь отвечал пред совестью и руководился интуициею, инстинктом, тем непонятным, которое ныне зовут подсознанием <…>. Он склонялся лишь пред стихийным, иррациональным, а иногда и противным разуму, пред невесомым, пред своим, всё возрастающим мистицизмом»[156].

Приём Николаем II депутации после освящения Фёдоровского Государева собора в Царском Селе. Фото 1912 года
Приём Николаем II депутации после освящения Фёдоровского Государева собора в Царском Селе. Фото 1912 года

Бывший товарищем министра внутренних дел Владимир Гурко в своём эмигрантском сочинении 1927 года подчёркивал:

Представление Николая II о пределах власти русского самодержца было во все времена превратное. <…> Видя в себе, прежде всего, помазанника Божьего, он почитал всякое своё решение законным и по существу правильным. «Такова моя воля», — была фраза, неоднократно слетавшая с его уст и долженствовавшая, по его представлению, прекратить всякие возражения против высказанного им предположения. Regis voluntas suprema lex esto[прим 15] — вот та формула, которой он был проникнут насквозь. Это было не убеждение, это была религия. <…> Игнорирование закона, непризнание ни существующих правил, ни укоренившихся обычаев было одной из отличительных черт последнего русского самодержца"[прим 16].

Таким воззрением на характер и природу своей власти, по мнению Гурко, обусловливалась и степень благорасположения императора к своим ближайшими сотрудникам: «Он расходился с министрами не на почве разногласий в понимании порядка управления той или иной отраслью государственного строя, а, лишь оттого, если глава какого-нибудь ведомства проявлял чрезмерное доброжелательство к общественности, а, особенно, если он не хотел и не мог признать царскую власть во всех случаях безграничной. <…> В большинстве случаев разномыслие между Царём и его министрами сводились к тому, что министры отстаивали законность, а Царь настаивал на своём всесилии. В результате сохраняли расположение Государя лишь такие министры, как Н. А. Маклаков или Штюрмер, согласные для сохранения министерских портфелей на нарушение любых законов»[157].

Американский учёный Р. Уортман даёт следующий анализ взглядов Николая II на свою власть[158]:

Первая после коронации Николая II публичная демонстрация патриархальных ритуалов была предпринята им в 1900 году, когда царь готовился к Пасхе, важнейшему празднику православного календаря. В марте 1900 года императорская семья прибыла в Москву для пасхальных торжеств, это было первое за 50 лет «высочайшее» посещение города во время Пасхи. Празднование было широко освещено в прессе. Кроме статей в газетах правительство опубликовало специальный отчёт, который был разослан бесплатно 110 тысяч подписчиков «Сельского вестника», органа Министерства внутренних дел. Параллели с XVII веком были намеренно подчёркнуты.

Кульминацией всех детально продуманных церемоний было шествие в пасхальную ночь в храм Христа Спасителя; император в форме Преображенского полка и императрица в белом русском платье, сопровождаемые высшими сановниками, вышли из Кремлёвского дворца и направились к храму. В высочайшем рескрипте на имя московского генерала-губернатора вел. кн. Сергея Александровича Николай писал, что обрёл единение со своим народом — и что «тихая радость» наполнила его душу. Встреча Пасхи вместе с предстоящими во храме давала ему духовный мандат: «В молитвенном единении с моим народом я почерпаю новые силы на служение России для её блага и славы».

Вдохновлённый этими событиями, Николай все более проникался уверенностью в иерархическом характере своей политической власти. Министр внутренних дел Д. С. Сипягин поддерживал этот «образ» — образ московского царя, получившего божественную санкцию. Он убеждал Николая в том, что Бог, а не народ влияет на ход событий и что царь является избранником божиим. Это поощрило Николая и дальше не обращать внимания на советы со стороны. Сипягин, пытаясь имитировать патриархальные обычаи и обряды Московского царства, носил платье XVII в. и во время визитов к царю старался соблюдать обряды московского двора. Он перестроил обеденный зал в неоклассическом здании своего министерства наподобие Грановитой Палаты в Кремле, сделав на одной из стен роспись, изображающую Михаила Федоровича в 1613 г. Он мечтал принять царя по московскому обряду и с московским гостеприимством и, когда Николай принял его приглашение, распорядился о том, чтобы из Москвы был доставлен «русский обед» из многих блюд и цыганский хор Самым зрелищным развлечением в старом московском стиле был костюмированный бал в феврале 1903 г. Николай рассматривал его не как обычный маскарад, но как первый шаг к восстановлению обрядов и костюмов московского двора. Придворные получили указание явиться на бал в одеждах XVII века. «Очень красиво выглядела зала, наполненная древними русскими людьми»,— записал Николай в своем дневнике. Но придворные рассматривали этот бал только как развлечение.

Начало XX столетия в жизни Российской церкви, светским главою которой он был по законам Российской империи, ознаменовалось движением за реформы в церковном управлении, значительная часть епископата и некоторые миряне выступали за созыв Всероссийского Поместного собора и возможное восстановление патриаршества в России. В церковных и околоцерковных кругах с 1910-х годов бытует легенда, что в марте — мае 1905 года на одной из встреч с синодалами Николай II предложил им восстановить патриаршество и одновременно рассмотреть его кандидатуру в патриархи — для чего он готов был отречься от престола (в пользу цесаревича Алексея, при регентстве брата Михаила) и уйти в монахи. Предложение было для иерархов настолько неожиданным, что они промолчали — фактически отказав царю[159][160][161]. Эти сведения подвергались сомнению как до 1917 года[162], так и в последние годы. Так, в докладе Сергея Фирсова эта история названа «православным апокрифом»[163], но и сегодня есть сторонники истинности такой версии событий[164]; в 1905 году имели место попытки восстановить автокефалию Грузинской церкви (тогда Грузинский экзархат российского Святейшего синода). Николай II соглашался с мыслью о Соборе; но полагал его несвоевременным и в январе 1906 года учредил Предсоборное присутствие, а Высочайшим повелением от 28 февраля (12 марта1912 года — «при Святейшем Синоде постоянное, впредь до созыва собора, предсоборное совещание»[165].

1 (14) марта 1916 года повелел, «дабы на будущее время доклады обер-прокурора Его императорскому величеству по делам, касающимся внутреннего строя церковной жизни и существа церковного управления, совершались в присутствии первенствующего члена Св. Синода, в целях всестороннего канонического их освещения»[166], что приветствовалось в консервативной печати как «великий акт царского доверия»[167].

В его царствование было совершено беспрецедентно (для синодального периода) большое число канонизаций новых святых, причём на канонизации наиболее известного — Серафима Саровского (1903) — он настоял вопреки нежеланию обер-прокурора Синода Константина Победоносцева; были прославлены также Феодосий Черниговский (1896), Исидор Юрьевский (1898), Анна Кашинская (1909)[прим 17], Евфросиния Полоцкая (1910), Ефросин Синозерский (1911), Иосаф Белгородский (1911), патриарх Гермоген (1913), Питирим Тамбовский (1914), Иоанн Тобольский (1916).

По мере нарастания в 1910-х годах вмешательства Григория Распутина (действовавшего через императрицу и лояльных ему иерархов) в синодальные дела[168], росло недовольство всею синодальною системой среди значительной части духовенства, которое, в большинстве, положительно отнеслось к падению монархии в марте 1917 года[169][170].

Образ жизни, привычки, увлечения

Цесаревич Николай Александрович Горный пейзаж. 1886 Бумага, акварель Подпись на рисунке: «Ники. 1886. 22 июля» Рисунок наклеен на паспарту
Цесаревич Николай Александрович Горный пейзаж. 1886 Бумага, акварель Подпись на рисунке: «Ники. 1886. 22 июля» Рисунок наклеен на паспарту

Большую часть времени Николай II жил с семьёй в Александровском дворце (Царское Село) или Петергофе. Летом отдыхал в Крыму в Ливадийском дворце. Для отдыха также ежегодно совершал двухнедельные поездки по Финскому заливу и Балтийскому морю на яхте «Штандарт». Читал как лёгкую развлекательную литературу, так и серьёзные научные труды, часто на исторические темы; русские и зарубежные газеты и журналы. Курил папиросы.

1912 год. На охоте в Спале
1912 год. На охоте в Спале

Увлекался фотографией, любил также смотреть кинофильмы; фотографировали также и все его дети. В 1900-е годы увлёкся новым тогда видом транспорта — автомобилями («у царя образовался один из самых обширных автомобильных парков в Европе»[171].

Официальный правительственный орган печати в 1913 году в очерке о бытовой и семейной стороне жизни императора писал, в частности: «Государь не любит так называемых светских удовольствий. Любимым Его развлечением является наследственная страсть Русских Царей — охота. Устраивается она как в постоянных местах Царского пребывания, так и в особых для того приспособленных местах — в Спале, близ Скерневиц, в Беловежье»[172].

В 9 лет начал вести дневник. В архиве хранятся 50 объёмистых тетрадей — подлинник дневника за 1882—1918 годы; часть их была опубликована[173].

Дневник императора Николая II за 1912—1913 годы
Дневник императора Николая II за 1912—1913 годы

Существует дискуссия о том, что Николай II на охоте и на прогулках занимался отстрелом ворон, бездомных кошек и бродячих собак[174][175].

Состояние

По оценкам, стоимость активов, находившихся в собственности Николая II в пересчёте к началу XXI века составляла около 300 млрд долл. США[176] [177][прим 18].

Семья. Политическое влияние супруги

Первая осознанная встреча цесаревича Николая с будущей супругой состоялась в январе 1889 года (второй приезд принцессы Алисы в Россию), когда и возникло взаимное влечение. В том же году Николай просил у отца разрешения на брак с нею, но получил отказ[178]. В августе 1890 года, во время 3-го визита Алисы, родители Николая не позволили ему встречи с ней; отрицательный результат имело и письмо в том же году великой княгине Елизавете Фёдоровне от английской королевы Виктории, в котором бабка потенциальной невесты зондировала перспективы брачного союза[179]. Тем не менее, ввиду ухудшающегося здоровья Александра III и настойчивости цесаревича, ему было позволено отцом сделать официальное предложение принцессе Алисе и 2 (14) апреля 1894 Николай в сопровождении дядей отправился в Кобург, куда и прибыл 4 апреля. Сюда же приехали королева Виктория и германский император Вильгельм II. 5 апреля цесаревич сделал предложение принцессе Алисе, однако она колебалась из-за вопроса смены вероисповедания. Однако через три дня после семейного совета с родственниками (королева Виктория, сестра Елизавета Фёдоровна) принцесса дала своё согласие на брак и 8 (20) апреля 1894 года в Кобурге на свадьбе герцога Гессенского Эрнста-Людвига (брат Алисы) и принцессы Эдинбургской Виктории-Мелиты (дочь герцога Альфреда и Марии Александровны) состоялась их помолвка, объявленная в России простым газетным извещением[180]. В дневнике Николай назвал этот день «Чудным и незабвенным в моей жизни».

Цесаревич Николай Александрович и принцесса Алиса Гессенская после помолвки (Кобург, апрель 1894)
Цесаревич Николай Александрович и принцесса Алиса Гессенская после помолвки (Кобург, апрель 1894)

14 (26) ноября 1894 года в дворцовой церкви Зимнего дворца состоялось бракосочетание Николая II с великой княжной Александрой Фёдоровной, принявшей это именование после миропомазания (совершено 21 октября (2 ноября1894 года в Ливадии на следующий день после смерти Александра III). Молодожёны первоначально поселились в Аничковом дворце рядом с императрицей Марией Фёдоровной, однако весной 1895 года переехали в Царское Село, а осенью — в Зимний дворец в свои покои.

Царская семья на финском архипелаге, 1909. Царь Николай II, царица Александра Фёдоровна, великая княгиня Ольга Николаевна и великая княгиня Татьяна Николаевна.
Царская семья на финском архипелаге, 1909. Царь Николай II, царица Александра Фёдоровна, великая княгиня Ольга Николаевна и великая княгиня Татьяна Николаевна.

В июле-сентябре 1896 года, после коронации, Николай и Александра Фёдоровна совершили большое европейское турне в качестве царственной четы и посетили с визитами австрийского императора, германского кайзера, датского короля и британскую королеву. Завершилось путешествие визитом в Париж и отдыхом на родине императрицы в Дармштадте.

Царская семья в 1913 году
Царская семья в 1913 году

В последующие годы у царской четы родились четыре дочери — Ольга (3 (15) ноября 1895, Татьяна (29 мая (10 июня1897), Мария (14 (26) июня 1899) и Анастасия (5 (18) июня 1901). Великие княжны для обозначения самих себя в дневниках и переписке использовали аббревиатуру «ОТМА», составленную по первым буквам их имён, следующих в порядке рождения (Ольга — Татьяна — Мария — Анастасия)[181].

30 июля (12 августа1904 года в Петергофе появился пятый ребёнок и единственный сын — цесаревич Алексей Николаевич.

Сохранилась вся переписка Александры Фёдоровны с Николаем II (на английском языке); утеряно лишь одно письмо Александры Фёдоровны, все её письма нумерованы самой императрицей; издана в Берлине в 1922 году[182][183].

Сенатор Вл. И. Гурко относил истоки вмешательства Александры в дела государственного правления к началу 1905 года, когда царь находился в особо сложном политическом положении, — когда он начал передавать на её просмотр издаваемые им государственные акты[179]; Гурко считал: «Если государь, за отсутствием у него необходимой внутренней мощи, не обладал должной для правителя властностью, то императрица, наоборот, была вся соткана из властности, опиравшейся у неё к тому же на присущую ей самонадеянность»[179].

Письмо в.к. Николая Михайловича вдовствующей императрице Марии Фёдоровне 16 декабря 1916 года: Вся Россия знает, что покойный Распутин и А. Ф. одно и то же. Первый убит, теперь должна исчезнуть и другая <…>
Письмо в.к. Николая Михайловича вдовствующей императрице Марии Фёдоровне 16 декабря 1916 года: Вся Россия знает, что покойный Распутин и А. Ф. одно и то же. Первый убит, теперь должна исчезнуть и другая <…>

О роли императрицы в развитии революционной ситуации в России последних лет монархии писал в воспоминаниях генерал А. И. Деникин[184]:

«Всевозможные варианты по поводу распутинского влияния проникали на фронт, и цензура собирала на эту тему громадный материал даже в солдатских письмах из действующей армии. Но наиболее потрясающее впечатление произвело роковое слово:

— Измена.

Оно относилось к императрице. В армии громко, не стесняясь ни местом, ни временем, шли разговоры о настойчивом требовании императрицей сепаратного мира, о предательстве её в отношении фельдмаршала Китченера, о поездке которого она, якобы, сообщила немцам, и т. д. Переживая памятью минувшее, учитывая то впечатление, которое произвёл в армии слух об измене императрицы, я считаю, что это обстоятельство сыграло огромную роль в настроении армии, в отношении её и к династии, и к революции».

Сохранилось письмо Николаю от Александры Фёдоровны, в котором затронута загадка гибели Китченера («Друг» — Распутин)[185]:

«По мнению нашего Друга для нас хорошо, что Китченер погиб, так как позже он мог бы причинить вред России»; «нет беды в том, что вместе с ним погибли его бумаги. Видишь ли, Его всегда страшит Англия, какой она будет по окончании войны, когда начнутся мирные переговоры».

По свидетельству Деникина, генерал Алексеев весною 1917 года на вопрос об измене неохотно ответил[186]:

— При разборе бумаг императрицы нашли у неё карту с подробным обозначением войск всего фронта, которая изготовлялась только в двух экземплярах — для меня и для государя. Это произвело на меня удручающее впечатление. Мало ли кто мог воспользоваться ею…

Сам Деникин, впрочем, считал, что несмотря на «исключительно отрицательное влияние», оказанное императрицей на управление страной, слухи об измене не были подтверждены «ни одним фактом», а впоследствии обвинения были опровергнуты комиссией Муравьёва, с участием представителей от Совета рабочих и солдатских депутатов.

Личностные оценки знавших его современников

Бывший председателем Совета министров граф Сергей Витте в связи с критической ситуацией в преддверии издания манифеста 17 октября 1905 года, когда обсуждалась возможность введения в стране военной диктатуры, писал в записях-воспоминаниях:

Иначе я себе не могу объяснить, почему государь не решился на диктатуру, так как он, как слабый человек, более всего верит в физическую силу (других, конечно), то есть силу, его защищающую и уничтожающую всех его действительных и подозреваемых <…> врагов, причём, конечно, враги существующего неограниченного, самопроизвольного и крепостнического режима, по его убеждению, суть и его враги[187].

Генерал Александр Редигер (как военный министр в 1905—1909 годах дважды в неделю имел личный доклад государю) в воспоминаниях (1917—1918) писал о нём:

До начала доклада государь всегда говорил о чём-либо постороннем; если не было иной темы, то о погоде, о своей прогулке, о пробной порции, которая ему ежедневно подавалась перед докладами, то из Конвоя, то из Сводного полка. Он очень любил эти варки и однажды сказал мне, что только что пробовал перловый суп, какого не может добиться у себя: Кюба (его повар) говорит, что такого навара можно добиться только, готовя на сотню людей <…> О назначении старших начальников государь считал своим долгом знать. У него была удивительная память. Он знал массу лиц, служивших в Гвардии или почему-либо им виденных, помнил боевые подвиги отдельных лиц и войсковых частей, знал части, бунтовавшие и оставшиеся верными во время беспорядков, знал номер и название каждого полка, состав каждой дивизии и корпуса, места расположения многих частей… Он мне говорил, что в редких случаях бессонницы, он начинает перечислять в памяти полки по порядку номеров и обыкновенно засыпает, дойдя до резервных частей, которые знает не так твёрдо. <…> Чтобы знать жизнь в полках, он ежедневно читал приказы по Преображенскому полку и объяснил мне, что читает их ежедневно, так как стоит лишь пропустить несколько дней, как избалуешься и перестанешь их читать. <…> Он любил одеваться легко и говорил мне, что иначе потеет, особенно, когда нервен. Вначале он охотно носил дома белую тужурку морского фасона, а затем, когда стрелкам императорской фамилии вернули старую форму с малиновыми шёлковыми рубашками, он дома почти всегда носил её, притом в летнюю жару — прямо на голом теле. <…> Несмотря на выпадавшие на его долю тяжёлые дни, он никогда не терял самообладания, всегда оставался ровным и приветливым, одинаково усердным работником. Он мне говорил, что он оптимист, и действительно, он даже в трудные минуты сохранял веру в будущее, в мощь и величие России. Всегда доброжелательный и ласковый, он производил чарующее впечатление. Его неспособность отказать кому-либо в просьбе, особенно, если она шла от заслуженного лица и была сколько-нибудь исполнима, подчас мешала делу и ставила в трудное положение министра, которому приходилось быть строгим и обновлять командный состав армии, но вместе с тем увеличивала обаятельность его личности. Царствование его было неудачно и притом — по его собственной вине. Его недостатки на виду у всех, они видны и из настоящих моих воспоминаний. Достоинства же его легко забываются, так как они были видны только лицам, видевшим его вблизи, и я считаю своим долгом их отметить, тем более, что я и до сих пор вспоминаю о нём с самым тёплым чувством и искренним сожалением[188].

Николай читает газету «Санкт-Петербургские ведомости», Царское Село, фото 1902 года
Николай читает газету «Санкт-Петербургские ведомости», Царское Село, фото 1902 года

Тесно общавшийся с царём в последние месяцы перед революцией протопресвитер военного и морского духовенства Георгий Шавельский в исследовании, написанном в эмиграции в 1930-е годы, писал о нём:

Узнавать же подлинную, без прикрас, жизнь царям вообще нелегко, ибо они отгорожены высокой стеной от людей и жизни. А император Николай II искусственной надстройкой ещё выше поднял эту стену. Это было самою характерною особенностью его душевного склада и его царственного действования. Это произошло помимо его воли, благодаря его манере обращения со своими подданными. <…> Однажды он сказал Министру иностранных дел С. Д. Сазонову: «Я стараюсь ни над чем серьёзно не задумываться, — иначе я давно был бы в гробу». <…> Своего собеседника он ставил в строго определённые рамки. Разговор начинался исключительно аполитичный. Государь проявлял большое внимание и интерес к личности собеседника: к этапам его службы, к подвигам и заслугам <…> Но стоило собеседнику выйти из этих рамок — коснуться каких-либо недугов текущей жизни, как государь тотчас менял или прямо прекращал разговор[189].

Сенатор Владимир Гурко писал в эмиграции:

Общественная среда, бывшая по сердцу Николаю II, где он, по собственному признанию, отдыхал душой, была среда гвардейских офицеров, вследствие чего он так охотно принимал приглашения в офицерские собрания наиболее знакомых ему по их личному составу гвардейских полков и, случалось, просиживал на них до утра. <…> Привлекали его офицерские собрания царствовавшей в них непринуждённостью, отсутствием тягостного придворного этикета <…> во многом Государь до пожилого возраста сохранил детские вкусы и наклонности[179].

Фрейлина, баронесса София Буксгевден:

Простой в обращении, без всякой аффектации, Он имел врождённое достоинство, которое никогда не позволяло забывать, кто Он. Вместе с тем Николай II имел слегка сентиментальное, очень совестливое и иногда очень простодушное мировоззрение старинного русского дворянина… Он мистически относился к Своему долгу, но и был снисходителен к человеческим слабостям и обладал врождённой симпатией к простым людям — в особенности к крестьянам. Зато Он никогда не прощал то, что называл «тёмными денежными делами»[190].

Различные мнения о силе воли Николая II и его доступности влияниям окружения

Многие современники отмечали слабость характера Николая II, среди них были, например, С. Ю. Витте[191], А. П. Извольский[192], его жена, Александра Фёдоровна, которая в письмах нередко призывала его быть твёрдым, жёстким, волевым[183]. Наставник цесаревича Алексея Пьер Жильяр, неотлучно находившийся при семье Романовых с конца 1905 по май 1918 года, говорил:

«Задача, которая выпала на его долю, была слишком тяжела, она превышала его силы. Он сам это чувствовал. Это и было причиной его слабости по отношению к государыне. Поэтому он в конце концов стал все более подчиняться её влиянию».

По утверждению С. С. Ольденбурга, в новогоднем номере венской газеты Neue Freie Pressa на 1910 год были помещены воспоминания бывшего президента Французской Республики Эмиля Лубэ, который следующим образом отзывался о Николае II[193]:

«О русском Императоре говорят, что он доступен разным влияниям. Это глубоко неверно. Русский Император сам проводит свои идеи. Он защищает их с постоянством и большой силой… Под личиной робости, немного женственной, Царь имеет сильную душу и мужественное сердце, непоколебимо верное».

Сам С. С. Ольденбург в своей книге, написанной по поручению Высшего монархического совета, писал:

«Государь имел также упорную и неутомимую волю в осуществлении своих планов. Он не забывал их, постоянно к ним возвращался, и зачастую в конце концов добивался своего. Иное мнение было широко распространено потому, что у Государя, поверх железной руки, была бархатная перчатка[194]»… «Мягкость обращения, приветливость, отсутствие или по крайней мере весьма редкое проявление резкости — та оболочка, которая скрывала волю Государя от взора непосвященных — создала ему в широких слоях страны репутацию благожелательного, но слабого правителя, легко поддающегося всевозможным, часто противоречивым, внушениям. … Между тем, такое представление было бесконечно далеко от истины; внешнюю оболочку принимали за сущность. Император Николай II, внимательно выслушивавший самые различные мнения, в конце концов поступал сообразно своему усмотрению, в соответствии с теми выводами, которые сложились в его уме, часто — прямо вразрез с дававшимися ему советами. … Но напрасно искали каких либо тайных вдохновителей решений Государя. Никто не скрывался „за кулисами“. Можно сказать, что Император Николай II сам был главным „закулисным влиянием“ своего царствования[195]».

Предки

Николай II — предки
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
16. Павел I
 
 
 
 
 
 
 
8. Николай I
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
17. Мария Фёдоровна (жена Павла I)
 
 
 
 
 
 
 
4. Александр II
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
18. Фридрих Вильгельм III
 
 
 
 
 
 
 
9. Александра Фёдоровна (жена Николая I)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
19. Луиза (королева Пруссии)
 
 
 
 
 
 
 
2. Александр III
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
20. Людвиг I Гессенский
 
 
 
 
 
 
 
10. Людвиг II (великий герцог Гессенский)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
21. Луиза Гессен-Дармштадтская
 
 
 
 
 
 
 
5. Мария Александровна (императрица)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
22. Карл Людвиг Баденский
 
 
 
 
 
 
 
11. Вильгельмина Баденская
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
23. Амалия Гессен-Дармштадтская
 
 
 
 
 
 
 
1. Николай II
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
24. Фридрих Карл Людвиг, герцог Шлезвиг-Гольштейн-Зондербург-Бекский
 
 
 
 
 
 
 
12. Фридрих Вильгельм, герцог Шлезвиг-Гольштейн-Зондербург-Глюксбургский
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
25. Шлибен, Фридерика фон
 
 
 
 
 
 
 
6. Кристиан IX (король Дании)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
26. Карл Гессен-Кассельский
 
 
 
 
 
 
 
13. Луиза Каролина Гессен-Кассельская
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
27. Луиза Датская
 
 
 
 
 
 
 
3. Мария Фёдоровна (жена Александра III)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
28. Фридрих Гессен-Кассельский
 
 
 
 
 
 
 
14. Вильгельм Гессен-Кассельский
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
29. Каролина Нассау-Узингенская
 
 
 
 
 
 
 
7. Луиза Гессен-Кассельская
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
30. Фредерик, принц Датский и Норвежский
 
 
 
 
 
 
 
15. Луиза Шарлотта Датская
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
31. София Фридерика Мекленбургская
 
 
 
 
 
 

Два прапрадеда Николая II были родными братьями: Фридрих Гессен-Кассельский и Карл Гессен-Кассельский, а две прапрабабушки — двоюродными сёстрами: Амалия Гессен-Дармштадтская и Луиза Гессен-Дармштадтская.

Военные чины и звания

Награды

Иностранные (высшие степени):

После смерти

Памятник Императору Николаю II в Белграде (1935; обновлён в 2009)[198]
Памятник Императору Николаю II в Белграде (1935; обновлён в 2009)[198]

Оценка в русской эмиграции

О неоднозначном отношении эмиграции к императору свидетельствует тот факт, что призыв Карловацкого собора в 1921 году к восстановлению дома Романовых на российском престоле привёл к расколу Русской православной церкви[199].

В предисловии к своим мемуарам генерал А. А. Мосолов, бывший в течение ряда лет в близком окружении императора, писал в начале 1930-х годов: «Государь Николай II, Его семья и Его окружение являлись чуть ли не единственным объектом обвинения для многих кругов, представлявших русское общественное мнение дореволюционной эпохи. После катастрофического развала нашего отечества обвинения сосредоточились почти исключительно на Государе»[200]. Мосолов отводил особую роль в отвращении общества[прим 19] от императорской семьи и от престола вообще — императрице Александре Фёдоровне: «рознь между обществом и двором <…> настолько обострилась, что и общество, вместо того, чтобы, по укоренившимся своим монархическим взглядам, поддерживать трон, от него отвернулось и с настоящим злорадством смотрело на его крушение»[201].

Храм-памятник «во имя праведного Иова Многострадального, в память Царя-Мученика Николая II и всех русских людей, богоборческой властию в смуте убиенных» (1936—1950) в брюссельском районе Уккел. Освящён 1 октября 1950 года первоиерархом РПЦЗ Анастасием (Грибановским)
Храм-памятник «во имя праведного Иова Многострадального, в память Царя-Мученика Николая II и всех русских людей, богоборческой властию в смуте убиенных» (1936—1950) в брюссельском районе Уккел. Освящён 1 октября 1950 года первоиерархом РПЦЗ Анастасием (Грибановским)

С начала 1920-х годов монархически настроенными кругами русской эмиграции издавались сочинения о последнем царе, имевшие апологетический (позднее также и агиографический) характер и пропагандистскую направленность; наиболее известным среди таковых явилось исследование профессора С. С. Ольденбурга, вышедшее в двух томах в Белграде (1939)[≡] и Мюнхене (1949)[202], соответственно. Один из заключительных выводов Ольденбурга гласил[203]: «Самым трудным и самым забытым подвигом Императора Николая II-го было то, что Он, при невероятно тяжёлых условиях, довёл Россию до порога победы: Его противники не дали ей переступить через этот порог».

В подтверждение своих слов Ольденбург приводит мнение Уинстона Черчилля, военного министра Британии в годы Первой мировой войны[204][113]:

«В марте Царь был на престоле; Российская империя и русская армия держались, фронт был обеспечен и победа бесспорна. <…> Согласно поверхностной моде нашего времени, Царский строй принято трактовать как слепую, прогнившую, ни на что не способную тиранию. Но разбор тридцати месяцев войны с Германией и Австрией должен бы исправить эти легковесные представления. Силу Российской империи мы можем измерить по ударам, которые она вытерпела, по бедствиям, которые она пережила, по неисчерпаемым силам, которые она развила, и по восстановлению сил, на которое она оказалась способна. <…> Почему отказывать Николаю II в этом суровом испытании? <…> Почему не воздать ему за это честь? Самоотверженный порыв русских армий, спасший Париж в 1914 году; преодоление мучительного бесснарядного отступления; медленное восстановление сил; брусиловские победы; вступление России в кампанию 1917 года непобедимой, более сильной, чем когда-либо; разве во всем этом не было его доли?»

См. также: Союз ревнителей памяти императора Николая II

Официальная оценка в СССР

Статья о Николае II в Большой советской энциклопедии (1-е издание, 1939) давала следующую характеристику бывшему российскому императору (цитируется с сохранением орфографии источника)[205]: «Николай II был так же ограничен и невежествен, как его отец. <…> Присущие Николаю II черты тупого, недалёкого, мнительного и самолюбивого деспота в период его пребывания на престоле получили особенно яркое выражение. <…> Умственное убожество и моральное разложение придворных кругов достигли крайних пределов. Режим гнил на корню <…> До последней минуты Николай II оставался тем, чем был — тупым самодержцем, неспособным понять ни окружающей обстановки ни даже своей выгоды. <…> Он готовился итти походом на Петроград, чтобы в крови потопить революционное движение и вместе с приближёнными к нему генералами обсуждал план измены»[205].

В. И. Ленин в публичных выступлениях и статьях нигде не давал своей характеристики Николая II как личности, наиболее широко известна его политическая характеристика императора как «первого помещика».

Второй по влиянию вождь Октябрьской революции Л. Д. Троцкий, напротив, в 1913 году написал статью о Николае II[206].

Большинство позднейших (послевоенных) советских историографических публикаций, предназначенных для широкого круга, в описании истории России в период царствования Николая II стремились, насколько возможно, избегать упоминания о нём как о человеке и личности: так, «Пособие по истории СССР для подготовительных отделений вузов» (1979 год)[207] на 82-х страницах текста (без иллюстраций), излагающих социально-экономическое и политическое развитие Российской империи в данный период, упоминает имя императора, стоявшего во главе государства в описываемое время, только однажды[208] — при изложении событий его отречения в пользу брата (о его воцарении не говорится ничего; имя В. И. Ленина на тех же страницах упомянуто 121 раз).

Церковное почитание

Храм на Крови в Екатеринбурге — построен на месте дома инженера Ипатьева, где 17 июля 1918 года был расстрелян Николай II и его семья
Храм на Крови в Екатеринбурге — построен на месте дома инженера Ипатьева, где 17 июля 1918 года был расстрелян Николай II и его семья
Святые Страстотерпцы Романовы.jpg

C 1920-х годов, в русском зарубежье по инициативе Союза ревнителей памяти императора Николая II[209], совершались регулярные заупокойные поминовения императора Николая II трижды в год (в день рождения, день тезоименитства и в годовщину убийства), но его почитание как святого начало распространяться по окончании Второй мировой войны.

19 октября (1 ноября1981 года император Николай и его семья были канонизированы Русской зарубежной церковью (РПЦЗ)[210], тогда не имевшей церковного общения с Московским патриархатом в СССР.

Решение Архиерейского Собора Русской православной церкви от 14 августа 2000 года: «Прославить как страстотерпцев в сонме новомучеников и исповедников Российских царскую семью: императора Николая II, императрицу Александру, царевича Алексия, великих княжен Ольгу, Татиану, Марию и Анастасию» (их память — 4 июля по юлианскому календарю)[211][212].

Акт канонизации был воспринят российским обществом неоднозначно: противники канонизации утверждают, что провозглашение Николая II святым носило политический характер[213]. С другой стороны, в части православного сообщества циркулируют идеи о том, что прославления царя как страстотерпца недостаточно, и он является «царём-искупителем». Идеи осуждены Алексием II как кощунственные, так как «искупительный подвиг один — Господа нашего Иисуса Христа»[214].

В 2003 году в Екатеринбурге, на месте снесённого дома инженера Н. Н. Ипатьева, где был расстрелян Николай II и его семья, был построен Храм на Крови́ во имя Всех святых, в земле Российской просиявших, перед входом в который установлен памятник семье Николая II. А первое открытое моление на месте Ипатьевского дома, в котором приняли участие порядка двух сотен человек, состоялось в День памяти царской семьи — 17 июля 1989 года. Спустя 30 лет, уже десятки тысяч паломников со всей России и других стран прибывают на Божественную литургию под открытым небом у Храма-на-Крови. В числе почётных гостей традиционно — вдова племянника императора Николая Второго, княгиня Ольга Куликовская-Романова. Ночью, 17 июля 2019 года, в Крестном ходе, прошедшем по центральным улицам Екатеринбурга и повторившем двадцатикилометровый маршрут, по которому везли тела членов царской семьи, приняли участие шестьдесят тысяч паломников[215].

Во многих городах началось строительство храмов в честь святых Царственных страстотерпцев.

Реабилитация. Идентификация останков

В декабре 2005 года представитель главы «Российского Императорского Дома»[прим 20] Марии Владимировны Романовой направил в прокуратуру РФ заявление о реабилитации как жертв политических репрессий расстрелянного бывшего императора Николая II и членов его семьи[216]. По заявлению, после ряда отказов в удовлетворении, 1 октября 2008 года Президиум Верховного суда РФ принял решение о реабилитации последнего российского императора Николая II и членов его семьи (несмотря на мнение генпрокуратуры РФ, заявлявшей в суде, что требования о реабилитации не соответствуют положениям законодательства ввиду того, что данные лица не были арестованы по политическим мотивам, а судебного решения о расстреле не принималось)[217][218][219].

30 октября того же 2008 года сообщалось, что Генеральная прокуратура РФ приняла решение о реабилитации 52 человек из окружения императора Николая II и его семьи[220].

Захоронение (1998) предполагаемых останков Николая II, Александры Феодоровны, великих княжон Анастасии, Татианы, Ольги. а также их слуг в Екатерининском приделе Петропавловского собора (юго-западная часть собора)
Захоронение (1998) предполагаемых останков Николая II, Александры Феодоровны, великих княжон Анастасии, Татианы, Ольги. а также их слуг в Екатерининском приделе Петропавловского собора (юго-западная часть собора)

В декабре 2008 года на научно-практической конференции, проведённой по инициативе Следственного комитета при прокуратуре РФ, с участием генетиков из России и США было заявлено[221], что останки, найденные в 1991 году под Екатеринбургом и преданные земле 17 июня 1998 года в Екатерининском приделе Петропавловского собора (Санкт-Петербург)[222], принадлежат Николаю II[223]. У Николая II были определены Y-хромосомная гаплогруппа R1b и митохондриальная гаплогруппа T[224][225].

В январе 2009 года СКП завершил расследование уголовного дела по обстоятельствам гибели и захоронения семьи Николая II; расследование было прекращено «в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности и смертью лиц, совершивших умышленное убийство»[226].

Представитель М. В. Романовой, именующей себя главой Российского императорского дома, в 2009 году заявлял, что «Мария Владимировна всецело разделяет в этом вопросе позицию Русской православной церкви[прим 21], не нашедшей достаточных оснований для признания „екатеринбургских останков“, принадлежащими членам царской семьи»[227]. Другие представители Романовых во главе с Н. Р. Романовым заняли иную позицию: последний, в частности, принял участие в погребении останков в июле 1998 года, сказав: «Мы приехали закрыть эпоху»[228].

23 сентября 2015 года останки Николая II и его супруги были эксгумированы для следственных действий в рамках установления личностей останков их детей — Алексея и Марии[229].

Памятники императору Николаю II

Ещё при жизни последнего императора в его честь было поставлено не менее двенадцати памятников, связанных с посещением им различных городов и военных лагерей. В основном эти памятники представляли собой колонны или обелиски с императорским вензелем и соответствующей надписью. Единственный памятник, представлявший собой бронзовый бюст императора на высоком гранитном постаменте, был установлен в Гельсингфорсе к 300-летнему юбилею Дома Романовых. Ни один из этих памятников не сохранился[230].

Первым памятником Николаю II стал установленный в 1924 году в Германии воевавшими с Россией немцами: офицеры одного из прусских полков, шефом которого был Николай II, «воздвигли ему на чрезвычайно почётном месте достойный памятник»[231][232].

Памятники императору Николаю II установлены в следующих населённых пунктах и местах:

Улицы

Учреждения

В советской литературе

В 1972—1973 годах в журнале «Звезда» была опубликована посвящённая царствованию Николая, его заключению и расстрелу книга М. К. Касвинова «Двадцать три ступени вниз» (23 — число лет царствования Николая II[прим 22] и одновременно число ступенек лестницы в доме Ипатьева, по которой Николай II прошёл перед расстрелом). В дальнейшем книга была несколько раз переиздана. Книга изображала Николая жестоким, подлым, хитрым и в то же время ограниченным. Вместе с тем книга представляет интерес своей внушительной библиографией: автор использовал материалы закрытых архивов (в том числе имел доступ к «Записке» Юровского), многочисленные малоизвестные публикации[243][244].

Фильмография

О Николае II и его семье снято несколько художественных фильмов, среди которых можно выделить «Агонию» (1981), английско-американский фильм «Николай и Александра» (Nicholas and Alexandra, 1971) и два российских фильма «Цареубийца» (1991) и «Романовы. Венценосная семья» (2000). Голливуд снял несколько кинофильмов о якобы спасшейся дочери царя Анастасии «Анастасия» (Anastasia, 1956) и «Анастасия, или тайна Анны» (Anastasia: The Mystery of Anna, США, 1986), а также мультфильм «Анастасия» (Anastasia, США, 1997).

Киновоплощения

На монетах и почтовых марках

См. также

Примечания

Комментарии
  1. В XIX веке разница в исчислении юлианского и григорианского календарей составляла 12 дней. В XX и XXI веках разница составляет 13 дней (подробнее см. здесь). Православная церковь отмечает день его рождения 19 мая по григорианскому календарю: 6 мая (19 по новому стилю) 1868 года в Александровском дворце Царского Села родился Государь Император Николай II, Святой Царь-Мученик.
  2. Соответствующая телеграмма сообщала: «Лондон, 18-го декабря. Король Георг пожаловал Государю Императору звание Фельдмаршала британской армии». См.: Правительственный вестник. — 20 декабря 1915 (2 января 1916). — № 295. — С. 6.
  3. Отменено для великих князей 2 (14) июля 1886 года.
  4. Полный титул всегда писался в соответствии с церковнославянской морфологией; здесь приведён в пореформенной орфографии.
  5. Дата 21 октября (по юлианскому календарю), когда был опубликован манифест от 20 октября (1 ноября1894 года о кончине его родителя и его вступлении на престол (Правительственный вестник, 21 октября (2 ноября1894, № 229, с. 1), была занесена в месяцеслов как официально отмечаемый день восшествия на престол Николая II.
  6. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 49: «Слово „беспочвенные“ мечтания (которое, как утверждают, имелось в первоначальном тексте речи) лучше выражало мысль царя, и оговорка была, конечно, досадной»
  7. В предисловии к книге А. Богданович историк А. Н. Боханов предупреждает читателей: «конкретные сведения, приводимые автором, требуют критического к себе отношения. Многие из них, основанные на слухах, не были историческими фактами как таковыми, а являлись лишь преломленным в сознании отражением действительных или мнимых событий… Различного рода неточности часто встречаются в книге. Об этом надо помнить и всё принимать безоговорочно на веру не следует».
  8. Лица (недворяне), окончившие высшее учебное заведение, тогда приобретали права личного дворянства, ввиду чего интеллигенция номинально была частью дворянства.
  9. Витте, 1923, т. I, с. 274. Витте говорит, что в кабинете царя также присутствовал великий князь Сергей Александрович; нельзя исключать, что сказанное было предназначено для его слуха.
  10. Курс на сближение с Турцией ещё раньше начал активно проводиться назначенным в июле 1909 года послом в Константинополь Н. В. Чарыковым и поддерживался, после неудач дипломатической линии министра Извольского, главой правительства Столыпиным, которому принадлежала идея объединения балканских государств и Турции в общем Балканском союзе.
  11. М. Палеолог в своей книге приводит текст этой телеграммы и свои комментарии:

    «Вот текст этого документа:

    „Благодарю за твою телеграмму, примирительную и дружескую. Между тем, официальное сообщение, переданное сегодня твоим послом моему министру, было совершенно в другом тоне. Прошу объяснить это разногласие. Было бы правильным передать австро-сербский вопрос на Гаагскую конференцию. Рассчитываю на твою мудрость и дружбу“.

    Немецкое правительство не сочло нужным опубликовать эту телеграмму в ряду посланий, которыми непосредственно обменялись оба монарха во время кризиса, предшествовавшего войне. <…> И какую ужасную ответственность взял на себя император Вильгельм, оставляя без единого слова ответа предложение императора Николая! Он не мог ответить на такое предложение иначе, как согласившись на него. И он не ответил потому, что хотел войны. <…> История ему это зачтет, …что 29 июля император Николай предложил подвергнуть австро-сербский спор международному третейскому суду; что в этот же самый день император Франц-Иосиф начал враждебные действия, отдав приказ бомбардировать Белград; и что в тот же день император Вильгельм председательствовал в известном совете в Потсдаме, на котором была решена всеобщая война».

  12. Ленин В. И. Война и российская социал-демократия // ПСС. — Т. 26:

    «Немецкая буржуазия, распространяя сказки об оборонительной войне с её стороны, на деле выбрала наиболее удобный, с её точки зрения, момент для Войны, используя свои последние усовершенствования в военной технике и предупреждая новые вооружения, уже намеченные и предрешённые Россией и Францией».

  13. Фотография без точной датировки, получена через Bain News Service и хранится в Библиотеке Конгресса США (George Grantham Bain Collection).
  14. Царь, поп и кулак. Плакат. — М.: Изд-во ВЦИК, 1918. Обращён к крестьянам:

    «Кто хочет снова получить помещиков и царя, пусть идёт с кулаком и попом. Кто хочет сохранить землю и свободу, тот должен итти войной на кулака. Товарищи-крестьяне! Крестьянская беднота! Организуйтесь в свои Комитеты. Гоните взашей кровопийц-кулаков!».

  15. ««Воля царя есть высший закон»» — лат.
  16. Гурко поясняет, что речь идёт о «мелких, но резко нарушавших законный порядок, фактах, как производство лиц, состоящих на гражданской службе, в военные генеральские чины» и тому подобное; см.: Гурко, 1927, с. 31—33.
  17. В 1909 году было восстановлено почитание Анны Кашинской, деканонизированной во время борьбы времён Раскола в XVII веке и в дальнейшем почитавшейся лишь неофициально.
  18. Источник Money.com, Celebrity Net Worth помещает Николая II на седьмое место в списке богатейших людей всех времен и народов (Mansa Musa — The richest man who ever lived — BBC News).
  19. Под «обществом» он подразумевает придворный и правящий класс империи.
  20. Сведений о существовании в российской юрисдикции такой организации (юридического лица) нет.
  21. Патриарх Московский Алексий II отказался участвовать в церемонии захоронения останков, поставив под сомнение их аутентичность; см.: Останки сладки, Все на похороны! Президент примет участие в похоронах Николая II.
  22. Неполных — Николай царствовал 22 года и 4 с половиной месяца.
Источники
  1. Куколевский А. Как нашли останки Николая II и его семьи // Коммерсантъ: газета. — 2007. — № 153 (25 августа). — С. 2.
  2. Николай II / Шацилло К. Ф. // Никко — Отолиты. — М. : Советская энциклопедия, 1974. — (Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров ; 1969—1978, т. 18).
  3. 1 2 Правительственный вестник, 29 мая (11 июня1908, № 116, с. 1.
  4. 1 2 Правительственный вестник, 30 мая (12 июня1908, № 117, с. 1.
  5. Чин канонизации новопрославленных святых состоялся в Храме Христа Спасителя Архивная копия от 10 августа 2011 на Wayback Machine. Православие.ru.
  6. Пчелов Е. В. Династия Романовых: генеалогия и антропонимика // Вопросы истории. — 2009. — № 6. — С. 76—83. Архивировано 15 апреля 2019 года.
  7. Полное собрание законов Российской империи. Собрание третье. — Том XXXII — 1912. Отделение I. От № 36391-38603, Петроград, 1915. — C. 226
  8. Залесский К.А. Полный исторический атлас России, 2010. — C. 129
  9. 1 2 Курлов П. Г. Государь император Николай Александрович // Гибель императорской России. — Берлин, 1923. — Гл. II.
  10. Высочайший рескрипт, данный на имя высокопреосвященного митрополита Новгородского и С.-Петербургского Исидора // Русский инвалид. — 9 (21) мая 1868. — № 125. — С. 1. [Рескрипт от 6 мая 1868 года, Царское Село.]
  11. Высочайше утверждённый церемониал о святом крещении его императорскаго высочества государя великаго князя Николая Александровича // Русский инвалид. — 19 (31) мая 1868. — № 135. — С. 1. [Имена и титулы — по источнику.]
  12. Воспоминания великого князя Александра Михайловича Романова / Предисловие Н. Старикова — М.: Питер, 2014. — С. 162. — 320 с. — ISBN 5-496-01400-X.
  13. Зимин, 2011, Филологическая подготовка российских монархов.
  14. Радциг Е. С. Николай II в воспоминаниях приближённых // Новая и новейшая история. — 1999. — № 2.
  15. Платонов О. Николай Второй в секретной переписке. — М.: Алгоритм, 2005. — С. 11.
  16. 1 2 Правительственный вестник, 8 (20) мая 1884, № 102, с. 1.
  17. Подробнее см.: Мещеряков А. Покушение на жизнь цесаревича Николая // Додзё. — 2005. — № 5.
  18. Обнинский, 1912, с. 38.
  19. Правительственный вестник, 22 октября (3 ноября1894, № 230, с. 1.
  20. Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. — Париж, 1933. — С. 169—170.
  21. К соглашению между Россией и Великобританией о разграничении сфер влияния в области Памиров
  22. Правительственный вестник, 18 (30) января 1895, № 14, с. 1.
  23. Обнинский, 1912, с. 48, 51.
  24. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 50—51.
  25. Цит. по: Письма Победоносцева к Александру III. — М., 1926. — Т. II. — С. 355—356.
  26. Хвостов, 1963, с. 338.
  27. Хвостов, 1963, с. 341.
  28. Хвостов, 1963, с. 341—342.
  29. Витте, 1923, гл. 24: Проект захвата Босфора. Новая политика на окраинах.
  30. Хвостов, 1963, с. 344—345.
  31. Высочайший манифест 3 (15) февраля 1899
  32. Ольденбург, 1939, т. 1, гл. 6, с. 140—142.
  33. Правительственный вестник, 30 июня (12 июля1899, № 139, с. 1.
  34. Правительственный вестник, 8 (20) июля 1899, № 146, с. 2.
  35. Миронов, 2015, с. 491.
  36. Миронов, 2015, с. 496.
  37. Россия 1913 год, 1995, с. 343.
  38. Сапрыкин, 2009, с. 57.
  39. Россия 1913 год, 1995, с. 344.
  40. 1 2 Анфимов А. Царствование императора Николая II в цифрах и фактах // Отечественная история. — 1994. — № 3. — С. 58—76.
  41. Сапрыкин, 2009, с. 40.
  42. Макнилл У. В погоне за мощью. Технология, вооружённая сила и общество в XI—XX веках. — М.: «Территория будущего», 2008. — С. 380. — 455 с. — ISBN 5–91129–004–9. Архивная копия от 24 сентября 2015 на Wayback Machine
  43. Ferguson N. The Pity of War: Explaining World War I. — L.: Basic Books, 1998. — С. 263. — 563 с. — ISBN 0-465-05711-X.
  44. 1 2 Сапрыкин, 2009, с. 46.
  45. Данилова Л. Н. История непрерывного педагогического образования в России (конец XIX — начало xx века) // Ученые записки ЗабГУ. Сер. педагогические науки : журнал. — 2017. — Т. 12, № 5. — С. 139. — ISSN 2542-0089.
  46. Сапрыкин, 2009, с. 25.
  47. Сапрыкин, 2009, с. 21.
  48. 1 2 Сапрыкин, 2009, с. 39.
  49. Ringer F.[de]. Education and society in modern Europe. — Indiana University Press, 1979. — С. 280—330. — 370 с. — ISBN 978-0-253-31929-6. (англ.)
  50. Ольденбург, 1939, т. 1, гл. 4, с. 84—85.
  51. Куприянова Л. В. «Рабочий вопрос» в России во второй половине XIX—начале XX вв.. Исторический факультет Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова.
  52. Правила о вознаграждении потерпевших вследствие несчастных случаев рабочих и служащих, а равно членов их семейств в предприятиях фабрично-заводской, горной и горнозаводской промышленности
  53. См. статьи Зубатовщина, Гапоновщина.
  54. Мунчаев Ш. М., Устинов В. М. История Советского государства. — 2-е изд. — М.: Норма, 2008. — С. 66. — ISBN 978-5-468-00149-3.
  55. Шиловский М. В. Роль каторги и ссылки в заселении и освоении Сибири в XIX — начале XX в. // Сибирский плавильный котёл: социально-демографические процессы в Северной Азии XVI — начала XX века. Сборник научных статей / Отв. ред. Д. Я. Резун. — Новосибирск: Сибирский хронограф, 2004. — ISBN 5-87550-184-7.
  56. Россия. 1913 год. Статистико-документальный справочник / Ред.-сост.: д-р ист. наук А. М. Анфимов, д-р ист. наук А. П. Корелин; Отв. ред. А. П. Корелин; Институт российской истории, Российская академия наук. — СПб.: Русско-Балтийский информационный центр «БЛИЦ», 1995. — 415 с. — ISBN 5-86789-013-9.
  57. Jaana Katriina Kuusipalo, Report from Finland by our transnational partner, European Database: Women in Decision-making (недоступная ссылка). Дата обращения 7 августа 2018. Архивировано 12 марта 2013 года.
  58. Рубакин Н. А. «Россия в цифрах», С-Петербург, 1912
  59. Ерофеев Н. Уровень жизни населения в России в конце XIX — начале XX века, Вестник Московского университета. Серия 8. История. 2003, √1, с.55-70, перепечатка: философский журнал « Скепсис»
  60. Обзор первого современного исследования о неравенстве в России: Тома Пикетти о том, как офшоры не только сковывают потенциал экономики, но и скрывают реальный уровень неравенства, «Зеркало», некоммерческий проект исследования социального неравенства в России
  61. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 228.
  62. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 114—115.
  63. Цит. по: Чаяние мира всего мира // Московские церковные ведомости. — 30 августа (11 сентября1898. — № 35. — С. 464.
  64. Оригинал текста ноты на французском языке]] см.: Правительственный вестник, 16 (28) августа 1898, № 178, с. 1 («Le maintien de la paix générale et une réduction possible des armements»).
  65. The Nomination Database for the Nobel Prize in Peace, 1901—1956
  66. Богданович А. В. Три последних самодержца. — М., 1990. — С. 326.
  67. Данилов Ю. Н. Мои воспоминания об Императоре Николае II-ом и Вел Князе Михаиле Александровиче.
  68. Дневники Николая II, 1904. Начат в Царском Селе.
  69. Dennett T.[en] Roosevelt and the Russo-Japanese War. — New York, NY, USA, 1925. — P. 297. (англ.)
  70. Именной высочайший указ Правительствующему Сенату 12 (25) декабря 1904 года
  71. Правительственный вестник, 8 (21) января 1905, № 5, с. 1.
  72. Миссионерское обозрение, 1905, № 1, с. 230.
  73. Петиция рабочих и жителей Санкт-Петербурга для подачи царю Николаю II
  74. 1 2 Любимов Д. Н. Гапон и 9 января // Вопросы истории. — М., 1965. — № 8—9.
  75. Витте С. Ю. Воспоминания. Царствование Николая II. — Берлин: Слово, 1922.
  76. Спиридович А. И. Записки жандарма. — Харьков: Пролетарий, 1928. — 205 с.
  77. Кавторин, 1992, с. 358, 364.
  78. 9-е января. Кн. П. Д. Святополк-Мирский о Гапоне // Русское слово. — М., 1909. — № 269 (24 ноября). — С. 4.
  79. Кавторин, 1992, с. 369.
  80. Святополк-Мирская Е. А. Дневник кн. Е. А. Святополк-Мирской за 1904—1905 годы // Исторические записки. — М., 1965. — № 77. — С. 273—277.
  81. Кавторин, 1992, с. 369—370.
  82. Семанов С. Н. «Кровавое воскресенье» как исторический феномен // Вопросы истории. — 1991. — № 6. — С. 182—188.
  83. 1 2 3 Доклад директора Департамента полиции Лопухина министру внутренних дел о событиях 9-го января // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 330—338.
  84. Начало первой русской революции. Январь-март 1905 года. Документы и материалы / Под ред. Н. С. Трусовой. — М.: Изд-во АН СССР, 1955. — 960 с.
  85. Доклад комиссии присяжных поверенных 16 января 1905 года по поводу событий в Петербурге 9—11 января 1905 г. // Красная летопись. — Л., 1922. — № 1. — С. 137—160.
  86. Невский В. И. Январские дни в Петербурге 1905 года // Красная Летопись. — 1922. — Т. 1.
  87. Дневник Николая Романова. Запись от 9 (22) января 1905 года. ЦГАОР, ф. 601, оп. 1, д. 248.
  88. Гапон Г. А. Третье послание к рабочим // Священника Георгия Гапона ко всему крестьянскому люду воззвание. — 1905. — С. 14—15.
  89. Струве П. Б. Палач народа // Освобождение. — Париж, 1905. — № 64. — С. 1.
  90. Ленин В. И. Революционные дни // Вперёд. — 18 (31) января 1905 года. — № 4.
  91. Краткий курс истории ВКП(б). Глава III. Меньшевики и большевики в период русско-японской войны и первой русской революции (1904—1907 годы).
  92. Кавторин, 1992, с. 370.
  93. Девятьсот пятый год: террор в действии. Куплено на японские деньги
  94. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 371—372.
  95. Пресса и государство в России(1906—1917 годы)
  96. Официальная публикация манифеста (недоступная ссылка). Дата обращения 26 сентября 2007. Архивировано 12 октября 2007 года.
  97. 1 2 Антанта / Серова О. В. // Анкилоз — Банка. — М. : Большая российская энциклопедия, 2005. — С. 23. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 2). — ISBN 5-85270-330-3.
  98. The Franco-Russian Alliance Military Convention — August 18, 1892
  99. История СССР с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1968. — Т. VI. — С. 480.
  100. История СССР с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1968. — Т. VI. — С. 475.
  101. Закон о порядке издания касающихся Финляндии законов и постановлений общегосударственного значения // Правительственный вестник. — 1910. — № 133 (22 июня). — С. 1.
  102. Коковцов, 1933, гл. V: Собрание, под моим председательством, губернаторов для заслушания сообщений о предвыборном положении. Н.А. Хвостов….
  103. С. Д. Сазонов (министр иностранных дел 1910—1916 годов)
  104. Правительственный вестник, 9 (22) июля 1906, № 153, с. 1.
  105. 1 2 Правительственный вестник, 11 (24) июля 1906, № 154, с. 1.
  106. Манифест 9 (22) июля 1906 года
  107. Мосолов, 1938, с. 108.
  108. Россия. 1913 год. Статистико-документальный справочник. Раздел «Экономика».
  109. The World War I Document Archive
  110. 1 2 Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. — М., Международные отношения, 1991. — Гл. XII.
  111. Бьюкенен Дж. Мемуары дипломата. — М.: Международные отношения, 1991. — Гл. 14.
  112. Buchanan G. My Mission to Russia and other diplomatic memories. — 1923. — P. 200. (англ.)
  113. 1 2 История России, 2010, с. 291.
  114. Правительственный вестник, 27 июля (9 августа1914, № 165, стр. 1.
  115. Правительственный вестник, 27 июля (9 августа1914, № 165, с. 2.
  116. Ibid.[уточнить] (редакция текста по указанному источнику).
  117. Правительственный вестник, 21 октября (3 ноября1914, № 249, с. 1 (сохранены некоторые особенности оригинального написания).
  118. 1 2 Правительственный вестник, 23 октября (5 ноября1914, № 251, с. 1.
  119. Шацилло К. Ф. «Дело» полковника Мясоедова // Вопросы истории. — 1967. — № 2. — С. 103—116.
  120. Фомин, 2007, с. 420.
  121. 1 2 Керсновский А. А. История Русской Армии. — Т. 3. — С. 306.
  122. Фомин, 2007, с. 429.
  123. Переписка Николая и Александры, 2013, Николай, 11 мая 1915, Ставка.
  124. 1 2 Уткин А. И. Первая мировая война. — М.: Алгоритм, 2001. — 592 с.
  125. 1 2 Куртуа С., Верт Н., Панне Ж.-Л., Пачковски А., Бартошек К., Марголен Ж.-Л., при участии Коффер Р., Ригуло П., Фонтен П., Сантамария И., Булук С.Парадоксы Октября // Чёрная книга коммунизма: преступления, террор, репрессии / Пер. под рук. Е. Л. Храмова. — (Три Века Истории). — М., 1999. — Ч. 1: Государство против своего народа. — Гл. 1.
  126. Поршнева О. С. Крестьяне, рабочие и солдаты России накануне и в годы Первой мировой войны. — М., 2004. — 200 с.
  127. Деникин, 2002, Старая армия и государь, с. 34.
  128. Евсеев Н. Ф. Свенцянский прорыв (1915 г.): военные действия на восточном фронте мировой войны в сентябре-октябре 1915 г. / ред. В. Белолипецкий. — М.: Государственное военное издательство, 1936. — С. 138—139.
  129. Лемке, 1920, с. 813—814.
  130. Поспеловский, 1997, с. 245—246.
  131. Armed forces mobilized and casualties in World War I // The New Encyclopedia Britannica. 15th edition. Macropaedia. Vol.29. Chicago, 1994. p. 987
  132. Деникин, 2002, Устои старой власти: вера, царь и отечество, с. 13.
  133. История России. XX век: 1894—1939 / Под ред. А. Б. Зубова. — М.: Астрель-АСТ, 2010. — С. 381.
  134. Давидсон А. Д. Февраль 1917 года. Политическая жизнь Петрограда глазами союзников // Новая и новейшая история. — 2007. — № 1.
  135. Государственная Дума Российской империи 1906—1917: энциклопедия. — М.: Российская политическая энциклопедия, 2008. — С. 670.
  136. 1 2 Телеграфная переписка Ставки, Петрограда и командующих фронтами в феврале-марте 1917 г.
  137. 1 2 3 4 Кобылин, 2005
  138. 1 2 3 4 Ольденбург С. С. Царствование Императора Николая II / Предисловие Ю. К. Мейера. — СПб.: Петрополь, 1991. — 672 с. — ISBN 5-88560-088-0.
  139. 1 2 3 4 Катков Г. М. Отречение // Февральская революция / Пер. с англ. Н. Артамоновой, Н. Яценко. — М.: Русский путь, 1997. — Глава 12. — 419 с.
  140. Д.и.н. Г. Иоффе Русский либерал. Премьер-министр Временного правительства — князь Львов. // «Наука и жизнь», 2006, № 4.
  141. Генерал А. И. Деникин. Революция и царская семья // Очерки русской смуты. — Paris, 1921. — Т. 1. — Вып. 1. — С. 54.
  142. Кобылин, 2005, с. 334—335.
  143. ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 2415. Л. 1, 2-2 об.
  144. Romanov Collection, General Collection, Beinecke Rare Book and Manuscript Library, Yale University, США.
  145. Отречение Николая II
  146. Rose, Kenneth. King George V. London: Weidenfeld and Nicolson, 1983, стр. 210 (ссылка на записи личного секретаря короля Георга лорда Стамфордхама (Arthur John Bigge)).
  147. British spies in plot to save tsar The Sunday Times 15 октября 2006.
  148. Sinclair, David. Two Georges: The Making of the Modern Monarchy. London, 1988, стр. 149.
  149. Тайные силы Екатеринбургского злодеяния
  150. Останки, найденные на Урале в июле, принадлежат Романовым «с большой степенью вероятности» NEWSru 28 сентября 2007.
  151. Лавров В. М. «Со святыми упокой…» Архивная копия от 1 марта 2017 на Wayback Machine // Огонёк. — 2008. — № 28.
  152. Дитерихс М. К. Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале. — 1922.
  153. Материалы правительственной Комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков Российского Императора Николая II и членов его семьи.
  154. Шавельский, 2005, с. 458, 460, 462.
  155. Обнинский, 1912, с. 312.
  156. Мосолов, 1938, с. 9, 10 (пунктуация источника).
  157. Гурко, 1927, с. 38—39.
  158. Уортман Р. Николай II и образ самодержавия // История СССР. — 1991. — № 2. — С. 120—121.
  159. Лебедев Л. Великороссия: жизненный путь. — РПЦЗ, Санкт-Петербургская и Северо-русская Епархия, 1999.
  160. Воспоминания товарища Обер-Прокурора Святейшего Синода князя Н. Д. Жевахова. — СПб., 2007. — С. 839—841.
  161. Нилус С. Н. На берегу Божией реки. — М., 2003. — С. 757—761.
  162. Из дневника Л. А. Тихомирова. [Запись от 21 сентября (4 октября1916 г.]
  163. Фирсов С. Л. Император Николай II как Православный Государь (к вопросу о религиозных взглядах и религиозном восприятии Самодержца) // Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского богословского института. Материалы. — М., 2000. — С. 187—189.
  164. Фомин С. Непонятая жертва II.
  165. Правительственный вестник. — 2 (15) марта 1912. — № 50. — С. 4.
  166. Правительственный вестник. — 5 (18) марта 1916. — № 52. — С. 2.
  167. Великий акт доверия // Московские ведомости. — 6 (19) марта 1916. — № 54. — С. 1.
  168. Шавельский, 2005, с. 469—490.
  169. Российское духовенство и свержение монархии в 1917 году / сост., пред. и комм. М. А. Бабкин. — М., 2006.
  170. Троицкий П. Священноначалие РПЦ и самодержавие в марте 1917 г.
  171. Мосолов, 1938, с. 215.
  172. Государь император и его августейшая семья // Правительственный вестник. — 1913. — № 58 (13 марта). — С. 3.
  173. Дневники Николая II (1894—1916 гг.)
  174. Зимин, 2011, «Первая охота».
  175. Мультатули П. В. Правда и ложь об охоте Императора Николая II // Русская линия. — 23.08.2010.
  176. «Mansa Musa: The richest man who ever lived», BBC, 11.03.2019
  177. «История самого богатого человека в истории. И это не Джефф Безос», BBC, 17.03.2019
  178. Позднышев С. Распни его. — Париж, 1952. — С. 9.
  179. 1 2 3 4 Гурко, 1927.
  180. Правительственный вестник, 10 (22) апреля 1894, № 79, с. 1.
  181. alexanderpalace.org, The Grand Duchesses — OTMA
  182. Письма Александры Фёдоровны к императору Николаю II / Пер. с англ. В. Д. Набокова. — Берлин: Слово, 1922.
  183. 1 2 Переписка Николая и Александры Романовых, 1926—1927.
  184. Деникин, 2002, Устои старой власти: вера, царь и отечество, с. 16—17.
  185. Переписка Николая и Александры Романовых, 1926—1927, т. 4, с. 280: Письмо из Царского Села от 5 июня (ст. стиля) 1916 г.
  186. Деникин, 2002, Устои старой власти: вера, царь и отечество, с. 17.
  187. Витте, 1923, т. II, с. 27 (орфография источника).
  188. Редигер А. Ф. История моей жизни. — Гл. 7. — С. 545, 547, 548—549.
  189. Шавельский, 2005, с. 464—465 (орфография источника).
  190. Боханов А. Н. Николай II. — М.: Вече, 2008. — С. 16. — 528 с. — (Императорская Россия в лицах). — ISBN 978-5-9533-2541-7.
  191. Витте С. Ю. Воспоминания. — М., 1960. — Т. 2. — С. 280.
  192. Извольский А. П. Воспоминания. — Мн., 2003. — С. 214.
  193. Ольденбург, 1949, т. 2, с. 53—54.
  194. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 39.
  195. Ольденбург, 1939, т. 1, с. 192.
  196. Визиты славянских Монархов в Россию (1909—1911 гг.)
  197. Монгол улсын одон медаль, тэмдэгний үйлдвэрлэлийн үүсэл хөгжлөөс (недоступная ссылка)
  198. Завершилось пребывание в Сербии делегации Русской православной церкви Православие.Ru, 24 ноября 2009.
  199. Поспеловский, 1997, с. 253.
  200. Мосолов, 1938, с. 1, Предисловие.
  201. Мосолов, 1938, с. 26.
  202. Ольденбург, 1949.
  203. Ольденбург, 1949, т. 2, с. 258 (капитализация букв источника).
  204. Ольденбург, 1949, т. 2, с. 259.
  205. 1 2 <